Елена Левченко – Записки бабки из Нью-Джерси (страница 7)
Поскольку мы не взяли никакой еды, вскоре начали глотать голодные слюнки, но уходить не хотелось, поэтому "загорали" дальше. В общем, даже загаром это было сложно назвать, потому что мы мерзли и жались к песку. Я ненароком вспомнила, что такой океанический бриз может быть коварным, но мы не придали этому значения, потому что не то, что загара не наблюдалось, а даже солнце куда-то спрятолось.
Через три часа мы совсем замерзли и решили ехать домой. В Принстоне ожидался концерт и салют по случаю выпуска принстонского университета. Что-то неладное мы почувствовали уже в машине. Кожа начала краснеть на глазах. Зрелище не для слабонервных. Домой мы зашли абсолютными индейцами племени Майа. Перо нам в волосы и повязку на задницу и ничем не будем отличаться от Native americans.
Кожа горела так, как будто нас жарили на вертеле все эти три часа. Океанический бриз оказался настолько коварен, что мы просто сварились. Вы точно не хотите видеть фото наших обгорелых задниц, это совсем неаппетитное зрелище. Мазилки, сметаны с кефирами не помогли. Ночь была похожа на тусовку в аду, пляски на веселых сковородках. Потом подружка Олька подсказала чудные средства на основе Алое с ледокаином. Я надела на вареное тело сарафанчик и поехала за ними в супермаркет.
Низкое палящее солнце сквозь тучи, оказывается, национальная беда. Здесь даже помада имеет SPF 15, а крем для загара нужно не меньше пятидесяти. После загара обязательно алоэ с ледокоином. И все лето на кремах, особенно у воды, которая, как известно, солнце отражает.
На следующий день у нас в комьюнити открыли бассейн. Я проезжала мимо и завидовала тем счастливчикам, которые могли там купаться. Бассейн у нас чудный и очень красивый. Заехав в супермаркет, я брела мимо витрины с морепродуктами. Оттуда на меня смотрели два красных лобстера. Как-то очень понимающе смотрели. Я ничем не отличалась от них ни по цвету ни по содержанию. Но покупать их не стала, грешно есть себе подобных.
Поэтому на нашем столе появились свежая океаническая рыбка и креветки. А в дополнение сочный ананас, сальса с индийским перцем и молодое калифорнийское винцо. И живем мы сегодня в режиме "свет горит, но дома нас нет".
Бабкины места
Те люди, кто со мной общается давно, знают, что я люблю самолеты, путешествия и города. Нет ничего лучше для смены обстановки, чем путешествие в город, где тебя никто не знает, и ты никого не знаешь. Вы наедине – только ты и твой город. Можно подумать, разложить по полочкам все проблемы и сложить пазл невероятных жизненных ситуаций. Я люблю города иначе. У меня есть города – энергетические центы. Это те города, куда я приезжаю миллион раз заряжаться энергией. Я могу перечислить не много таких городов- это Нью-Йорк, Баку, Питер, Куала-Лумпур. А с некоторого времени и Принстон.
"Мой" город имеет несколько особенностей. Я не очень понимаю, как описать то ощущение, когда ты соединяешься с городом в одном энергетическом потоке, но попробую. Вечером, когда солнце только собирается сесть за горизонт, а уставшие служащие спешат по своим коморкам в жажде ужина и спокойного вечера у ТВ, я выхожу на улицу. Ритм жизни уже не такой интенсивный, как будто и природа и дома вокруг тебя устали и ждут приближения ночи. Самое "молодое" время. Именно сейчас студенты планируют "культурную программу", а взрослые и степенные люди начинают постепенно готовиться ко сну.
Я выхожу на улицу и закрываю глаза, полной грудью вдыхаю запах этой улицы, этого места. Если это неповторимый запах, я сразу его обожаю. Я знаю, что это мой город! Он мой на ощупь, он мой на слух. Он динамичен и неповторим. Я иду по улочкам, встречаю людей, которые улыбаются навстречу. Уже зажигаются вечерние огни и подсветки витрин. В Питере работают фонтаны, Завораживая своей красотой, переливаются в лучах заходящего солнца. В городе пахнет водой. Дожди и шелест бесконечных водоемов внутри и вокруг – это особая водная песня. Особенно ночью слышен ее уникальный шум.
В Баку пахнет шашлыком и лавровым листом, а кто-то готовит очередной тост для вечернего застолья. Сегодня новое бодрое вино свежего урожая, горячие чебуреки, много мяса и жареные свежевыловленные форели.
В Лумпуре зажигаются огни большого города, из всех летних ресторанчиков доносятся зажигательные мелодии. Воздух пахнет кари и специями. Город погружается в нескончаемую радость и веселье. До утра. В Нью-Йорке жизнь кипит и днем и ночью, радуя туристов и округу.
А Принстон для меня теперь, как ни странно, это запах индийского ресторана, совершенно неповторимая смесь кари и шафрана, переплетающийся с ароматом кубинского табака. Все эти города дают мне жизненную энергию, будоражат воображение. Здесь я никогда не бываю одна, и мне никогда не бывает скучно.
Я не люблю, например, Москву, в которую летала бесчисленное количество раз. Она для меня никакая, без энергетики. Это большое счастье, когда "твое" место рядом, просто поехать на машине и через десять минут вдыхать аромат и ощущать энергетику места. Тридцать секунд и ты совершенно счастлив.
Бабка в спортзале
Решила бабка на старости лет спортом позаниматься. У нас в комьюнити есть свой весьма неплохой спортзал. А еще у нас есть бассейн. Собственно, пляжный сезон не за горами, а тельце толстенькое только в утесах и прятать, как тому пингвину. Короче, поперлась. Первые несколько походов – ничего примечательного. Побегала немножко, рядом всякие разные люди, есть суперфит, есть мечта рекламщика, снимающего эпизоды "ДО" в рекламе таблеток для похудения. Но чаще всего, я занималась там одна, потому что днем все нормальные люди работают, и только бабки гоняют жирки.
Картина маслом, несколько таких же, как я бодипозитивных людей осваивают беговую дорожку. Я занялась обычным делом. Девчонки так старались, что казалось, будто дорожки раскалятся докрасна. Похвально, но мне этот метод не подходит. Мне бы что-нибудь вяленькое, но эффективное, вроде йоги. Прошло полчаса, выхожу из спортзала, в пустом пузе сидит разъяренный голодный червяк и стучит ложкой по стенкам. Мысленно уговариваю его потерпеть час и потом схрючить что-нибудь диетическое. Но эта скотина требует пирожное, а лучше два. Причем немедленно.
У нас рядом со спортзалом, метрах в ста, есть Данкиндонадс, я про него уже писала как-то. Это такая кафешка с кучей пончиков и кофе. Червяк был немедленно залит минералкой в надежде, что он утонет навсегда.
По пути к дому у меня есть пара лавочек. Смотрю, сидят отдыхают две измученных дорожками девчонки. Подхожу ближе, вижу картину – огромный пакет из данкиндонадса, два огромных стакана холодного кофе, который по калорийности равен примерно свадебному торту. Девахи вынимают пончики в глазури и поглощают с невероятной быстротой. В общем, я не поняла, зачем столько истязаний чтобы потом сидеть и уминать жирные пончики, запивая сладким кофе. Мой червяк был со мной не согласен. Он просился к ним в компанию и жалобно повизгивал где-то внутри меня. Но пришлось ему довольствоваться супом и зеленым чаем. Так и заснул голодный.
Позже, когда я раскидалась с делами и времени стало больше, я записалась в местный спортивный клуб с кучей разных программ. Там я поняла одну простую истину – заниматься в коллективе сильно эффективнее, кто бы что не говорил. Когда мы наедине с собой, мы прощаем недоделанное упражнение. Когда на тебя смотрит сорок глаз, простить себе уже не можем и доделываем до конца.
В клубе я познакомилась с персональным тренером Маргарет, при записи полагается семь занятий с ней, входящих в пакет услуг начинающих фитоняшек. Выяснилась одна интересная деталь. Я ни черта не умею делать! Первое же упражнение вызвало у меня выплеск всех гормонов сразу, мое тело буквально взвыло. Просить пощады было бессмысленно, звать подкрепление не логично. После получасовой тренировки на трясущихся палках вместо ног, я выползла на парковку и уселась в машину. Желание не возвращаться сюда никогда крепло во мне с каждой секундой.
На следующий день болело все, включая мозг. Уж ему-то труднее всех пришлось, я передумала им массу всевозможных наказаний для моей истязательницы. Самые изощренные способы мести могли бы лечь в основу хорошей книжки. Но я легких путей не ищу, потому собрала манатки и пошла обратно. Маргарет осмотрела мой несчастный вид и приказала топать в бассейн, крикнув в спину что-то вроде: "Береги себя". Уж да.
В бассейне шла аквагимнастика для тех, кому за сто. Лет или килограмм. Вот это по-нашему, по-бабкинскому! Плескалась как уточка в пруду в погожий денек, подмигивала бабуськам, ловила кайф. Через месяцок втянулась в программу тренировок, а еще через пару месяцев стала по ним скучать, если не могла пойти в зал. Заодно присовокупила к занятиям всех своих подружек, вместе было веселее.
Когда подружки не могли разделить со мной участие в спорте, я ходила в одну крутую студию при комплексе. Представьте кинотеатр, где темно, а вместо кресел тренажеры – велики, гребля, эллипсоиды. Ты смотришь фильм и заодно тренируешься. Вот это было по мне! Втыкаешь наушники прямо в тренажер и поехал. Я могла педалировать час, попутно изучая английский с помощью субтитров на экране. Крутили в основном мелодрамы, экшены, мировую классику. Чего я только не посмотрела за время посещения спортзала, это было очень круто!