Елена Леденёва – Сохраняющая равновесие (страница 28)

– Забирайте ее, – он указал острым подбородком в сторону Ромины.

– Должен вас также предупредить, – остановил Иорна Вилиор, – что буду вынужден направить протест в Комиссию по правам илуитов по поводу необоснованного применения вами силового панциря в отношении Ромины Вирт. Я считаю это бессмысленной жестокостью!

Иорн впился взглядом в лицо главы Совета, его тонкие губы вновь сжались в едва заметную линию.

– А вы не боитесь, что я тоже направлю протест? – медленно проговорил он. – В Комитет внутренней безопасности Луйда по поводу ваших препятствующих правосудию действий?

– Я препятствую не правосудию, а беззаконию, – жестко ответил Вилиор.

Иорн еще секунду сверлил его глазами, а затем развернулся и щелкнул пальцами – светящийся кокон исчез, и Ромина облегченно вздохнула.

– Взять! – рявкнул Иорн и, не оборачиваясь, быстрым шагом направился к выходу.

Квесторы решительно двинулись к Ромине.

– Нет! – Саша вскочила и кинулась к маме.

Та крепко обняла ее и зашептала:

– Саша, все будет хорошо…

Квесторы подхватили Ромину под руки и потянули к двери.

– Девочка, отойди! – сказал один из них, но Саша еще сильнее обхватила маму руками и крикнула:

– Нет! Не трогайте!

– Саша… – мама опять попыталась что-то сказать, но ее перебил мужской голос, рыкнувший кому-то:

– Да уберите вы ее!

В Сашу вцепились чьи-то грубые руки и попытались оторвать, но она только сильнее прижималась к маме. Из глаз хлынули слезы, в ушах застучало. Кто-то из квесторов схватил ее запястья железной хваткой и принялся по одному разжимать стиснутые пальцы. Саша снова закричала:

– Нет! Не забирайте ее! Я не пущу! Нет! Помогите!

Но никто не пришел ей на помощь – Вилиор, доктор Норкс и даже Таир будто приросли к полу кабинета. Еще мгновение – и маму вырвали из ее рук. Ромину потащили к дверям, а Сашу так резко отшвырнули назад, что она не удержалась на ногах, упала и ударилась головой о ножку стола. Боли от удара она не почувствовала, все тело и душу наполняла только боль страшной потери. Саша вскочила и бросилась к дверям кабинета, но ее перехватил Вилиор и крепко прижал к себе спиной.

– Саша, остановись! – быстро заговорил он. – Саша! Послушай меня…

Но Саша продолжала рваться к двери. На помощь Вилиору пришел Таир, и вдвоем им удалось усадить ее на диван, тотчас же подскочил бледный, покрытый испариной доктор Норкс и поднес к губам девочки стаканчик с перламутровой жидкостью.

– Выпей, – уговаривал он. – Это успокоительное.

Саша попыталась отвернуться, но доктор ловко влил ей в рот содержимое стаканчика – ни вкуса, ни запаха она не почувствовала. Ее душили слезы. Вилиор продолжал что-то говорить, но Саша не слушала – из глубины души, ширясь и нарастая, словно снежный ком, поднималось чувство, которое ей прежде не приходилось испытывать. Ненависть.

– Я ненавижу ваш мир, – Саша подняла на Вилиора злые глаза. – Я ненавижу ваши стихии! И я никуда не пойду, ни в какую экспедицию! Я палец о палец не ударю, чтобы спасти ваш чертов Иилу!

Она кричала что-то еще, а трое мужчин – Вилиор, доктор и Таир – смотрели на нее глазами, полными сострадания, и от этого становилось еще хуже. Их Саша тоже сейчас ненавидела – ни один из них не помог ей, когда квесторы схватили маму!

Вдруг все прекратилось. Возможно, так подействовал эликсир доктора, но гнев схлынул так же внезапно, как и возник. Вместе с ним Сашу покинули и последние силы, внутри остались лишь тоска и безысходность. Вилиор присел рядом на краешек дивана.

– Саша, я хочу, чтобы ты знала, – начал он. – Мы сделаем все возможное и невозможное, чтобы вызволить твою маму из Квестората. Я даю тебе слово. То, что произошло сейчас, это моя ошибка, вернее сказать, результат моей невнимательности. Я отмахнулся вчера от просьбы Ромины отложить экспедицию до тех пор, пока ты не повзрослеешь. В своей радости от того, что наконец появился интей, мы все были слишком эгоистичны, чтобы понять, что чувствовала в тот момент твоя мама. Но я должен был догадаться, что она, как всегда, будет действовать решительно. – Вилиор сокрушенно покачал головой. – К сожалению, сейчас закон на стороне господина Иорна, по крайней мере до тех пор, пока мы не докажем, что твоя мама пыталась тебя защитить, а не передать предводителю арнаков, как это желает представить господин главный квестор. Но нам нужно время, даже если Ромина согласится сотрудничать с Квесторатом.

– Я не пойду в экспедицию, пока они не отпустят маму, – безжизненным голосом проговорила Саша.

– Тогда у Иорна появится возможность забрать в Квесторат и тебя. Твоя подготовка к экспедиции – это единственное, что может остановить главного квестора в его попытках…

– Пусть забирает, – перебила Вилиора Саша. – Я лучше буду с мамой.

– Нет, ты будешь там одна, – тихо ответил Вилиор. – В отдельном изоляторе. И мы будем бессильны тебе помочь. Кроме того, ты дашь в руки Иорну самый мощный рычаг воздействия на твою маму, и он им обязательно воспользуется, ведь именно этого он и добивался. Пока ты здесь, ты в безопасности, Саша, и я очень прошу тебя не совершать необдуманных поступков и не делать опрометчивых заявлений. Этим ты только осложнишь и без того непростую ситуацию для Ромины.

Саша молчала. У нее было такое чувство, будто ее загнали в ловушку, как маленькую бестолковую мышь. Все внутри буквально разрывалось от ощущения несправедливости и собственного бессилия.

– Саша, я не враг тебе и Ромине, – Вилиор будто прочитал ее мысли. – Обещаю, что найду способ отложить экспедицию, если ты не будешь к ней готова. Твоя мама была права: мы не имеем права так рисковать тобой, и я постараюсь донести эту мысль до Советников Луйда. Думаю, нам удастся построить на этом защиту Ромины.

Саша молчала.

– Сейчас тебе нужно отдохнуть, – произнес Вилиор, не дождавшись ответа. – А утром, если ты захочешь, мы продолжим разговор.

Таир вызвался проводить Сашу. От мысли, что дома она останется совсем одна, на глаза снова навернулись слезы. Но стоило ей переступить порог, как в дверь ворвалась зареванная Мирра. Оказалось, что Тед этой ночью дежурил в Тайнераде и отправлял в госпиталь раненого квестора, от него он и узнал подробности сегодняшней ночи.

– Ох, Сашка, – всхлипнула Мирра и крепко обняла девочку. – Беда-то какая. Так я и знала, что Иорн не оставит ее в покое.

Почему? За что он так ненавидит маму? Саша хотела было спросить, но сил не осталось даже на то, чтобы ворочать языком. Она села на диван, положила голову Мирре на плечо и прикрыла опухшие от слез веки.

Глава 14

Надин

Саша подскочила от резкого звука, похожего на выстрел. Она не сразу сообразила, где находится, и только спустя несколько долгих секунд поняла, что так и уснула в гостиной на диване. А вслед за этим осознанием на нее тяжелым отчаянием обрушились воспоминания о событиях прошедшей ночи. Они забрали маму. И теперь Саша совсем одна, без друзей и без близких, среди почти незнакомых людей, которые на самом деле и не люди вовсе. Впрочем, как и она сама. Господи, да что же это! На глаза вновь навернулись жгучие слезы, и она принялась с остервенением их вытирать. Голова нестерпимо ныла – Саша запустила руку в волосы и обнаружила огромную шишку с правой стороны.

– Добрый день, – раздался женский голос.

Саша вздрогнула. В дверях стояла незнакомая женщина и с холодным равнодушием ее рассматривала. Только теперь Саша поняла, что разбудивший ее громкий звук был хлопком входной двери.

– Здравствуйте, – она резко поднялась с дивана и тут же пошатнулась, почувствовав, как стремительно подкатывает приступ дурноты. С трудом устояв на ногах, спросила незнакомку: – Кто вы? И что здесь делаете?

Вопрос, вероятно, прозвучал чересчур резко, потому что женщина тут же поджала губы.

– Я здесь живу, – ответила она и скрестила на груди руки с тонкими длинными пальцами в серебряных кольцах. – Меня зовут Надин Вирт, Ромина Вирт – моя дочь.

Саша от неожиданности совершенно растерялась, она и думать забыла о том, что находится в чужом доме. Только сейчас до нее дошло, чей это дом. Приглядевшись повнимательнее, она заметила знакомые черты – тонкий нос, выразительные глаза, но стоявшая перед ней женщина, казалось, была высечена изо льда. Возможно, такое впечатление складывалось, потому что ее волосы, уложенные волосок к волоску в аккуратное каре, были совершенно белыми; или потому что глаза женщины были настолько прозрачными и такого чистого голубого оттенка, что казались ледяными. Надин прошествовала в комнату и уселась в одно из кресел, выпрямившись будто на троне. «Снежная королева», – пронеслось у Саши в голове.

– Вы моя бабушка?

– Я бы предпочла, чтобы ты называла меня по имени-отчеству – Надин Менардовна, – высокомерно ответила женщина, окинув девочку все тем же равнодушно-холодным взглядом. Ее глаза задержались на грязных и растрепанных волосах Саши, и она, презрительно скривив губы, добавила: – В твоем возрасте пора уже научиться следить за собой. Будь добра, пойди в ванную и приведи себя в порядок.

Саша вспыхнула от обиды и унижения – да кто дал ей право так разговаривать! Видимо, считав ее эмоции, Надин добавила все тем же холодным тоном:

– Меня вызвал сюда Вилиор Эльту. Он обратился с просьбой позаботиться о тебе, пока моя дочь находится под арестом.