Елена Леонова – Книга Разиэля (страница 16)

– Думаю, нам пора уходить.

Филипп нехотя кивнул, понимая: они вряд ли что-то ещё обнаружат.

Глава 23. Санкт-Петербург. Суббота. 11:40

Выйдя на улицу, Саблин скорее закурил.

Филипп вдохнул воздух весеннего полудня. Было тепло, и голубое небо приятно радовало глаз.

Служебная машина полиции ждала на противоположной стороне улицы, и, докурив, Саблин направился к ней.

– Если ты не против, я прогуляюсь, – сказал Филипп.

– Хорошо, встретимся на квартире через час. И перекинь-ка мне фото с фамилиями из авиаотряда, которое ты сделал, – следователь сел в машину, и автомобиль скрылся в конце переулка.

Писатель отправил снимок Саблину, свернул на Мясную улицу и далее пошёл по проспекту Римского-Корсакова вдоль канала Грибоедова.

С воды приятно обдувало прохладным ветерком.

Филипп поднял воротник пальто, засунул руки в карманы и направился в сторону центра города.

Санкт-Петербург был прекрасен! Писатель шёл вдоль старинных трёх- и пятиэтажных зданий, любуясь дореволюционной архитектурой.

Встречались интересные дома с сочетанием красного и жёлтого облицовочного кирпича, с отреставрированными массивными деревянными дверьми в парадной, как тут называли подъезды, и шикарные здания в стиле модерн.

Писатель читал вывески, проходя мимо, и с удивлением обнаружил на углу с Вознесенским проспектом особняк с установленным барельефом «Нос майора Ковалёва» из фантастической повести Н. В. Гоголя «Нос». Писатель улыбнулся фантазии городских служб.

Он свернул на проспект в сторону Фонарного переулка, где находилась квартира, в которой остановился Саблин.

Информация, найденная в архиве, не добавляла новых красок в историю, нарисовавшуюся в голове писателя, но и не противоречила.

Теперь стало очевидно, что некий авиатор во времена Первой мировой войны обнаружил что-то значимое для Российской империи и направил информацию царю. Само донесение найти не удалось, но у Казанцевой была последняя страница.

Где же доклад?

Если его не нашлось в архиве с подобными документами, то есть ли шанс, что он существует? Погруженный в размышления, писатель не заметил, как дошёл до нужного дома.

Мобильный телефон в кармане пикнул.

Филипп достал его и прочитал СМС-сообщение от дяди. Пётр Иванович направил имя и адрес учёного-библеиста, который будет ждать сегодня, чтобы ответить на вопросы писателя. Он взглянул на время. Встреча через час.

Филипп взбежал по лестнице на второй этаж, в квартиру, где Саблин и Шульц ждали его, чтобы пойти на обед.

Они пошли в то же место, что и накануне вечером. «Шарбар» – так называлось заведение – был ещё более пустынен, нежели вчера.

Саблин и Шульц заказали борщ с говядиной, а писатель взял куриный домашний суп.

– Где нас ждёт твой библеист? – спросил следователь, вытирая губы салфеткой.

– В Археологическом институте.

– Далеко?

– На Дворцовой набережной.

– О! Там красиво. Хорошее место, – кивнул Саблин, глядя на часы, – доедаем, и поехали.

– Я съезжу в участок, проверю, не поступили ли тела, – произнёс Шульц.

– Давай. Если что, сразу сообщи.

Глава 24. Санкт-Петербург. Суббота. 13:20

Коридоры института были пусты. Высокие потолки разносили глухое эхо шагов в такт со скрипом деревянных полов. Двери в аудитории открыты, так как занятий по субботам не проводили. Филипп и Саблин подошли к одной из них с табличкой «Кафедра восточной археологии».

Писатель заглянул внутрь.

В помещении никого.

– Добрый день, – громко произнёс Филипп.

Тишина.

– Никого нет, – заключил Саблин, оглядывая комнату, в которой стояло несколько столов, видимо, для преподавательского состава кафедры, шкафы и тумбочка с электрическим чайником, чашками, упаковкой сахара и пачкой открытого печенья.

– Но вроде как мы договорились встретиться здесь в это время.

– Могу я вам помочь? – в дверях появилась женщина. На вид около шестидесяти лет, очень худая, с седыми густыми волосами, заплетёнными в длинную косу. Лицо её выглядело морщинистым, загорелым, а в разрезе тёмных глаз было что-то восточное. Одетая в просторную чёрную рубашку, спадающую складками на широкие брюки, из-под которых виднелись мысы острых кожаных сапог, женщина не производила впечатление работника института. На её шее висели яркие пурпурные бусы из крупных камней, в ушах – такие же серьги, а кисти рук украшали многочисленные браслеты.

– Добрый день, – опомнился Филипп, – у нас назначена встреча с кандидатом археологических наук Тульским. Вы, случайно, не в курсе, когда он подойдёт?

– Тульский? – голос женщины звучал хрипло и низко. – Вряд ли вы его дождётесь сегодня, – она прошла в аудиторию и поставила мягкую серую сумку на один из столов. – Он заболел.

Филипп с досадой посмотрел на Саблина.

– Незадача, – писатель вздохнул.

– А что вам от него надо? – женщина присела на стул, закидывая ногу на ногу и открывая взору сапоги-казаки.

– Мы договорились встретиться. У нас есть несколько вопросов к нему, – Саблин достал удостоверение майора полиции и показал женщине.

– Хо-хо-хо, – рассмеялась дама, – что же натворил наш Тульский, позвольте узнать?

– Ничего, – следователь убрал удостоверение, – у нас пара вопросов на профессиональную тему. По археологии.

– Ну, боюсь, тогда вам не получить ответы. Как я сказала, он заболел, – женщина цокнула языком. – М-да. Облом.

– Понятно. Ладно. Спасибо, – Филипп направился к двери. Саблин, всё время внимательно наблюдавший за странной дамой, последовал его примеру.

– Подождите, – окликнула их женщина, – что вы хотите знать? Может быть, я смогу помочь?

Мужчины переглянулись.

– Мы собирались поговорить с профессором о Ветхом Завете.

Дама поправила длинные седые пряди волос, выбивавшиеся из причёски.

– Хороший такой у вас заход. Нехилую тему выбрали. Только чё это полиция заинтересовалась библейскими историями? Натворили чего? – она рассмеялась.

Саблин развернулся.

– Всего доброго.

– Ладно-ладно, шучу! – выкрикнула женщина. – Ну, что такой обидчивый? Присаживайтесь.

– А вы, простите, вообще кто? – Саблин недовольно смотрел на даму.

Она покопалась в сумке и достала книжечку в синей твёрдой обложке, протянула следователю. Филипп подошёл к майору, с любопытством заглядывая в удостоверение.

– Заведующая кафедрой археологии, доктор археологических наук, профессор Фатима Айдаровна Идрисова, – прочитал следователь.

– Можно просто Фатима, – улыбнулась женщина.

Саблин кашлянул.

– Простите, – писатель подошёл к даме поближе, – мы не знали…

– Всё в порядке, – она отмахнулась, – многих вводит в заблуждение мой внешний вид. Однако все эти стереотипы, что профессор должен быть в очках и застёгнут на все пуговицы, знаете, это полный бред.