Елена Левченко – Душевная канцелярия: Вселенная (страница 5)

Анна развернула бумагу, пирог начал пахнуть на весь кабинет. Это был большой пышный пирог со смородиновым вареньем. У Гектора свело желудок, девушка заметила голодный взгляд.

– Угощайся, коллега, – Анна протянула Гектору самый большой кусок. Гектор с большим аппетитом проглотил его практически не жуя.

– Настоящий мужчина, сразу видно! Голодный рыцарь! – засмеялась Анна, – Бери еще.

– Спасибо, – ответил Гектор, – но тогда тебе не достанется.

– Все в порядке, я фигуру берегу, – отмахнулась девушка.

Анна скинула обувь, распустила волосы и по-театральному откинулась на стуле.

– Как я сегодня устала, – почти шепотом сказала она, – мечтаю сейчас оказаться дома, вытянуться на кровати и проспать двенадцать часов подряд. Но еще до утра здесь сидеть. А ты о чем мечтаешь?

– Я мечтаю о тебе.

Слова Гектора поразили его. Неужели он сказал это вслух? Щеки юноши вспыхнули, он почувствовал что наливается жаром – настолько для него был этот смелый поступок странным. Однако Анна как будто не заметила оплошности. Новость не была для нее неожиданной.

– Прекрасные мечты, – спокойно произнесла коллега, – но ведь они на то и мечты, чтобы только оставаться мечтами?

Гектор молчал. Молчание в комнате стало тяжелым, даже звонким.

– Мечты иногда сбываются, – смело заявил Гектор, – я точно знаю.

– Меты сбываются тогда, когда человек очень хочет, чтобы они сбылись. Он прилагает усилия, делает шаги навстречу своей мечте. Вот ты сейчас мечтаешь обо мне, как ты сам сказал. А какие шаги ты прилагаешь навстречу своей мечте?

Анна сверлила Гектора взглядом. Гектор не понимал, издевается Анна или говорит серьезно. Но другого шанса у него все равно не будет, и Гектор решил идти ва-банк.

– Аня, ты меня хорошо знаешь. Чего бы я ни хотел, и о чем бы я ни мечтал, это никак не должно повлиять на твою жизнь. Я вижу, что ты не горишь большим желанием со мной встречаться, но ты должна была узнать. Рано или поздно.

Гектор смотрел на Аню не отводя глаз. Он осмелился, обратного пути не было. Ему хотелось, чтобы все это закончилось. Анна встала и подошла к Гектору. Она была так близко, от нее пахло чем-то цветочным, Гектор был к этому явно не готов. Анна провела по волосам Гектора, положила руку на плечо и тихо сказала:

– Ты смелый парень, очень смелый.

Не дожидаясь ответа, девушка вышла из ординаторской. Гектор стоял потрясенный. Он не понял что произошло, и чем все закончится, мысль о том, что предстоит читать статьи угнетала его. Теперь он ни о чем не мог думать, кроме Анны. Что она имела ввиду? Ему ухаживать за ней или забыть раз и навсегда? Вопросов явно было больше чем ответов.

На следующий день Гектор дежурил. Анну он не видел с самого утра. Ему хотелось прояснить ситуацию. Весь день он был рассеян, в пол уха слушал своих пациентов, мысли все были в другом месте. Недосказанность сводила его с ума. Анна появилась только через два дня. Она была легка и весела, как обычно. Главврач устроил обход пациентов, все ординаторы принимали в нем участие. Анна стояла рядом с Гектором. Внезапно она взяла его за руку. Гектор взглянул на девушку мельком, сжал ее руку крепко, боясь, что она выскользнет. Он хотел, чтобы ее рука всегда, всю жизнь оставалась в его руке. Это был ответ на все его вопросы и сомнения, это было началом счастья.

Анна и Гектор поженились весной. Свадьба была скромной, студенческой. Отмечали в кафе на берегу реки. У родителей Анны там были связи. Игривые, веселые коллеги и сокурсники, выпив немного лишнего, громко смеялись и танцевали без устали. Театральные коллеги Анны принесли костюмы и подготовили представления. Грудастая тетя в исполнении Вадима Суминского – руководителя театральной студии – особенно удалась. Вадим ходил с ползунками, выцыганивая деньги на будущих детей, весьма приличная сумма набралась. Наверное, кому-то из гостей пришлось идти пешком домой после свадебных поборов. Родители с обеих сторон, другие старшие родственники распевали громко песни на улице. Отец Гектора по случаю зарезал молочного поросенка, украшавшего теперь свадебный стол. Подарили щедро – деньги, сервиз, золото. Все добро кучей было свалено на столе, напоминая Эверест.

Когда стемнело, во дворе кафе разожгли костер, вынесли стулья на улицу. Кто-то из театралов принес гитары, а кто-то соорудил барабаны из цинковых ведер, украденных в подсобке кафе. Пели. Много, протяжно, гладко. Как будто репетировали вместе долго и упорно. Звук был емкий, сладкий, тяжелый, обволакивающий. Анна и Гектор ни на секунду не отпускали руки друг друга. Каждому казалось, что вот сейчас они отпустят руки и другой исчезнет. Хорошее было время, томное.

После свадьбы прошло два года. Родители Анны пытались справить молодым квартиру, но Гектору было не удобно. Анна убедила Гектора и тот уступил. Не дюже красивой девушке жить по общежитиям. Однушка, но им двоим в самый раз. Очень быстро квартира наполнилась вещами. В основном, ее вещами. Их было так много, что Гектор перестал понимать что где находится. Анна начала нервничать, спотыкаться о бесконечные заграничные коробки.

– Нам нужна квартира по-больше, – заявила однажды с порога Анна.

– Зачем? – удивился Гектор, – нам просто нужно избавиться от половины того, что у нас есть.

– Ты смеешься? – усмехнулась жена, – ты знаешь сколько это стоит и как это все сложно достать!

– Да ты половину этого всего за всю жизнь не используешь! – Гектор подошел к Анне и обнял любимую.

– Это ты привык ходить в одном свитере. Ах да, – Анна отстранилась и театрально закатила глаза, – ты же великую миссию имеешь – мир спасти от вселенской чумы!

Гектор вернулся за стол с разложенными на нем бумагами.

– Моя великая миссия отца спасти, а не весь мир. Хотя, если миру от этого легче станет, я не против.

– А если не получится? Ну вдруг, – Анна доставала из свертка новое платье и примеряла у трюмо, – ты сидишь здесь, днями и ночами со своими книгами. Жена у тебя красавица, а внимания не получает. Так ты и отца не спасешь и жену потеряешь.

Гектор внимательно посмотрел на Анну. Нет, она никогда не была глупой. Так можно сказать только испытывая острое отчаяние, спрятанное за бравадой. Он, как психиатр, очень хорошо это понимал. И все покупки и подарки, захламлявшие комнату от внутреннего одиночества и неуверенности в завтрашнем дне.

– Ты знаешь, что я тебя люблю, Аня, но ты не права. Отца я тоже очень люблю- проговорил Гектор, вставая из-за стола, – тебе очень идет это платье.

– Спасибо! – игриво сказала Аня и поцеловала мужа в щеку, – давай я его надену, и мы пойдем в Гости! Суминский сегодня заходил в корпус, настойчиво звал. Сказал, для тебя у него особенная пластинка.

– Ну что, пойдем, – вздохнул Гектор, – в конце концов, за сегодняшний вечер я мир действительно не спасу!

– Ой, совсем забыла! – Анна развернула второй сверток и достала коричневый свитер из настоящей шерсти, – это тебе папа привез из Румынии. Надень, тебе очень пойдет!

Гектор любил свои старенькие удобные вещи, но отказываться от обновки не стал. Довольные и счастливые, они выпорхнули из квартиры навстречу новым пластинкам и прекрасной компании.

Отца не стало вечером. Мать прислала телеграмму на три коротких слова "Бати больше нет". Гектор сидел за своим столом и смотрел на все бумаги, разбросанные везде. Анна оказалась пророчицей. Он действительно не смог помочь папе, сознание поглотило его. Жена пыталась успокоить Гектора, говорила, что глупо обвинять себя. Что было бы, если бы он не пошел на вечеринку, а дочитал до конца статьи? Ничего бы не изменилось. Гектор не слышал ее, ему в тот момент казалось, что он предал самого близкого человека. Он сдался перед Вселенной, в один момент. А Вселенная решила не ждать. Вот так коротко и ясно – ты сдался, я сдаюсь. Хоронили в дождь, собралась вся деревня. Плакали, обсуждали. Мать была серьезна, но не горевала, все понимала.

– Он все вспоминал, что ты обещал его вылечить, говорил, тебе времени не хватило.

– Я не должен был этого обещать, – проговорил Гектор, -боюсь, это не в моих силах. Чувствую себя от этого плохо, бесполезно. Я ведь очень его любил и столько не сказал ему. Все казалось – завтра.

– Не гневи себя и бога! – грустно сказала мать, – Авиз был бы счастлив, если бы тебе это удалось, но Судьба человека такая странная. Видно, на роду было написано.

После похорон Гектор с Анной возвращались на поезде. Оба молчали, смотрели в окно, сидя друг напротив друга в купе.

– Если у нас будет мальчик, назовем его Авиз, – внезапно сквозь тишину сказала Анна.

– Когда будет, тогда и назовем, – согласился Гектор.

– Скоро назовем! Я беременна. Хотела сказать тебе после вечеринки, в парке, но не стала сообщать в связи с событиями.

– Спасибо тебе, – слезы навернулись на глаза Гектора, – теперь у меня есть стимул продолжать.

Анна пересела на сторону Гектора и тихо поцеловала мужа. Гектор был счастлив. Он чувствовал себя странно, дикая скорбь по родному человеку сменилась неистовой радостью. Такие подарки подносит нам Судьба.

Родилась двойня. Крепкие здоровые мальчишки Авиз и Тимур. Ане нравились восточные имена, Гектор не возражал. Квартиру пришлось сменить, отец Анны помог и в этот раз. Гектор с удовольствием занимался с детьми, возил их на пруд и в парк, делал вместе с ребятами сарай и будку для собаки на даче. Над ним перестало нависать обязательство спасти мир, работа шла спокойным чередом. Жизнь шла размеренно, научная работа велась, дети росли, жена хорошела. Никаких потрясений и серьезных неурядиц.