Елена Ловина – В отборе мест нет! или Случайная невеста (страница 32)

Я осторожно вынула свои вмиг вспотевшие ладошки, встала, отряхнула юбку и ответила не менее серьезно, ведь этого требовала ситуация.

– Я обдумаю ответ на твой вопрос…, как раз когда вплотную займусь первой составляющей, а то она существенно мешает думать в правильном направлении – все мысли сбиваются на этих…как их там…отборных сте…претенденток.

Не оглядываясь, я стремительно поднялась над площадкой и полетела на свой балкон, ощущая, как гулко стучит сердце, а внутренний голос возмущенно орет, что так улетать нельзя – выглядит, как побег.

И только в ушах продолжало звенеть запоздалое от дракона, полетевшее следом, словно легкий ветерок:

– Спасибо.

50 Эжени 

За окном падали крупные хлопья снега, но почему-то все равно было жарко, хотя дверь на балкон была открыта, а солнце иногда закрывала тень летающего пегаса. Он что, так сильно вырос?

С трудом сбросив дремоту, я разлепила глаза и поплелась проверять, что же на самом деле падает на мою террасу, что спросонья можно принять за снег. На шероховатую каменную плиту падали белые и голубые лепестки, покрывая камень почти что ковром, нежным и трепетным.

– Не думал, что меня так будут встречать, – услышала я довольный рык над головой и с визгом сбежала обратно в комнату, едва ли не завернувшись в штору три раза. – Такие сказочные виды сверху, просто загляденье!

– Никаких видов не было, не придумывай, – от собственного визга я проснулась окончательно и даже нашла в себе силы возмутиться наглостью дракона, который летал над террасой и продолжал рассыпать лепестки и бутоны цветов. – Лучше бы делами занимался, чем меня компрометировать.

Последнее, конечно, было сказано в полголоса и так, чтобы дракон не услышал, да и без энтузиазма – только чтобы высказать обязательное в данной ситуации «фи, я не такая». А на самом деле было очень приятно от подобного внимания, и даже от манеры его оказания. Вот кто бы мне мог подарить цветы таким вот образом? Только дракон.

– Эх, я тут с романтикой, а ты все про дела и про дела, – показательно наигранно вздохнул дракон, и с последней партией цветов на террасу упало шесть свитков, перетянутых бечевками с печатями королевств – все принцы выполнили задания. – Держи свои дела.

Я не торопилась выходить, потому что без шторы чувствовала себя немного неодетой – короткие панталончики и кружевная сорочка вообще не та одежда, в которой можно представать перед взором постороннего мужчины, пусть он хоть десять раз в облике дракона.

– Заберу, когда улетишь.

Кажется, дракон закатил глаза и фыркнул, но все же с тяжелым вздохом направил свои крылья в сторону дальней башни.

– Тебе стоит поторопиться, а не то попадешь не на завтрак, а уже на обед, – мимо террасы стремительно пролетел пегас и направился следом за своим другом.

– Передай Леону спасибо за цветы, – крикнула я вдогонку коньку и, чуть подумав, добавила, – и за скорость.

Последнее пегас не услышал, ну и ладно. Думала чуть-чуть извиниться, за то, что заставила всех принцев вместо сна заполнять опросник, но нет – так нет.

Вчера после тайного свидания я, вместо того, чтобы спать, принялась писать опросник и инструкцию к его заполнению, а потом отправила два экземпляра Леону. По одному экземпляру должны были создать копии для девиц отбора, а по второму – для принцев.

Опросник был объемным, на нескольких страницах, и каждый вопрос, взятый отдельно, ничего бы не сказал ни тому, кто на вопрос отвечал, ни тому, кто потом бы эти ответы получил. Но если взять все ответы вместе, сложить их определенным образом и применить немного магии, причем обычной, которую в любо академии используют с первых курсов, то можно многое узнать о том, кто царапал на листах свои ответы.

Когда дракон оказался почти возле своей башни, я выскользнула из комнаты и схватила свитки. Та-дам! Все принцы заполнили свои опросники и даже раскрасили строчки теми цветами, как я их и просила. Немного магии, и я удовлетворенно вздохнула – ни один из принцев не подумал сжульничать, хотя от Катаронов я ожидала чего-то похожего в первую очередь.

Сложив свитки в ящик прикроватной тумбочки и запечатав на свое прикосновение, я помчалась умываться и одеваться, а то действительно можно оказаться без завтрака – опаздывала я знатно. Что поделаешь, но, даже зная все вопросы наизусть, перенести их на бумагу в один момент я не могла. Да и нет такой маги, которая помогла бы мысли перенести на бумагу сразу, а жаль. Я писала аккуратно, разборчиво, как в детстве, когда за мои шалости тетка сажала меня за переписывание этих самых вопросов. К моей скорби, тот год, когда у меня началась череда протестов против «угнетения и лишения свободы», был богат на отборы в разных королевствах Лурии, и опросники требовались тетке чуть ли не каждый месяц. Это сейчас я научилась делать копии при помощи магии – в академии без этого навыка никак не прожить – а в то время мне приходилось отрабатывать свои протесты, переписывая все вручную. Так что вопросы так прочно засели в моей памяти, что и через годы я ни один не забыла, даже самый незначительный.

В столовую я вошла чинно и спокойно, хотя все восемь коридоров неслась, словно за мной страшенное чудовище гонится. Удовлетворенно улыбнулась – мой стул остался стоять на месте, хотя за другими столами лишние стулья вновь принялись исчезать с характерными хлопками, словно кто-то их отправлял в комнату с ненужной мебелью сквозь нестабильный портал.

– Ты вовремя, – шепнула Камилла, допивая чай из фарфоровой чашечки – пирожное на тарелке отсутствовало, а вот крошки намекали, что в сладком пышечка себе вновь не отказала.

– А у Камиллы в полдень свидание с принцем Лассером, – тут же сдала виконтессу Анаис. У рыжей девицы глаза светились такой восторженной зеленью, что невольно вспоминались картинки из детских сказок-страшилок, в которых рисовали выбеленные черева с потусторонним зеленым светом в пустых глазницах. Даже зябко как-то стало и боязно за пышечку – вдруг рыжуля ее сглазит.

– И наша Анаис хочет лично проводить принца до места, чтобы тот не дай боги, не сбился с маршрута, – как-то зло процедила Анжелика, которая на удивление до сих пор ковыряла вилкой свой завтрак и хмуро смотрела только в тарелку. Неужели, вчера принц Филипп все же был несколько груб, когда доставлял ее обратно в замок? Кстати, прибыли они с северного побережья, и Анжелика была почти синяя от холода. Всезнающие драконицы огорченно подсчитали время возвращения – ни единого шанса на то, что принцессу Хасийскую успели скомпрометировать – очень, видимо, жаждали исключения из отбора еще одной соперницы.

Мой завтрак принесли одновременно с писчими принадлежностями и со стопкой листов, которые в мгновение ока оказались перед каждой их девиц отбора. Последний лист лег ровно между мной и моим завтраком.

Не поняла – это что, опросник мне!?

51. Эжени 

Кажется, я позеленела от злости, иначе, почему слуга, положивший лист передо мной, так быстро ретировался. Да и глаза у меня, скорее всего, стали в пол лица – почти такими же, как глаза у девиц с отбора. Но почему-то все смотрели именно на меня, словно это я пытаюсь пролезть в лазейку и потеснить тех, кто более достоин.

От злых взглядов было неуютно, благо, я еще с пробуждения магии полета смогла отрастить толстую шкуру, спасающую от завистливых взглядов, а не то давно б сбежала из этого… Как называется место, где живут змеи? О, кажется, змеюшник.

Громкий хлопок вновь привлек внимание к листу бумаги, что лежал передо мной. Из строчек темной струйкой дыма поднимался вверх дымок, унося с собой вопросы и оставляя лишь послание. Кстати, темный дымок, прежде чем рассеяться, образовал перед моим лицом дракона в тиаре, и недовольные лица девиц презрительно скривились, словно герб Миенского королевства клеймил меня позором. А король Теодор-то у нас шутник.

Я опустила взгляд на страницу и с улыбкой прочла послание от отца Леона. Оказалось, что артефакты, запрошенные мной в письме к отцу Мухи, уже прибыли и дожидаются у секретаря. Я улыбалась почти полминуты, пока внизу записки не вспыхнуло дополнительное послание: «Артефакты можно опробовать после завтрака на занятии принца Мухлуэжа». Эх, даже не дают насладиться наблюдением за девицами, как они будут отвечать на вопросы – все же интересно увидеть реакцию воочию, а не со слов третьих лиц.

Не сказать, чтобы я сильно растягивала завтрак, но в итоге все равно пришлось покинуть столовую под завистливыми взглядами девиц, которые даже не догадывались, что как бы они не старались написать ответы правильно, половина из них будет отсеяна уже после обеда. И дело не в том, что их представление о «правильных» ответах традиционно – никто в здравом уме не напишет, что терпеть не может детей, а собственный запах принца им неприятен, хотя и такие вопросы есть на листах. Все дело в том, как они ответят на значимые для самих принцев вопросы, на те, что по моему требованию принцы разукрасили желтым, зеленым, красным.

За высокими массивными дверьми столовой принцы злорадно потирали руки и улыбались оскалами театральных злодеев. Еще раньше мы все договорились, что в местах скопления гостей замка и слуг мы общаемся самым сдержанным образом, тщательно скрывая, что, по сути, являемся заговорщиками, так что я прошла мимо, только сухо кивнув. Ну и мысленно ухмыльнулась, представляя, как им придется по вкусу моя задумка по поводу тех девиц, что будут отсеяны по итогам опроса и тех, что останутся.