Елена Ловина – В отборе мест нет! или Случайная невеста (страница 46)

Алия, Эмили и…та-дам!...Салли заключили браки, пройдя обряды перед богами без согласования с королем. На документ вновь кивнули, и мы даже под гневным взором короля принялись переглядываться и строить догадки, что же в том документе было написано.

Я тоже отличилась, тоже своей беспечностью, отправившись «удивлять богов» на свадьбе Маргоши. А после меня нашли в Малой долине с шишкой на голове, истощенной магически и с частичной потерей памяти. И я не могла ответить, где я была несколько недель, что со мной произошло на свадьбе, и где я так израсходовала свои силы.

Поговаривают, если бы не магическое истощение, то сегодня я бы не присутствовала на экзекуции, а училась спокойно среди тех, кто обладает какой угодно магией, кроме магии полета. Маргоша и ее муж Сталь собирались забрать у меня мою магию, но в момент, когда я на них свалилась, брать было нечего.

Меня нашел мой сменщик, старый солдат, что раньше служил под папиным началом еще в те времена, когда отец еще только шел к своей карьере военного. Он нашел меня без сознания и с шишкой на затылке, а недалеко валялись Маргоша и Сталь с такими же шишками на головах и синяками по всему телу, потому что заговоренная кочерга не давала этим двоим придти в себя, пока я была без сознания и совершенно беспомощна.

Полезный артефакт. И появляется вовремя. Тетя сказала, что это мой отец зачаровал две кочерги, чтобы его девочкам никто не смог причинить вред. Первый достался тете еще лет шестнадцать назад, а второй – мне. Очень полезная штука, но не понятно, почему кочерга.

Ни местный лекарь, ни королевский целитель помочь мне не смогли, сказали только, что со временем память вернется. Пока не вернулась, только отдает тупой болью в затылке и висках, а еще почему-то сердце щемит от тоски, когда пытаюсь что-то вспомнить, словно я забыла что-то очень важное, отчего моя жизнь может перевернуться.

– Кх, кх, – няня принцессы прочистила горло и начала читать. – Король Лурии, Варрасии и Сианоры Варанн Великий и король драконьего края Теодор Миенский заключили сей договор о следующем. Принц Миенский Леон Кайл-Туар и девица Эужения Мари-Катрон Беата Самро могут беспрепятственно назначить и провести свадебную церемонию на территории обоих королевств на свое усмотрение. Девица Эужения Мари-Катрон Беата Самро по своему усмотрению и по согласованию с мужем может продолжать обучение в академии Лурии или беспрепятственно перевестись в любую академию королевства Миенского или Конфедерации Драконов.

Женщина остановилась, чтобы перевести дух, а я почувствовала, как на мне сошлись взгляды всех летошек, что стояли справа и слева от меня. А вот я таращила глаза на женщину и не могла уловить суть того, что она читала.

Как это понимать?

То, что тетя Мари недавно вышла замуж за короля Миенского, я знала. Как они так быстро это провернули – не важно. Главное, что их взаимную любовь видно невооруженным взглядом. Но вот с чего вдруг король решил выдать меня за своего сына, которого я в глаза не видела, вопрос номер один.

– Так какие там дальше условия?

Король неустанно следил за женщиной и явно увидел, как та нервно сглотнула и облизала пересохшие губы. Женщина начала нервничать, а значит, дальше разобрать не смогла. Хотелось выйти из ряда и, вырвав из рук этой дамы документ, самой попытаться прочесть содержимое, раз у этой няни ничего не выходит.

Женщину спас секретарь короля, подошедший к Варанну сбоку. Высокий сутулый мужчина с вытянутым и вечно брезгливым лицом учтиво поклонился, бросив на наш безупречно ровный ряд недовольный взгляд,  и принялся что-то шептать. Нам были слышны только отдельные слова: Шивонн, не может быть, проклятье, ведьма, неизвестно.

Было ясно, что и нам, и няне больше ничего не грозит, так как появилась проблема у той самой родственницы короля, которую рисовала маленькая принцесса. И еще было ясно, что наше любопытство удовлетворено не будет. Ни любопытство девушек, которые вытянули шеи и ушки, чтобы попробовать услышать то, что уже завтра станет горячей сплетней королевского двора и академии, ни мое, от которого зудели ладони, позвоночник и снова звенело в голове. Если бы вспомнить то, где я провела несколько недель, возможно, и договор стал бы понятнее и объяснимее.

– Свободны, – король Варанн разрешил всем удалиться, что нам, что няне с принцессой, правда ребенку он еще что-то сказал более мягко, что не предназначалось нашим ушам. – Кстати, жиалетт Самро, поздравляю.

Вопрос «с чем?» так и повис в воздухе, потому что и так ясно, когда тебя поздравляют пятьдесят летошек из твоего потока. И все поздравляют только с одним – с предстоящей свадьбой. А я разве давала согласие?

72. Эжени

– Раз, два, три! Лови!

Тётя в красивом платье цвета коралловой розы выглядела такой счастливой, что ей простили, что букет она кидала три раза и ни разу не попала в толпу девиц, что готовились ловить очередной чахлый травяной сбор.

Одним из условий договора, который подписали короли Варанн и Теодор, было проведение показательной свадьбы в том городке, где мы жили. И обязательно нужно было доказать, что никакое удивление богов не способно изменить вспышки магии, которыми славится Лурия. И никак эти вспышки не связаны с первой брачной ночью молодожёнов.

В общем, обряд бесил короля несказанно, отменить приказом он его не мог – толку от этого не будет. Королевские маги, учёные, губернаторы не смогли переубедить людей отказаться от ритуала “удивления богов”. Теперь в ход шло внедрение новых традиций. Свадьба представителей двух миров, смешение традиций, красивые украшения и новые ритуалы – расчёт на то, что молодые пары захотят внести в свои свадьбы что-то новое, отказавшись от старого.

Если задумка короля Варанна не принесёт плоды в течение десяти лет, то никто из его дочерей точно не посетит ни одной свадьбы в Лурии, пока  не выйдет замуж. Об этом шептались по углам, посмеивались над беспокойством отца девочек и пересказывали в анекдотах. Все делали вид, что не верят в старые замшелые поверья, но даже на свадьбе Мари без букета обойтись не получилось – чахлую экибану принесла на свадьбу одна из девиц и вручила тёте на глазах у всех.

Трава, перевязанная яркой лентой, зависла над разношерстной толпой, почему-то напоминающей отбор невест для принца, словно я лично на таком присутствовала. Бред.

Букетик думал-думал, куда бы ему податься, а потом на невероятной скорости врезался мне в грудь.

Как так-то? Я же сидела не просто далеко – чуть ли не за колонну спряталась, чтоб наверняка не попасть под букет, хоть я и знала, что тётя ни за что не позволит мне пойти на сеновал, который уже месяц готовили к столь знаменательному событию. Так ещё эти хворостины мне на пироженку осыпались – испортили мою вкусняшку.

– Тётя, как это понимать? – я решительно пересекла зал, потрясая букетиком и просто закипая от гнева. Где эти хвалёные наблюдатели от короля Варанна, которые обязались выложиться полностью, но не допустить попадания букета в кого бы то ни было?

Передо мной выросла чья-то широкая спина, перекрывая обзор на тётю и её мужа. Я попыталась обойти обладателя спины справа – мужчина сдвинулся вправо. Махнув рукой, я подалась влево – мужчина тоже сдвинулся влево. Да чтоб тебя!

– Уважаемый, дайте,  пожалуйста, пройти! – я нетерпеливо постучала по плечу, требуя обратить внимание, но не ожидала, что последует после.

Незнакомец развернулся, прижал мой кулак с зажатым в нём букетиком к груди и, сверкнув невероятными глазами, в которых вместо круглого зрачка пульсировало веретено, закричал на весь зал.

– Она выбрала меня! Все видели? Она меня выбрала!

Я попыталась вырвать руку из хватки незнакомца, отметив неожиданно, что держит он меня очень бережно, даже нежно, а по моим пальцам бегают щекотные искры, от которых дальше растекается томительное тепло, знакомое моему телу, слово я не раз уже это испытывала.

Подняла удивлённый взгляд, глотая слова возмущения, но так и забыла о своих благих намерениях, так как незнакомец нагло подмигнул и, подхватив меня за талию, закинул на плечо.

– А, верни на место! Куда понёс? Я тебя спрашиваю, дубина ты мускулистая!

Я колотила по спине, дергала за длинные чёрные волосы, извивалась, но со всех сторон слышно было только восторженное улюлюканье и подбадривающее гиканье, словно этому гаду чешуйчатому нужно чьей-то одобрение.

– Тётя, ты что молчишь? Не видишь, меня похищают!

Тётя была занята – с упоением целовалась с Теодором и махала мне вслед неопределённым жестом: то ли прощалась, то ли просила не отвлекать.

– Ты что творишь, галина драконистая! Я не выбирала тебя!

– Как не выбирала – в прошлый раз, да и сейчас ты буквально впечатала в меня букет, радость моя.

– Какая я тебе радость? Ты, между прочим, другую девицу полетел ловить, а про меня вообще забыл!

Я орала во всё горло, не понимая, почему каждое моё слово делает улыбку мужчины ещё шире и радостней.

Громко захлопнулись ворота сеновала, украшенного цветами, лентами и огромной металлической кроватью с балдахином в самом центре.

– Ну, наконец-то, Эжени, ты вспомнила! Мне запрещали к тебе подходить раньше, говорили, что ты меня не можешь вспомнить, и тебе нужно время.

Мужчина подхватил меня за талию и принялся кружить, хохоча от восторга. Радость его была на столько заразительной, что и я ей поддалась, рассмеявшись от всего сердца. И только когда мужчина попытался меня поцеловать, я выставила между нашими лицами ладонь, а потом и вовсе вывернулась.