Елена Лисавчук – Отказано с любовью (страница 8)

Открыв книгу жрецов на первой странице, в специальном окошке поиска хозяин кабинета написал золотым пером мои данные.

Страницы зашуршали и открылись ближе к концу книги.

Но не в самом конце!

Неважно, где проходит свадебный обряд; записи, сделанные в книге храмовника, отображаются и в остальных. Свадебный обряд прошёл недавно, запись должна находиться в конце. Никак не раньше.

– Никакого разрешения не прикреплено. Её высочество Висандра Лойд по приёмным родителям, дочь его величества Вилиана, добровольно вышла замуж в возрасте двенадцати лет за герцога Линарда Катала из древнейшего славного рода Каталов.

– Висандра, ты принцесса? – не смогла смолчать подруга.

– Лишь когда это выгодно короне.

– Ты об этом молчала?

– Это не то, чем можно гордиться и о чём говорят за завтраком.

Не знаю, что творилось в голове у подруги, но понимания я от неё не добилась. Она покачала головой, отказываясь принимать мои доводы.

– Ты давно могла мне во всём признаться.

– В чём? В том, как меня сразу после рождения выставили из дома? В том, что к обоим своим родителям я обращаюсь на «вы»? Что единственный, кто относился ко мне с искренней заботой, был и остаётся мой двоюродный брат – Демиан Ренс? Или о том, что та, кого я считала подругой, меня предала? Ах да, об этом ты вроде знаешь.

– Прости, я не знала, – отлипла от стены Олиша.

– Ты и не должна была узнать. Хватит с меня жалости. Я сыта ей с детства по горло.

Раздался стук шагов, подруга подошла ко мне.

– Я последняя, кто станет тебя жалеть, Висандра, – приободрила она меня. – Ты ведь знаешь, я росла в приюте. Там быстро отучают от жалости. В нищенском приюте учишься выживать.

Тут я не выдержала. Слова сами потекли из меня:

– Мне повезло сильнее. Мои нынешние родители относились ко мне неплохо. Они приглашали для меня лучших учителей. Заказывали одежду у самых дорогих портних, воспитывали в строгости, изредка потакая капризам. При всём при этом Лойды никогда меня не любили. В их семье я всегда была чужой. Родных детей моих приёмных родителей воспитывали няни. Ребята никогда не звали меня играть с ними. Они с детства знали, кто я, и остерегались со мной играть. Опасались наказания. Клятва, данная лордом Лойдом о моём истинном происхождении, распространяется полностью на весь его род.

– Поэтому ты подружилась с Вивьен? Тебе было одиноко? – с грустью посмотрела на меня Олиша.

– Отчасти, – кивнула ей. – Вивьен превосходно умеет втираться в доверие.

Выяснив подробности о моём происхождении, жрец упёрся руками о столешницу и приподнялся над креслом.

– Вы пропавшая дочь нашего повелителя? – переспросил он.

На самом деле моя венценосная особа его интересовала ровно столько же, сколько паства, учинившая в храме разгром. Жрец опасался впасть в немилость короля.

– Лучше спросите сами у него об этом, – пренебрегла я его вопросом и вернулась к многострадальной теме: – Лучше объясните мне, почему я не помню свою свадьбу? Такое событие сложно забыть, пускай я и была подростком!

– Это мне неведомо, – уверенно заявил жрец и пробормотал: – Напрягите память. Вдруг что вспомните.

– Не выйдет. Я не из тех, кто постоянно что-то забывает, – натянула на лицо вежливую улыбку.

– Что вы хотите этим сказать?

– Меня могли заставить забыть о свадьбе? Неприятно, знаете ли, постоянно подозревать мужа в обмане.

Поняв, что от незваных гостей будет не так просто избавиться, жрец с тоской воззрился на меня.

– С этими подозрениями вам лучше напрямую обратиться к отцу. Он обязательно вам поможет.

– К какому? – не поверила я в его наивность.

– К нашему повелителю, ваше высочество, – захлопнул книгу жрец.

– Я пришла к вам за помощью, а вы отправляете меня к тому, кто, возможно, причастен к тайной организации моей свадьбы? – возмутилась я. – Почему вы свои интересы ставите превыше интересов прихожан?

– Своим прихожанам я помогаю, но вы не из моей паствы, – развёл руками жрец.

– Скажи, мы ему заплатим, – склонившись, шепнула мне на ухо Олиша.

– Я готова внести пожертвование для вашего храма, – перешла к подкупу божественного представителя.

И нигде у меня от стыда не ёкнуло.

– От вас я ничего не приму, – отказался жрец.

– То есть вы ничего больше не скажете? Книжечку не откроете и пометки не зачитаете? – досадливо уточнила я.

– Простите, ваше высочество, здесь я должен вам отказать. Не хотите разговаривать с отцом, обратитесь за разъяснениями к супругу.

Я представила непроницаемое лицо лорда Катала, и охота говорить с ним отпала. От него ничего не добиться.

– Не стоит говорить о крайних мерах, – буркнула я на прощание.

Прихватив подругу, я поспешила распрощаться с негостеприимным жрецом. Боевые маги привычно выстроились группой за нашими спинами.

– Ничего, я докопаюсь до истины, – едва за нами закрылась дверь, пообещала самой себе.

– Я тебе помогу, – не подвела подруга. – Куда теперь?

– Отправлять письмо родителям.

– Ты серьёзно надеешься, что они расскажут правду? – изумлённо посмотрела на меня Олиша. Её глаза гневно блестели. – Тебе мало того, что они умышленно десять лет молчали о твоей свадьбе?

– Я должна у них спросить. Мне нужно знать, почему они скрывали это от меня. Ближе Лойдов у меня всё равно никого нет.

– Делай что хочешь, – буркнула Олиша, неохотно давая добро.

– После маг-почты в кафе-мороженое? – предложила я подруге.

– Задобрить меня пытаешься?

– Не надейся. Мороженого вкусного хочется поесть, – вернула ей с сарказмом.

Мы вышли в основное помещение храма, и на этом наша пикировка закончилась.

К нам подошла нищенка, которая недавно крутилась возле статуи богини интриг. Старушка протянула ко мне подрагивающие с крючковатыми пальцами руки. Не зная, что от меня хотят, я посмотрела на Олишу. Она выразительно посмотрела на пустую жертвенную чащу напротив статуи богини. Мол, дай подношение попрошайке. Не жадничай.

Засунув руку в карман, я вытащила из него одну серебрушку. Переведя замутнённый взгляд с монеты на моё лицо, нищенка качнулась и вцепилась в моё запястье. С такой силой, что я чуть не взвыла от боли.

– Считаете, мало серебрушки? – предположила я и потянулась за второй монетой.

– Оставь свои монеты себе, – проскрежетала дребезжащим голосом нищенка. – Тебя не должно быть! Ты порождение хаоса! С тобой мир изменится!

От её пророческих слов в глазах стремительно потемнело, и я пошатнулась.

– Отпусти её, ведьма! – бросилась оттаскивать от меня нищенку подруга. Но та вцепилась в меня похлеще пиявки.

Поддаваясь инстинктам, я потянула руку на себя и ударила старушку мыском туфли в ногу.

Та громко взвизгнула и отскочила от меня молодой проворной ланью. Шустро подоспевшие боевики оттащили её подальше от меня. Громко обругав парней, нищенка захромала к статуе своей любимой богини.

– Клянусь, я больше сюда ни ногой, – запальчиво пообещала подруга.

– Не зарекайся. Вдруг замуж надумаешь выйти, – предостерегла её.

– В королевстве полно других храмов.

Прогнав старуху, боевики озадачились нашими дальнейшими планами.