Елена Кузнецова – Сон жизни как жизнь сна (страница 13)
Впрочем, это – не моя песня.
Мозг – наш страж действительности. Чтобы мы могли почувствовать себя, словно бы в детстве, когда между улыбкой и слезой расстояние – в миг с кепкой. Он дарит сон, как связь с основополагающим человеческим свойством – непосредственной реакцией на жизнь – без мути законов, обязательств и морали.
Наука скачет по этому маршруту, предложенному еще фантастом А. Беляевым, как сумасшедшая лошадь без жокея. Если человек лишится сна, мы, наверняка, останемся без внутреннего наблюдателя. Сознательно исключив сон (желающих уже предостаточно), человечество навсегда утратит способность к фантазии и … доброте.
Сон в нашей жизни – джем-сейшен! Праздник для посвященных! Лучшее, что у нас есть. Единственная подлинная собственность. Удивительнейшее из наслаждений. Если кому-то посчастливилось присутствовать на после концертных посиделках, когда музыканты играют для себя, а не для публики, тот понимает, что имеется в виду свободное творчество свободных художников, объединенных желанием доставить друг другу радость. Так что, время сна – показательная программа мозга для своего хозяина. Лишенный возможности погрузить человека в грезы и фантазии, мозг регрессирует в обычный орган и превратится в простой функциональный компьютер.
Продолжением этой "эволюции наоборот" будет то, что человек навсегда утратит душу – особое божественное состояние, объединяющее нас со вселенной. Именно это, а не грядущий многовариантный апокалипсис, и станет гибелью нашей цивилизации.
Чем отличаемся мы от зверей? Да, безусловно, сознательной деятельностью, изощренным разумом, умением логически мыслить, анализировать ситуации и события, составлять прогнозы, обращаться к ассоциациям… Но и МЕЧТАМИ, ГРЕЗАМИ, СКАЗКАМИ.
Волку сказки не нужны. Он всегда в поисках еды. И запах плоти и крови для него и есть смыл жизни. А у крови нет понятия красоты – только целесообразность, инстинкт и воля к жизни. Неужели мы хотим оставить себе только эту красоту – волчью?
Тогда выжившие "счастливчики" будут молиться не о приходе сна, а о его неуходе.
У человека на земле не останется ничего личного, когда закончатся сны.
Хорошо представляю себе вашу улыбку, мой дорогой читатель. Я не пою осанну сну. Хотя, нет.
Я пою сну осанну!
Я признаюсь ему в любви
И очень боюсь утратить способность видеть сны.
И снова прошу не волноваться по моему поводу всех, чья профессия начинается с "психо". Поверьте, со мной все в порядке, пока не наступил КОНЕЦ СВЕТА.
Как часто даже самый скрытный и неразговорчивый человек ощущает потребность в собеседнике, равном самому себе. Я не имею в виду высокомерное соответствие-соревнование положений, возможностей, должностей, кошельков, особняков и яхт. Важна встреча с другим, имеющим похожий опыт жизни, уровень развития, ценностные приоритеты и отношение к миру. Так вот, иногда, пусть даже мы себе в этом не признаемся, хочется быть с кем-то распахнутым, откровенным до конца – до самого донышка.
Но с кем?
С кем это возможно?
С родителями? От них нас давно отделяет или завеса возраста, или трагическая невозможность.
С детьми? Но что они понимают? Может быть, когда-то, когда дорастут…
С коллегами?
Друзьями?
Любимыми?
Супругами?
Случайными попутчиками, которых, наверняка, больше никогда не встретим?
Во всех наших отношениях имеется Рубикон, который перейти можно лишь однажды – под пыткой или от глупой наивности, и то… Это будут только факты. Мыслей, чувств, эмоций, надежд или разочарований мы передать все равно не сможем. Да и не захотим. Именно, не захотим. Чтобы не остаться окончательно голыми. Не обнаженными – голыми, такими, как есть.
Во сне голому человеку на голой земле не страшно. Это – естественная среда обитания души. Там мы, как рыбы в воде или птицы в воздухе, только без физических усилий и сопротивления среды. Парим сказочными эльфами.
Глупо отрицать, что некоторым снятся жуткие сказки, кошмары и монстры.
Только сон в этом не виноват.
Сознание возвращает человеку в виде страхов и ужасов его дневные представления о мире.
И чего же мы хотим от мозга, если живем внутри войны?
Только даже замурованному в темнице, снится воля – с Сознание возвращает человеку в виде страхов и ужасов его дневные представления о мире.
голубым небом, первым поцелуем и чьей-то лаской. Не знаю, как и какие надо разрушить оковы и стены, чтобы ночью не приходили чудища.
Как получается, что одни сны – крохотульки на миг, а другие – масштабные истории с хорошо закрученными сюжетами? На запись и расшифровку некоторых уходит весь день.
Не устаю удивляться невероятной скорости мысли. Недавно узнала, что где-то проводятся исследования на предмет мозговой активности, вернее, изучения мозговых излучений. Ученые почти доказали, что мозг каждого человека посылает в пространство постоянные импульсы некоей энергии. И обратно получает такие же сигналы. "Морда, морда, я кирпич, иду на сближение". Но, кроме шутки юмора, жуть, как интересно. Правда, пока не ясно, чего больше – интересного или жути?
Но я верю в человека!
Он может все!
У него есть не только свобода воли, но и свобода фантазии! Захочет – придумает! Не захочет – врачи залечат, или водка с наркотиками успокоят.
А я как-то привыкла по старинке – ищу утешения во сне. Он – мой верный товарищ. Да и лет мне немало, так что негоже друзей бросать.
Тем более, что переправа впереди – одна, зато – последняя. Главный сон жизни – окончательный. В него лучше с тем, кому доверяешь безраздельно.
И потому каждый вечер я предвкушаю, несмотря на усталость или раздражение, – волшебное ожидание.
ЧУДО сеанса личной киностудии сна.
Признаюсь, привыкнуть к этому чуду не могу до сих пор.
Как часто люди проходят мимо таланта и поют осанну примитивной подделке. Или, наоборот, пытаются усложнить то, что на самом деле является НИЧЕМ – лишь иллюзией тайны. С тех пор, как существует искусство, человек пытается ответить на многочисленные вопросы, с ним связанные. Нас нешуточно занимает тонкая грань, отделяющая искусство от неискусства.
Сегодня, когда рисованный во весь пролет разводного моста мужской детородный орган признается достижением современного художественного высказывания, этот спор перестает быть простой схоластикой. Не удивительно, если вспомнить, что разврат и мат давно и прочно прописались на всех "полянах" искусства. И до признания этого хулиганства классикой осталось немного – назначение "смелого министра культуры", который подпишет указ, где черным по белому обяжет поместить эти "художества" в школьную программу.
Я могу допустить, что годы делают меня непримиримой. Впрочем, стоит ли удивляться? Сколько раз на моей памяти я шла в противоположную сторону от четко марширующего строя? Кроме того, всегда считала, что суть взаимоотношения искусства и жизни должна сводиться к сложнейшему из деяний – НЕ СУДИТЬ, НЕ ПОНИМАЯ. И надо учить себя вникать в сложное. И не считать свое мнение истиной в последней инстанции. Но все равно, мне не хватает толерантности считать восставший фаллос искусством. Это под силу только министерству культуры РФ.
Для тех, кто занимается искусством профессионально, вопрос о том, что такое само ИСКУССТВО, не стоит. Любой художник объяснит, что искусство – это отражение действительности в образах. Но, чем глубже художник погружается в ткань своего искусства, тем чаще он задает себе вопрос – детский вопрос – действительно ли искусство – это просто образное отражение жизни? И дело не только в том, что основанием для "преображения" может быть любой повод. Это еще А. Ахматова горько подметила:
"Когда б вы знали, из какого сора
Растут стихи, не ведая стыда".
Самое любопытное, что никто не интересуется мнением самого "сора", который мы не замечаем.
Следующий сон как раз о том, что под ногами. Ему больше двадцати лет. Он изредка посещает меня, и всякий раз старается обратить внимание на некую определенность – деталь, вид, мысль. За эти годы накопилось 18 записанных вариантов. Были версии, рассказанные с одной стороны, потом – с другой. Несколько сюжетов представляли собой диалог посторонних персонажей. Кроме того, однажды я смотрела на "героя" сна словно бы сверху – с огромной высоты, но при странном приближении: я спускалась и внедрялась внутрь, становясь самим героем. И все мои мысли были и не моими, и не его, и не пространства – просто мыслями.
В будущем, наверное, я попытаюсь на базе этого сюжета написать что-то отдельное, чтобы понять глубинный смыл самой трансформации сна. А теперь предлагаю обобщенный вариант, основанный на идее отношений части и целого.
СОН. ПОКЛОНЕНИЕ КАМНЮ