Елена Лобанова – Без Предела (страница 71)

— Твое объяснение никуда не годится. Задаром, не задаром. Бред! — Бурчал Амалирос, притворяя дверь комнаты. — Страх не может пройти за деньги. — Тёмный вошел к себе и завалился на кровать. — Или может? — Продолжал он размышлять вслух. — Нет. Не может.

После удара в стенку из соседней комнаты раздался приглушенный голос Тиаласа.

— Хватит, а? Ты когда выползней душишь, ты на себя ставишь?

— Так я и не боюсь! — Амалирос ответно стукнул в стенку.

— Ну и глупо! А я вот гидр боюсь. Но без ставок.

Повелитель Тёмных решил не доказывать Озерному Владыке, что без ставок — еще глупее. И уж тем более не стал дополнять, что одна гидра его дрессирует. Как же тут не бояться? Получалось, что Тиалас рвет гидр, побеждая свой страх. Сам Амалирос, душит выползней ради развлечения, обогащения и чтобы злость выплеснуть. А люди превозмогают страх за деньги, чтобы… чтобы жить лучше, но при этом бояться еще больше. Повелитель Темных уснул, убаюканный бесконечной канителью "лучше-больше, больше-лучше".

Барз давился, но молоко пил. Спорить с Насти было себе дороже. Если жена сказала, что он должен быть свеж, как новорожденный младенец, значит — должен. Вот только она считала, что эта свежесть достигается большим количеством молока. Молоко встречалось в желудке Барза с извинем и громко протестовало. Бывший боцман бурчал животом и ждал, пока последние поздние посетители, наконец-то удовлетворят своё любопытство и уйдут. За эти полдня они надоели ему не хуже молока. Всем было интересно, зачем к Барзу опять явились и эльфы и, главное — где они? Эльфов нигде не было, зато на заднем дворе стояли лошади. Об этом и перешептывались состоятельные торговцы, показывая, что состоятельность совсем ума не прибавляет.

Последний посетитель, глава гильдии суконщиков, грузно поднялся из-за стола, поблагодарил разносчицу и отправился восвояси. Разносчица выскользнула следом. Вся прислуга в заведении Барза сегодня неплохо заработала. Посетители приплачивали за возможность расспросить слуг подальше от чужих ушей. Насти, обеспокоенная грядущими сплетнями, строго-настрого приказала слугам не распускать языки. Но сама непременно вызнавала, кто о чём спрашивал, и какие новые слухи уже успели появиться. К тому моменту, когда Барз отправился будить гостей, он уже знал, что достиг в своём колдовстве небывалых вершин мастерства — заколдовал двух эльфов, превратив их в лошадей. Поначалу боцман не мог взять в толк, почему горожанам пришла в голову такая нелепая мысль. Куда как проще было предположить, что гости Барза просто отдыхают или, что вернее, сидят по свои комнатам, не желая находиться в шумном общем зале. Кому же охота быть предметом всеобщего любопытства?

Но истинную причину этой нелепицы сообщила служанка, которую пытался разговорить суконщик. Причиной оказалась масть лошадей. Мерины, гнедой и светло-серый без единого яблока, мирно хрупали овсом на заднем дворе. Барз не мог отправить их в конюшню, где стояла единственная в его хозяйстве кобыла. Больше ему как-то было без надобности, а потому один денник никак не вместил бы сразу двух лошадей. По мнению посетителей, получалось, что к Барзу явились два пеших эльфа, эльфы исчезли, но появились лошади той же масти. На такое забавное сходство меринов и эльфов по масти Барз даже внимания не обратил. Зато горожане обратили.

Беловолосый гость открыл дверь прежде, чем Барз успел постучать.

— Ну, что? Коней купили? — Амалирос проснулся недавно, но уже успел переодеться и приготовиться к ночной вылазке.

— Так точно, купил. Двух. Мерины. Гнедой и белый. Да вот, их из окошка… а хотя, темно уже.

Амалирос все-таки посмотрел в окно. Гнедой почти не был заметен в темноте, а вот белый выделялся светлым пятном. Арк Каэль постучал в стену.

— Тиалас, вставай! Наши лошади уже прибыли! Сейчас разберемся с островом и — в путь. И, да, вот еще что — я себе возьму гнедого.

На пороге комнаты появился Озерный Владыка.

— А мне какого оставил? — Ему не очень нравилось, когда Амалирос проявлял инициативу. Не иначе — опять что-то задумал.

— А тебе — белого. Это же твой любимый цвет.

— А-а. Ну, так я и поверил в твою заботу, Тёмный! — Тиалас обернулся к боцману. — Барз, вы сможете провести нас на пристань самыми безлюдными улицами, так чтобы мы миновали тот трактир, в который заходили с утра?

Барз и сам был не против всех миновать — и людей и трактиры. Он даже плащ прихватил, чтобы его не узнали.

— Проведу, конечно, проведу. — Он немного помялся и добавил: — Плащи бы вам еще.

— У нас есть. — Амалирос вытащил из дорожной сумки длинный плащ. — Ну, если все готовы… Тиалас, ты готов?

— Конечно, готов. Плащ только возьму.

На столе в комнате коптила масляная плошка. Протрезвевший Барз, наконец-то рассмотрел своих гостей как следует. Мысли проворачивались в голове со скрипом, как весла в немазаных уключинах. Но не заметить такого явного сходства между тем, кого беловолосый назвал Тиаласом и недавним гостем, он не мог. Вот только на этом месте эти самые мысли начинали кружить, как щепки попавшие в водоворот. Тот гость, что отправился к Оплодотворительницам, был сыном Озерного Владыки. А Озерного Владыку звали как раз-таки Тиалас. Но поверить в то, что ушедший за плащом Светлый и есть Озерный Владыка, Барз не мог. Наверное, эти глубокие размышления все-таки отразились на лице, потому что Тёмный спросил:

— Что с Вами Барз? Опять извиня хлебнули?

Боцман махнул рукой в сторону соседней комнаты и с трудом, но обрел дар речи.

— А там… вот он… Это который Владыка, император всех Светлых эльфов?! Тиалас который… дальше там сложное название.

— Ничего сложного. Аль Анхель Ат Каэледрэ. Он самый. — Амалирос внимательно следил за реакцией человека. То, что в Тиаласе он опознал "родственника" Лэриаса — было не так уж проблематично. Но вот то, что боцман был в курсе, кто такой Лэриас, они как-то не учли. А Барз довольно-таки быстро соединил одно с другим и получил правильный результат. — Барз, мне о Вас докладывали, как о человеке, который умеет держать язык за зубами. Я очень ценю, что о проходе под замком пока никто не знает и надеюсь, что дальше всё так и останетссся! — Повелитель Темных нехорошо прищурился.

— А… это да. — Барз теперь с интересом разглядывал беловолосого гостя. На лице боцмана появилась глупая ухмылка. Он хихикнул и отмахнулся рукой, как от наваждения. — А вы с ним так запросто… Иди туда, пойди сюда… нет, не может быть. Видно, те мои постояльцы наплели лишнего.

Такое мнение об эльфах, пусть и Светлых, Амалиросу не понравилось.

— Эльфы не только не плетут лишнего, но и не лгут. А о своём Доме не лгут тем более! — Тёмный посмотрел на ситуацию со стороны. Барзу и впрямь было сложно поверить, что с Озерным Владыкой можно вот так запросто общаться. Запросто, конечно, нельзя. Но это — смотря кому. И раз уж с Тиаласом всё ясно, то и ему скрываться нечего. Даже если этот "колдун"-судовладелец начнет рассказывать всем и каждому, что у него в гостях побывали двое Правителей — тем лучше: никто не поверит. — Туда… сюда… если этот Владыка будет так долго в своем мешке копаться, я его и в ручную потороплю. Что Вы смотрите на меня, как креветка на акулу, Барз? Давайте, докажите, какой Вы догадливый. Ну, кто может поторопить этого Светлого вручную?!

— Тёмный Владыка! — Боцман вцепился в массивный стул и попытался сползти на пол.

— Лирмо! — Тиалас все-таки откопал свой плащ. — Ты что со старым человеком сделал? На нем же лица нет?!

— Ничего особенного я не сделал. Этот старый, но не лишенный сообразительности человек, тебя узнал. Благодаря излишне болтливому Лэриасу. Как его угораздило сообщить, кто он, а? Пришлось намекнуть, кто в таком случае — я! Только я — не Тёмный Владыка, а Повелитель Тёмных Эльфов. Как меня зовут, знаете, Барз? Ну, будет Вам, встряхнитесь!

— Лирмо, значит. — Барз попытался встряхнуться буквально и тряс головой.

— Фу! Амалирос, а не Лирмо! А Лирмо… это мой Светлый правящий собрат так издевается. Переиначивает моё имя на Светлый манер. Можете обращаться ко мне: Повелитель. Какой все-таки у тебя болтливый сын, Тиалассс! Что Вы все головой мотаете, Барз?!

— Это не он болтливый. Это мне другой Светлый сказал. Тот, которого называли Нэрнисом. Он-то и рассказал, зачем они в Орден Сестер направляются. А вы, Владыка, стало быть, проведать сына едете, да? — Боцман воззрился на Тиаласа.

Такая информация стала интересна сразу двум Правителям.

— Рассказал?! — Тиалас не верил своим ушам. Во-первых — в Орден. А изначально в Орден никто и не собирался. Во-вторых, Нэрнис Аль Арвиль проявил чудеса болтливости, посвящая людей в те тайны, в которые посвящать был не должен даже некоторых эльфов.

— Намекнул. — Барз слегка освоился с новостями по части статуса гостей и отпустил стул. — Да Вы не переживайте! Я же никому не скажу. Вот, Повелителю докладывали: я молчать умею! А уж в таком деликатном деле по мужской части…

Амалирос даже плащ завязывать перестал. Деликатное дело по мужской части к Сестрам! Это как же Светлые собрались "воевать" с учеными женщинами? Догадка выходила на редкость неприличная.

— Оплодотворять они их что ли собрались?! Так не получится же! Тиалас, ты что одобрил какой-то тайный план?

Но Тиалас и сам недоумевал, что было видно по тому, как он ожидал дальнейших пояснений от Барза. Барз помялся, но пояснил, как считал нужным: