Елена Ленская – Творцы судеб (страница 2)

Зачем? Не знаю, но особо не протестую. У меня всегда есть лазейка-другая, которая помогает ходить и на танцы, и целоваться с молодыми красавчиками. Которые потом приходят к отцу просить со мной свидания.

Думается мне, делают они это по ошибке, так как встречи происходят по ночам, при свете луны, и как я выгляжу на самом деле, они представления не имеют. Это и хорошо, пусть останусь для них таинственной Василией, покорившей их сердца всего за один вечер и пару поцелуев.

Я посмотрела на себя в зеркало, иронично скривила губы, причёсывая длинные, но тусклые, цвета мышиной шкурки волосы, которые вились по собственным, не любимым мной стандартам и торчали кучерявыми прядями. Как бы я не желала выглядеть хоть немного похожей на Марусю – мой идеал красоты и грации, волосы портили образ, который часами создавала подруга. В итоге, я оставалась лохматой, но напомаженной. Да, впрочем, к своей внешности я относилась философски – что дано, то всё моё. И этот маленький ротик с противно пухлыми губами, и нос, вечно задранный вверх, и глаза неопределённого серо-зелёного цвета с ресницами, как у коровы. Причём один глаз был темнее, другой светлее на пол тона. А ещё я нескладная: большегрудая и крутобёдрая, что при моём маленьком росте выглядело очень даже комично.

Скрутила волосы в тугой узел, заколола шпильками и показала язык выбившимся прядям. Сойдёт, не на свидание иду. А потом подхватила увесистый мешок и поволокла за собой.

Отец ждал у дверей моих покоев. Напряжённый, как и утром, обеспокоенный, но решительно настроенный выпроводить меня из дома.

Странно…

Грей стоял рядом, как и полчаса назад, одетый в чёрный длинный плащ, но с небольшой котомкой за спиной. С этим человеком мне предстояло провести неопределённое количество времени, а я даже не успела его как следует рассмотреть. Судя по выправке, он из военных, может даже из какой секретной службы. Высокий, как и большинство боевых магов, крепкий – в армии других не держат, и можно сказать даже миловидный – скуластое лицо, волевой подбородок, тонкие, красиво очерченные губы, прямой аккуратный нос, длинные прямые чёрные волосы, забранные на затылке в тугой узел. И глаза… Да, я уже говорила.

– Вот, – выдохнула я с облегчением, подтащив к нему свой мешок. – Это всё моё.

– Не сомневаюсь, – Грей спрятал насмешливую ухмылку под глубоким кивком.

Отец прижал меня к себе, нежно поцеловал в макушку и, прошептав: «Пора!», отступил. Я была так взволнованна предстоящим путешествием, что не замечала ничего вокруг…

[1] Децемвират – коллегия из десяти человек, образованная для исполнения духовных или светских обязанностей в государстве.

Глава 2

И вот снова портал. Тропа непривычно пружинила, словно мы шли по тонкой дощечке, перекинутой через глубокую пропасть. Грей нёс мой мешок, я аккуратно шла следом. Редко приходилось пользоваться таким переходом (не дано мне), и сейчас я сильно волновалась, чтобы не натворить чего: можно сойти с тропы и попасть в неизведанные миры, или вовсе заблудиться тут, в межпространстве, растерять ориентиры и вечно бродить заблудшей душой среди холодного тумана.

Неожиданно Грей резко шагнул куда-то в сторону, и я потеряла его из виду. Паника пробила холодным потом – я тут заблужусь! Кричать в этом месте не имеет смысла – звуки тонут во временном прорыве, и голос может раздаваться в каком угодно месте, но только не здесь. Я собралась, зажмурилась и шагнула туда, где, как мне показалось, была нужная дверь.

В нос ударил свежий воздух, а через плотно закрытые веки пробились яркие лучики света. Я открыла глаза и увидела Грея. Он бросил мой мешок себе под ноги и смотрел куда-то вдаль, на остроконечные пики гор, укрытые снегом и туманом.

– Вы чего?! – взвилась я. – Вы с ума сошли?

– С ума сошёл? – невинно спросил он.

– Вы меня там оставили! Одну! Я могла заблудиться!

– Не заблудилась же, – ответил он грубо, без предупреждения перейдя на Ты. Я была так обескуражена подобным обращением, что не нашлась, как ответить на откровенную наглость. Грей подхватил мой мешок и молча пошагал куда-то вверх по тропе. Продолжая возмущенно сопеть, осмотрелась и даже на мгновение забыла все обиды. Мы оказались в удивительно прекрасном месте у подножия могучей горы. Здесь, купаясь в солнечном свете и летнем тёплом ветре, росли маки – целое поле. Бесконечное красное море лениво колыхалось, радуя глаз сочными красными цветами, а узкая тропинка, по которой неторопливо шёл напарник, вела к небольшому плато, на котором виднелся деревянный сруб. Судя по белеющим брёвнам, построенный совсем недавно. Я, привыкшая жить в каменных палатах, с большой охотой потянулась к настоящему запаху дерева.

Не так я представляла себе Морайские горы, где, по рассказам очевидцев, частенько менялась погода, стояли туманные дни, и высокие пики были вечно погружены в серый полумрак из-за дождевых облаков. Наверное, постоянные страхи перед неконтролируемыми выбросами магии накладывали отпечаток на мировосприятие этих людей. Возможно, скоро и мне так покажется, когда окажусь во власти неуправляемой дикой стихии.

В мою задачу не входило пресекать неконтролируемые выбросы, следовало лишь понять, почему они происходят. Не зря же я училась на факультете физико-химического анализа и получила этим летом диплом специалиста по природным аномалиям.

Тем временем Грей дошел до домика и скрылся за дверью. Я прибавила шаг, погрузившись в свои невеселые мысли. Что происходит? Почему тот, кого нанял мой отец, ведёт себя более чем странно? И чем всё это мне откликнется?

В домике, как я и предполагала, стоял густой хвойный запах. Поначалу от него закружилась голова, но я быстро привыкла. Сразу за входной дверью находился небольшой, совершенно пустой холл, похожий на широкий коридор, который заканчивался тремя дверями. Я прикинула, что это может быть спальни и кухня. Не густо, моё пространство в родовом поместье было много больше – и этажей пять, и комнат несчетное количество. И, похоже, мы тут будем одни…

– Твоя комната, – Грей бесцеремонно бросил мешок за порогом моего пристанища и скрылся в соседнем помещении. Ничего, мы ещё поговорим! Я зашла, закрыла за собой тяжелую дверь, без сил прислонившись к ней спиной. Всё было каким-то ненастоящим – моё появление в этом месте, странный парень. А может, мне это так казалось – всё же я впервые за двадцать лет оказалась далеко от дома без папы и друзей.

Комната – кровать, шкаф, стол и стул – усилили гнетущее настроение. Я быстро развесила немногочисленную одежду и вывалила на пол основное содержимое своего мешка – полный набор химического анализа аномалий.

Приступить к делу решила незамедлительно, чтобы развеяться и прогнать пугающие мысли.

За голенище сапог засунула самый простой кинжал в тонких ножнах, скорее для собственного успокоения, чем для работы. Оружие на аномалии не действовало, тут требовался научный подход. К поясу пристегнула рабочий пояс, запаслась инструментами и вышла.

Грей стоял у порога, скрестив руки на груди. Моё появление он обозначил ироничной ухмылкой, но с готовностью открыл дверь. Я, стараясь сохранить спокойствие, вышла на улицу.

– Странно, – произнесла сама себе. – Горы как горы, места спокойные, аномалий тут невидно.

– Это на первый взгляд, – напарник стоял за моей спиной и это сильно раздражало. Я постаралась не двигаться с места, не оборачиваться, стараясь показать, что не боюсь. На самом деле у меня даже спина занемела, как хотелось броситься наутёк.

– Что ж, проверим.

Я всё же сделала шаг в сторону, глубоко вздохнула несколько раз и приготовилась слушать. Аномалии – разрывы в пространстве и времени, при появлении издают лёгкий гул, словно где-то поблизости роится небольшая колония пчёл. Рядом с нашим домом я не услышала ничего, кроме весёлого щебета птиц и шуршания ветра в высоких кустах шиповника.

Пошла дальше, по утоптанной тропке, двигаясь, по большей части, интуитивно, пытаясь услышать и почувствовать ладонями едва заметные изменения пространства. Где-то там, выше, если верить едва различимому гулу, находилось то, что я искала.

Вскоре удобная тропа закончилась, и мне пришлось забираться на гору ползком. Под руками всё время крошилась земля, ноги скользили по редкой, жёсткой траве. Хотелось остановиться и отдышаться, но я слышала сопение Грея за спиной и заставляла себя двигаться. О том, какой вид представлял мой зад для его глаз, старалась не думать.

И вот, знакомый гул послышался откуда-то слева, я поднатужилась и выбралась на уступ. Аномалия мерно колыхалась совсем рядом, едва заметная на ярком солнце. «Жировка», определила я, вспоминая, чему нас учили. Явление редкое и очень опасное. Это всё, что написано в учебниках. Я достала щуп – сложный инструмент для измерения колебаний и уровня плотности аномалий, представляющий собой деревянную рукоять с кнопкой. Стоило нажать на неё, как из рукояти выскакивал длинный, до двух метров острый шип. Он брал пробы и тут же выдавал нужные данные. Стараясь не упасть, выпустила шип, он проткнул лёгкое поле «Жировки» и замигал, собирая анамнез.

За спиной что-то хлопнуло, я обернулась, но не успела ничего увидеть, получив сильный толчок в спину.

Раздирая ладони и коленки в кровь, пытаясь не выпустить из рук драгоценный прибор, я летела по склону, не понимая, где земля, а где небо. Удалось вернуть шип обратно, не сломав, и не поранив себя. И только удалось обрести равновесие, как увидела Грея, бегущего ко мне.