Елена Лобанова – Предел (страница 72)

— На сестру? — Повелитель Темных чуть не подавился виноградом. — Посол Аль Манриль — родной брат матери Живописца Нальиса? И этого, младшего… Нэрниса? Я Вас правильно понял? Морнин Аль Манриль — дядя Нэрниса Аль Арвиля по материнской линии? Ближайший кровный родственник?

— Да. И Нальиса. Вас же интересовал Нальис? Что-то не так?

— Все так… все очень так… Благодарю Вас, Элермэ, благодарю…

Амалирос вихрем ворвался в Подземные Чертоги. Конечно, поданные, которые не имели права беспокоить его иначе как в строго отведенное время, не совсем ожидали такого явления. Но именно «не совсем». Все указания исполнялись даже с излишней поспешностью.

— Найти послов. Доставить в малый зал. Живьем. Исильмэ Ар Ктэль — туда же. Так же. Быстро. И всем — вон!

Ни Аль Манриль, ни Аль Арвиль не питали иллюзий относительно характера Амалироса.

Исильмэ Ар Ктэль изображала статую. Но, если Морнин и Исильмэ, оказавшись вместе перед Повелителем Темных, хоть о чем-то догадывались, то есть мыслили в правильном направлении, то Аль Арвиль недоумевал, почему его деверь такой… ко всему готовый, как перед смертью. И зачем здесь эта Темная Дева? Элермэ присоединилась к ним, но Повелитель Амалирос был ей не слишком рад.

— А юным девам лучшшше поливать цветы и говорить с травой! — Он сидел в кресле, как гигантский выползень: опасный, смертоносный, и в отличие от выползней — не слепой. Иссиня-черные глаза, в которых не было видно зрачков, угрожающе мерцали. Белые волосы, заплетенные в тонкие косы, не лежали — змеились по плечам. Все это обманчиво ленивое существо, тут и там покрытое россыпью лунных тарлов и готовое к стремительному броску, откровенно наслаждалось сценой: «Светлые в испуге и недоумении». Праздник жизни, которого справедливо опасались Темные все-таки начался.

— И кто первый начнет? Послы? А Вы, еще здесь, цветоносссная? Хотя, кому как не Вам здесь быть! Это же именно Вы навели меня на очччень, очень Светлую мысль! Мне даже почти нравится Ваш упрямый, я бы сказал, вызывающий взгляд, Прекрасная Элермэ! Тем хуже. Вам придется приобщиться к семейным тайнам. Или моя поданная, наконец, явит иссстинно Темную смелость и начнет первой? Разве я сказал «наглость»? Удивленный взгляд, Прекраснейшая Исильмэ, это — наглость. Не в Вашем положении…

— Ох, если Вы уже знаете о моем положении Повелитель… — Исильмэ никак не ожидала, что информация доходит до Амалироса с такой скоростью.

— Да, мне прекрасно известно о Вашем положении по отношению к некоторым здесь присутствующим. А вот Вы, отец Живописца — самое невинное существо в этой компании, как молодой головассстик в теплой луже. К Вам у меня — никаких претензий. Только поздравления! Поздравляю Вас, Благородный Нарвис Аль Арвиль с рождением племянника. Приношу свои извинения — задержался с известием на двести пять лет, но лучше поздно, чем никогда… Аль Манриль, Ваша поза говорит о решимости и отваге? Почему Вы прикрываете собой мою подданную? Сссказок начитались? Я поданных не ем! Только воспитываю… иногда. И знаете, что я больше всего терпеть не могу? Видимо не знаете! Светлое распутство и попрание священных обычаев Брачных Союзов. А чтобы всем стало всё ясно, придется начать с самого начала. Итак! Двести пять лет назад в Наших владениях родился мальчик. Еще раз поздравляю, Прекрасная Исильмэ. Это было очччень смело. Мальчик — на половину… Светлый. Аль Арвиль, Вас не затруднит догадаться сразу, кто отец этого дивного со всех сторон создания. О-о! Вы смотрите в правильном направлении, точччно! Морнин Аль Манриль — отец Даэроса Ар Ктэль, Полусветлого. Тогда — следующий вопрос: Как Вы думаете, я собрал вас здесь, чтобы вмешиваться в вашу личную не очень приличную жизнь? У кого какие соображения? Да, Прекрасная Элермэ, я Вас слушаю!

— Вода есть везде. — Элермэ была вызывающе спокойна.

— Какое бессмысленное Светлое глубокомыслие. Учту. Но, смею заметить, это не имеет никакого отношения к предыдущему вопросу.

— Имеет. Самое прямое. Там, где Вы видите отсутствие связи, может оказаться просто недостаток информации. У Вас.

— Кто-то иссспытывает мое небезграничное терпение?! Не дергайтесь, Аль Арвиль, девы в полной безопасности. И чем же Дева занимается кроме цветов?

— Я, например, танцую с лошадьми. — Светлая Посланница и не думала бояться.

Амалирос пришел к выводу, что всё обстоит совсем наоборот: эта Элермэ Аль Арвиль от страха забыла кто она, где она, с кем говорит и о чём идет речь. То есть, еще немного и первый случай сумасшествия среди эльфов можно будет официально зафиксировать. Поэтому он решил переключить внимание Светлой на что-нибудь другое. Ему вполне хватало предыдущих обвинений в чрезмерной жестокости, чтобы добавлять к ним ещё одно:

— Аха! Понял, лошадей надо поить. Может, все-таки польете цветы?

— Договор с лошадьми, деревьями, цветами — это Суть Воды. Вода есть везде… Вода несет Знание везде и всюду. Вода даже в воздухе. И Вы, и я, и лошади, и цветы… все мы ей дышим. Она — жизнь.

— Я рад! Вы меня осчастливили! Но меня не забавляют Ваши ценные сведения!

— Зря! — Элермэ повела плечом. Даже скорее — презрительно передернула. — У меня есть будущая специализация. Мой Дом решил, что из меня вполне получится посол.

— Кажется, они сильно заблуждаются, Прекраснейшая. Ну, если только посол в дикие табуны, но я в этом не очень сведущ. — Повелитель Темных ласково улыбнулся несчастной Светлой и решил, что проявил и так слишком много сострадания. Светлая не желала менять своё странное поведение и, возможно, издевалась.

— Нет-нет! Как раз к Вам. Это мой первый опыт.

— Неудачный, Вы не находите? — Амалирос рассвирепел.

— Смотря, что находить. Например, воду и знание через неё. Вода прекрасно сочетается с серебром. Достаточно, чтобы серебро было хотя бы слегка влажным. Вы себе даже представить не можете, что может быть под ведром… из серебра. Вот под тем, со сломанной ручкой. Поэтому у меня к Вам встречное предложение: я никому не рассказываю кто, где и как добывает информацию, а Вы не стремитесь порвать окружающих на куски, и мы спокойно обсудим все, что Вы хотели обсудить. Ах, да! Еще одна маленькая уступка с Вашей стороны: Вы предложите Девам сесть.

— Ах… ах вот как! Прекрасная Посли… Посо… Посланница, Вы разницу между дипломатией и шантажом чувствуете? — Амалирос понял, что сегодня он задушит на одного выползня больше.

— О, да! Иногда просто не остается выбора. Могу лишь дополнить: не стоит все, что было под землей, приносить обратно. Тогда Посли…цам, будет труднее… шантажировать.

— Таак. Тот еще цветочек! Аль Арвиль, Вы знали, что Ваша племянница способна читать по воде? Хотя, скорее всего — да! Хорошо. Головастиками, значит, Светлые только притворяются. Ну-ну. Прошу Прекраснейших присесть. Аль Манриль, стоять! Перейдем к сути дела. Даэрос — Ваш сын. Это не вопрос, а утверждение. Гордитесь? Светлая кровь! Вот она мне где! — Амалирос сделал характерный жест рукой у горла. — И вот здесь. — Повелитель показал на стены с новой кладкой. — Не понимаете? Элермэ, а может, попрактикуетесь? Только без предварительных длинных намеков!

— С удовольствием. — Светлая мило улыбнулась, чем довела Повелителя Темных до бессодержательного злобного шипения. — Дядя Морнин, Повелитель Амалирос предполагает, что в Вашем, и именно в Вашем роду возможно появление неконтролируемых Владеющих Силой. Как в случае с Нэрнисом. Он — сын Вашей родной сестры. Отсюда предположение: Ваш сын Даэрос унаследовал тот же признак только в другой, Темной области. Я верно изложила, Повелитель Амалирос?

— Точно. Абсолютно верно, Прекраснейшая! Бросайте свои черенки, мой Вам совет. И лошадей тоже. Нет? Ну, ладно. Это мы позже обсудим. Вопрос следующий: Исильмэ Ар Ктэль, где Ваш сын? — Амалирос так посмотрел на свою подданную, как будто она скрывала Даэроса где-то поблизости и была виновата не меньше, чем все Светлые вместе взятые.

— В Малерне. Он там уже давно живет. — Исильмэ с ужасом смотрела то на исковерканные стены, то на Повелителя.

— Аль Арвиль, а где сейчас Ваш младший неподдающийся сын?

— Отправился в земли людей. Через Малерну.

— То есть как через Малерну? Светлые, Вы понимаете, что это значит? Вы эльфы, вообще или кто? Какова вероятность, что они не встретятся? — Повелитель Темных даже привстал от изумления.

— Ничтожна. — Аль Арвиль чувствовал, что пол под ним закачался. — Близкого родственника должно… тянуть. Старший, скорее всего, найдет младшего.

— Найдет? Вы это видите? — Амалирос в который раз показал на стены. — Уже нашли! Это же… это же стихийное бедствие! Так… один ваш, другой… наш. Исильмэ, есть возражения? Аль Манриль, Вас не спрашивали, Даэрос Ар Ктэль — мой поданный. Мальчика надо найти. Хорошо, не мальчика, тоже мне, двести лет от роду… Будем искать. Аль Арвиль, Вы тоже ищите сына. Они сами себя не контролирует, а родители на что? Светлые, от вас одни проблемы. Сколько лет Нэрнису?

— Сто пять. — Аль Арвиль понял, что предыдущие неудачи Нэрниса — сущий пустяк.

— Единый Создатель! Вы бы еще грудного младенца в море выкинули! — Амалирос едва расслышал, что Исильмэ что-то бормочет. — Какая будущая дочь? Почему Вам нельзя волноваться, а я не должен угрожать? Не знаю, ни о каком положении… Я сказал, что Вы в каком-то положении!? Уже? Аль Манриль, это — шутка? Точно не шутка? Ах… ну, да, конечно, женщины же сразу чувствуют… Создатель…