Елена Кузьменкова – Равноденствие (страница 6)

Хранительница медленно обошла меня, застывшую в центре комнаты, и села за стол, положив на него тонкие руки с очень белыми кистями. Я молчала, ожидая, когда она заговорит со мной.

– Итак, – произнесла она холодно, – ты не нашла ничего лучше, как начать кричать прямо посреди зала.

– А что мне оставалось делать? – ответила я, не растерявшись под ее пронзительным взглядом. – На мои вопросы не отвечают, ничего мне не объясняют.

– Не отвечают, значит, не пришло время.

Я вскинула голову:

– Я больше не намерена ждать.

Хранительница холодно улыбнулась:

– Если я захочу, ты будешь ждать столько, сколько потребуется.

Я проигнорировала угрозу.

– Я зачем-то нужна вам. Дело не в нарушении мною законов. Так ведь?

Ведьма снисходительно кивнула:

– Да, это так. Ты действительно нужна нам.

– Зачем? Почему вы устроили это представление в моем доме, силой увели меня, лишили магических сил? – Мой голос повысился, я глубоко вздохнула, чтобы он перестал дрожать.

– Силы вернутся к тебе, когда мы будем уверены в тебе.

– Уверены в чем?

– Что ты выполнишь предназначенную тебе роль.

– Мне надоело разгадывать ваши загадки.

Ведьма слегка нахмурила тонкие черные брови.

– Ты нетерпелива и вспыльчива.

– Да, – согласилась я, – мне это уже говорили. Так вы скажите мне, чего хотите?

– Скажу. – Она чуть вздохнула, ее глаза на миг вспыхнули поистине мистическим огнем. Или это был отсвет камня на ее обруче?

– Ты очень способная ведьма, – начала она. – Тебе достались способности твоей бабушки, но ты сильнее ее. Ты легко управляешь стихиями, можешь исцелять болезни, хорошо чувствуешь других людей, можешь видеть будущее, хотя и недалеко, тебе подчиняются животные. Ты владеешь как белой, так и при необходимости черной магией. При этом хорошо понимаешь свою задачу – помощь людям и сохранение гармонии.

– Вы же обвинили меня в том, что я причиняла вред людям? – язвительно вставила я, когда она перевела дыхание, перечисляя мои достоинства. – И в качестве наказания велели служить в замке три года.

Хранительница ничуть не смутилась.

– Ты уже и сама поняла, что это была уловка, чтобы забрать тебя. Тогда ты не была готова услышать правду.

– Я давно готова услышать ее.

Главная ведьма встала из-за стола и слегка наклонилась ко мне.

– Мы хотим, чтобы во всем королевстве воцарился мир и благодать.

– Кто это мы?

– Верховные ведьмы.

– И как вы собираетесь этого достичь? – Поинтересовалась я. – Вы и так обучаете молодых ведьм, потом они выполняют свою миссию на своей земле, служа людям.

– Этого недостаточно! – Ведьма повысила голос. – Тебе прекрасно известно, что нас до сих пор обвиняют во всех человеческих бедах. Ведьм до сих пор сжигают на кострах, не разбираясь. Мы вынуждены скрываться, действовать тайно и крайне осторожно. Нам не дают применить свои способности в полную силу.

Ее глаза загорелись фанатичным огнем, и я почувствовала страх, который ледяной волной прокатился у меня по позвоночнику. Я начинала понимать, к чему она клонит.

– Власть должна принадлежать, таким как мы! – Выкрикнула она, подтверждая мою догадку. – Мы наведем порядок в королевстве, люди будут ограждены от бед справедливым законом. Хранительницы смогут, не таясь, выполнять свою миссию.

– В законе сказано, что мы должны помогать, не вмешиваясь открыто в течение событий. – Сухо произнесла я. – У нас нет власти над судьбой целого королевства. Нельзя отнимать у людей свободу воли.

– Весь этот закон о свободе воли – полная чушь! – Неожиданно вспылила ведьма. – Всем будет только лучше, если управлять станут Хранительницы. Не будет войн и несчастий, мы справимся с болезнями и преступлениями.

– Вы хотите сделать из людей послушных марионеток? О какой гармонии может идти речь? Вы разрушите баланс между добром и злом.

– А почему должен быть какой-то баланс? Разве не лучше, если добро победит раз и навсегда.

Я растеряно покачала головой.

– Вы не понимаете. Это не просто закон ведьм – Хранительниц, это закон мироздания. Как главная Хранительница, вы должны знать такие вещи. Почитайте древние книги.

– Древние книги писали люди, также ограниченные в своих суждениях, как и ты сейчас.

Ведьма успокоилась и вновь села, приняв величественный вид.

– Ты скоро поймешь, что заблуждалась, дитя мое. Ты просто пока не понимаешь, что мы хотим только добра.

– Вы хотите навязать людям свое добро, – не сдавалась я. – Вы собираетесь опутать королевство магией и с ее помощью добиться власти.

Ведьма молчала, остановив на меня холодный взгляд.

– Неужели с вами согласны все остальные Хранительницы? – Высказала я сомнение.

– Об этом знают пока только избранные, но скоро мы объявим свое решение всему сообществу.

– А если они не согласятся? – спросила я и неосознанно затаила дыхание, ожидая ответа.

Дамиана прикрыла глаза, словно утомленная разговором, и нехотя ответила:

– У нас хватит тех, кто согласен сделать мир лучше. Поверь мне, их будет большинство.

– А что вы сделаете с теми, кто не согласен?

Ведьма слегка пожала плечами:

– Мы постараемся их убедить. Если не получиться, то они станут нашими врагами. К сожалению, великие дела не обходятся без жертв. Со временем появятся новые ведьмы, которые впитают новый порядок с молоком своих матерей.

Хранительница улыбнулась мне.

– Ты хорошо все рассчитала – твоя дочь родится в день весеннего равноденствия. Она получит силу, равной которой еще не было. Со временем я сделаю ее своей преемницей, потому что своих детей у меня нет.

***

И вот теперь я стояла на крыше замка и желала, чтобы ледяной ветер просто сдул все горькие мысли из моей головы. Я оказалась в ловушке, с которой не сравнится никакая другая. Привычный мне мир вполне мог оказаться во власти фанатички, не видящей всей опасности своей идеи. Хранительница поведала мне, что мои способности нужны им для совершения могущественного ритуала, который заставит всех живущих покориться новой власти. Неугодные, те, кто не пожелает присоединиться, будут уничтожены. Королевство, все живущие в нем люди под действием чар заживут новой счастливой и абсолютно безвольной жизнью. Ритуал был назначен на день осеннего равноденствия. Сейчас конец июля. Времени, чтобы все изменить остается чуть больше месяца. Знать бы только как. Мне под страхом смерти запретили рассказывать что-либо другим женщинам.

– Они узнают, когда придет время, – сказала Хранительница.

Я задумалась о своей возможной судьбе. Я не желала помогать этой сумасшедшей и ее сообщникам и участвовать в ритуале. Если я откажусь, они, наверное, справятся без меня. А если нет, то попытаются заставить. Они не причинят вреда мне – Дамиана дала ясно понять, что мой ребенок важен для нее. Но мне есть за кого еще бояться. Единственный выход из этой ситуации я видела в том, чтобы те ведьмы, которые еще не знают об грандиозных планах главной Хранительницы, узнали о них и высказали свое несогласие. Я так поняла, что сторонников у Дамианы было пока немного, в их число наверняка входили старшие ведьмы из ее ближайшего окружения. Она планировала переманить на свою сторону остальных, убедить их в правильности того, что она собиралась сделать. Значит, задача состоит в том, чтобы показать им преступность и неправильность этого замысла. Не дать молодым ведьмам перейти на сторону их безумной королевы. Трудность состояла в том, что я должна была молчать. Дамиана пригрозила, что посадит меня под замок, если я стану мешать ей и буду пытаться влиять на остальных Хранительниц. Спасение должно прийти из внешнего мира. Но королевство не знало о грозящей ему опасности. И не было никого, кто мог бы рассказать об этом и попросить о помощи.

В последующие дни я не раз поднималась на крышу, чтобы побыть в одиночестве и подумать. К сожалению, в мою голову так и не пришло ни одного решения.

Я тоскливо осмотрела унылый пейзаж внизу и еле различимую тропинку, вившуюся среди острых скал. Отсюда не сбежать, а летать я не умела. Как раз в тот момент, когда я размышляла об этой несуществующей возможности, я услышала хлопанье крыльев, и на стену в паре метров от меня сел большой черный ворон. Я вздрогнула от неожиданности. Я совсем недавно стала выходить на крышу и птиц видела лишь высоко в небе. Как правило, это были хищники. Я не подозревала, что в этих горах водятся вороны. Обрадовавшись случайному гостю, я осторожно подошла к нему ближе. Ворон не испугался и остался сидеть на месте, лишь встрепенулся, избавляясь от растаявших снежинок, осевших на иссиня-черные перья.

– Привет, – ласково сказала я ему.

Птица внимательно смотрела на меня. Я придвинулась еще ближе. Интересно, удастся ли мне установить с ним контакт, или этой способности я тоже лишилась? Рассматривая ворона, я почти сразу отметила некую странность в нем. Нет, он был абсолютно такой же, как многие другие вороны, которых мне приходилось встречать: большой, с черным глянцевым опереньем и мощным клювом. И все же, что-то в нем было не так. Мне пришлось подойти почти вплотную, чтобы понять, что именно. Дело было в его глазах. На первый взгляд его глаза были такие же, как у всех птиц: блестящие бусинки, внимательно рассматривающие меня. Странным был цвет этих глаз. Они были не черного, а серебристо-серого цвета. Очень знакомый цвет глаз, принадлежащий одному хорошо известному мне колдуну.