Елена Левашова – Лучше меня не найдешь (страница 2)
– Кирюша, в самом-то деле… Леночка лишилась мужа, ты – сына… У вас же не будет больше деток с Олегом, а я мечтаю о внуках, – спешит заступиться за предателей мама. – Зачем Лене искать кого-то постороннего, чужого… Мало ли какая там наследственность? Все правильно они сделали… Олежек столько раз обследовался, мы уже знаем, что он здоров, а ты…
Благодарна, ага… Я должна быть им благодарна.
В глазах темнеет, во рту скапливается слюна… Меня точно сейчас вырвет… Господи, как же так? Я смотрю на их родные, любимые лица, а вижу отвратительные маски…
Они смотрят на меня с надеждой… Ждут, что я пойму, приму и стану соучастницей этого кошмара.
– А что я, мама? – сиплю я, ошеломленно моргая.
– Ты не можешь родить, дочка… Пора перевернуть страницу и жить дальше. Мишенька… Я его, безусловно, люблю, но он… Ты же понимаешь, что нашего мальчика больше нет? Сколько еще ты будешь страдать? Сейчас время такое… сложное…
– Нет, мама! – кричу я, встречая испуганные взгляды гостей – они молчат, не решаясь высказаться или принять чью-то сторону. – Я мать и чувствую, что Мишка жив… А вы все… Вы предатели! Отвратительные, гадкие мерзавцы… Я вас ненавижу!
– Когда-то ты поймешь, что я пошел на это только ради тебя, – театрально закатывает глаза Олег.
– Представляю, как ты мучился, делая моей сестре ребенка! Еще и столько времени…
Из-за стола поднимается Света…
Кажется, она, наконец, отмерзает… Или осознает, что все происходящее – не фарс, а реальность… Омерзительная в своем цинизме реальность…
– Кира, я поеду с тобой. Не желаю больше оставаться здесь. Это же… Честное слово, я думала, твоя сестренка репетирует новую роль, но… Сценаристы до такого не додумаются. Поедем?
– Да, Свет. Спасибо… Олег, тебе не стоит сегодня ехать домой, – бросаю, обводя взглядом гостей. – Я не готова разговаривать с тобой. Разрешаю тебе переночевать у Лены, – с ноткой цинизма добавляю я.
– Кира, еще раз с днем рождения, – поднимается дядя Семен. – Регина, мы тоже едем. Не хочу оставаться здесь. Аня, прости, но это… перебор, – качает он головой, глядя на маму.
– Спасибо, дядя Сема. Мы поедем…
– И мы поедем, Кира Васильевна, – произносят мои коллеги.
– Спасибо вам... И простите за все.
На ватных ногах бреду к выходу… Наверное, то, что я сейчас чувствую – травматический шок или инфаркт, не иначе… Все будто на второй план отступает… Остается пульсирующая, рвущая на части боль. Я теперь совсем одна в этом мире, всех потеряла – мужа, сестру и маму… Никого нет рядом.
– Кира, тебе нельзя за руль, моя хорошая, – тормошит меня Света. – Я поведу.
– Светка, как же так? Это точно не роль? Она не прикидывалась?
– Гадина она, дрянь… Недолго мужа оплакивала, за твоего принялась… Кир, поедем ко мне?
– Свет, я сама поеду искать Мишу. Все это время я верила ему, понимаешь? Думала, что Олег ездит по гарнизонам и ищет Мишку… А он ребенка этой дуре делал… Интересно, что бы она сказала, согласись я его воспитывать? Отдала бы мне его?
– Конечно, нет, – фыркает Света, выруливая с парковки. – Она подговорила Олежека преподнести тебе новость под соусом заботы, прекрасно осознавая, КАК ты ее воспримешь… И ребенка она никогда не отдаст. Она же не дура? Что будет дальше, Кирюх?
– Развод, Свет… Только развод. И мой отъезд куда-нибудь подальше… – бездумно глядя в ночное окно, отвечаю я.
Глава 3.
Кира.
Квартира Светы встречает нас тишиной и запахом кофе. Подруга, не говоря ни слова, включает чайник и заваривает чай с мятой...
– Пей. Не для удовольствия, сама понимаешь… В качестве анестезии.
– Тебе это твои беременяшки подогнали? – грустно улыбаюсь я.
– Нет, милая... Они только конфетками балуются. У меня вон... целая стопка лежит.
Мы с Полонской вместе учились в медицинском, но она выбрала профессию во всех смыслах более душевную: помогает появиться на свет малышам, ведет беременности… Меня же в свое время потянуло на расследования… Увлеченная детективами и рассказами папы, на третьем курсе медакадемиии я заочно поступила на юрфак. И, вуаля…
Я судебный медик, а Светка гинеколог. Жизнь и смерть…
Только как я могла не видеть всего этого так долго? Не чувствовать… Спать с предателем в одной постели, готовить ему завтраки, целовать…
Послушно делаю глоток. Жидкость обжигает горло, но внутри, кажется, ничего не теплеет – все безвозвратно вымерзло...
– Они что, правда думали, я скажу «спасибо»? – протягиваю сипло. – «Спасибо, дорогие, что врали у меня за спиной, пока я с ума сходила от неизвестности. Спасибо, что решили заменить мне сына, как сломанную игрушку».
– Они не думают, Кир, – жестко отвечает Света, садясь напротив. – Они просто эгоисты. Каждый решает свою проблему. Ленка хотела ребенка и мужика, Олег хотел… черт его знает, чего он хотел. Убежать от твоего горя, наверное. А мама… твоя мама всегда была немного не в себе, прости. Для нее главное – «чтобы все как у людей» и род продолжался. У них своя, извращенная логика. Они не злодеи из фильма. Они… слабые, подлые люди, кто обернул свою подлость в заботу.
Ее слова – жестокие, но отрезвляющие. Светка права... Они не монстры, а хуже… Монстра можно хотя бы понять, у него есть мотив. А у этих… у этих лишь собственная похоть и удобство.
– Кира, ты сильная… – сжимает мои ладони Света. – Ты – человек, врач, ты…
– Ленка всегда говорила, что нормальный человек не может ковыряться в трупах. Намекала, что у меня отклонения, – горько усмехаюсь я.
– Надеюсь, ты не принимала ее слова всерьез? Кем надо быть, чтобы… Пять месяцев, Кир… Поверить не могу…
Брошенный на стол, смартфон вибрирует. На экране высвечивается «Муж». Какой он мне муж? Муж – человек, который должен быть крепостью и опорой. А моя крепость рухнула…
Я сбрасываю вызов. Телефон тут же вибрирует снова.
«Мама». Сбрасываю.
«Лена». Сбрасываю и включаю авиарежим.
– Они не отстанут, – констатирует Света.
– Я знаю. Именно поэтому мне нужно действовать быстро.
– Что ты задумала? – Света подается вперед.
– Он врал мне про поиски Миши. Все эти месяцы он врал. Говорил, что едет в Ростов и Белгород, что у него есть выходы на каких-то волонтеров, военных… А сам кувыркался с моей сестрой.
Горечь снова подкатывает к горлу.
– Но ведь он не мог врать про все. Какие-то имена, контакты, места он должен был упоминать и... создавать видимость деятельности.
– И что? – не понимает подруга.
– А то, что раз он не искал, значит, искать буду я. Сама. Поеду по тем же городам, найду тех же волонтеров. Только я буду делать это по-настоящему.
Света смотрит на меня с восхищением и ужасом одновременно.
– Кира, ты с ума сошла? Одна? Куда ты поедешь? Это опасно! Да и… Тебе нужно оформить развод, разделить имущество… Ты же не собираешься дарить этим гадам все?
– Ты права, – выдыхаю я. – Но я все равно поеду… Я не могу отказаться от надежды, что Миша жив, Свет.
– Это же так опасно, Кир…
– А здесь не опасно? Здесь мне в лицо улыбаются предатели и заживо хоронят моего сына… Там, по крайней мере, все честно. Есть враг, свои и надежда на жизнь. А здесь… здесь только гниль. К слову, я же могу пригодиться в госпиталях?
– Поедешь, да… Но не прямо сейчас же?
– Можно я останусь у тебя? – спрашиваю я.
– Глупый вопрос. Конечно, оставайся сколько нужно.
Уснуть ни черта не получается… Не могу перестать думать о них… Как ни пытаюсь, перед глазами всплывают их наглые, улыбающиеся лица…
Ворочаюсь на диване в гостиной, гадая, с чего начать? Развод, раздел имущества… Светка права – я ни за что не уступлю сестре шикарную квартиру в элитной новостройке. Ее муженек, царствие ему небесное, был игроком и проигрывал все, что мог… Лена живет в задрипанной однушке на окраине и… Спит и видит, как занять мои хоромы.
Надо бы поискать хорошего адвоката среди своих и поручить все ему…
Светка будит меня, кормит вкусным омлетом, отпаивает крепким, свежесваренным кофе…
– Ты уверена, что справишься одна? – с тревогой спрашивает подруга.