Елена Кушнир – Плохие девочки, которые изменили мир (страница 7)
Октавиан торжествовал. Ему оставалось только с помпой въехать в Александрию и осадить царский дворец. Антоний тем временем проводил время в пьяном забытьи, основав «Союз смертников», чтобы в час прибытия римлян покончить с собой.
О Клеопатре говорили, что она испытывала яды на заключенных, приговоренных к казни, чтобы узнать способ самой быстрой и безболезненной смерти. Вероятнее всего, это правда: она была жестока и проявляла это при необходимости. Например, казнила жену и детей коменданта сдавшейся римлянам крепости.
Ее дурные поступки на этом не заканчиваются — не нужно закрывать на них глаза. Клеопатра действительно предала Антония, которому пообещала, что они вместе уйдут из мира. Но едва у нее появилась слабая надежда на снисхождение Октавиана, как Клеопатра отложила в сторону кинжал. Возможно, она надеялась соблазнить его, но ей было уже тридцать девять лет, она была матерью четырех детей и могла бы сказать о себе, как всё та же Серсея Ланнистер: «У меня больше шансов соблазнить его коня». Октавиан был железным человеком с ледяным сердцем, на него соблазны не действовали. Когда Клеопатра поняла, что пощады не будет, она попыталась уморить себя голодом. Тогда Октавиан пригрозил, что убьет ее детей. Это, как казалось, окончательно сломило царицу. Ей предстояло ужасное унижение — пройти вместе со своими детьми в цепях в триумфальной процессии Октавиана в Риме.
Клеопатра выбрала смерть на своих условиях.
Она долго билась за жизнь, но предпочла смерть позору, лишив Октавиана удовольствия выставить ее напоказ на потеху римской толпе. В результате Октавиан даже стал выглядеть дураком и неудачником. Он называл себя Цезарем, но настоящий Цезарь после войны с галлами провез на своем триумфе живого галльского вождя, а Октавиану в день победы пришлось довольствоваться чучелами Антония и Клеопатры.
О ее самоубийстве многое написано, и на сей счет существуют разные версии: царица дала укусить себя змее, или хранила яд в шпильке, или даже съела отравленный инжир.
В финале пьесы, отдавая дань величественной кончине непокоренной царицы, Шекспир вкладывает в ее уста монолог, чем-то созвучный словам Гамлета:
Октавиан, как ни удивительно, проявил уважение к ее останкам и даже позволил похоронить Антония и Клеопатру в одной гробнице. Это не помешало новому властителю Рима убить сына Клеопатры от Цезаря, чтобы избежать возможной конкуренции.
В 2008 году исследователи обнаружили заранее подготовленный для захоронения тоннель под храмом Осириса недалеко от Александрии. Там находятся статуи царицы и множество монет с ее изображением. Она заранее приняла меры. Сколько выдержки в ней было! Клеопатра использовала свою красоту для соблазнения мужчин и сохранения власти, лгала и предавала. Но она остается… Клеопатрой. И мы ее никогда не забудем.
Укол, еще укол. Фульвия
(83/82–40 гг. до н. э.)
На картине нашего соотечественника Павла Свидомского «Фульвия с головой Цицерона» изображена женщина, которая наслаждается видом отрезанной мужской головы. Сюжет традиционный для классической живописи. Существует немало полотен, изображающих иудейскую героиню Юдифь с головой Олоферна. Но обычно у Юдифи строгий и торжественный вид. Изображенная же русским художником Фульвия источает злорадство, забавляясь с мертвой головой. В язык мертвого Цицерона воткнуты булавки из женской прически. Кем была женщина, способная на такой жестокий триумф?
Жестокостями прославились многие римляне, и вот среди беспощадных тиранов и деспотов Древнего Рима нашлось место и женщине. Это была чрезвычайно властная и влиятельная особа, которая смогла оставить в истории след, а не промелькнуть как чья-то дочь, сестра или жена, хотя среди ее мужей был сам Марк Антоний. Как раз будучи ее мужем, он познакомился с Клеопатрой. У Шекспира царица ревнует его к римской супруге и подчеркивает ее характер, давая понять, что она командует Антонием:
Фульвия Бамбула была наследницей двух плебейских, но богатых римских родов. Ее семья долго находилось у власти, и девушка росла в атмосфере политических интриг. Отличаясь решительным характером, она с юности мечтала стать игроком на политической арене. Замуж она выходила трижды — это не было чем-то особенным в Древнем Риме, где развод был элементарен. Но Фульвия выходила замуж с расчетом, чтобы каждый новый муж приводил ее на всё более высокую ступень власти.
Первым супругом Фульфии стал аристократ из очень знатной семьи Клодий Пульхр, принимавший участие в многочисленных заговорах. Он был политическим оппонентом Цицерона и отличался страстью к интригам, на которые его вдохновляла жена. Римский автор Валерий Максим писал, что Клодий «прицепил кинжал к столе Фульвии, тем самым поставив воинское отличие под власть женщины». Клодий, по слухам, шагу не мог без нее ступить и брал с собой во все поездки. Когда Клодия убили, Фульвия добилась осуждения и изгнания для предполагаемого организатора убийства, хотя его защищал в суде сам Цицерон. С тех пор она невзлюбила знаменитого оратора.
Горевала Фульвия недолго и вскоре вышла замуж за народного трибуна и военачальника Куриона, боровшегося против начинавшего свою карьеру Цезаря. Но звезда Цезаря разгоралась всё ярче, и Курион присоединился к его сторонникам. Курион считался талантливым оратором, но не успел реализовать свои способности, рано погибнув в битве. Всего через год после свадьбы Фульвия опять оказалась вдовой.
О последовавших за этим пяти годах ее жизни ничего неизвестно. Вновь она появилась на политическом горизонте, когда ей сделал предложение Марк Антоний, правая рука Цезаря и второй человек в государстве. По всей видимости, это был брак по любви. Цицерон, часто распространявший слухи, утверждал, что Фульвия изменяла с Антонием еще своему первому мужу. Ради брака с нею Антоний избавился от второй по счету жены. Итак, для Фульвии он стал третьим мужем, а она для него — третьей женой. Все исследователи соглашаются, что она имела на Антония огромное влияние.
Плутарх писал:
«Ей мало было держать в подчинении скромного и невидного супруга, но хотелось властвовать над властителем и начальствовать над начальником. Фульвия замечательно выучила Антония повиноваться женской воле и была бы вправе потребовать плату за эти уроки с Клеопатры, которая получила из ее рук Антония уже совсем смирным и привыкшим слушаться женщин».
После убийства Цезаря влияние Фульвии только возросло. Она больше не нашептывала мужьям, что им следует делать, а открыто занималась государственными делами, участвуя в распределении римских провинций. Она сопровождала мужа во время подавления мятежа и не только не возражала против жестоких казней, но и присутствовала на них. По словам Цицерона, лицо Фульвии «было забрызгано кровью умирающих», но не будем забывать, что оратор враждовал с нею и мог преувеличивать.
Когда Антоний вместе с Октавианом (будущим Августом) и Лепидом стал частью правившего империей триумвирата, Фульвия получила роль истинной царицы. Она стала первой женщиной, чей профиль чеканили на монетах. Антоний в ее честь переименовал греческий полис Евмения в Фульвию. С Цицероном, многократно выступавшим против Антония в Сенате и вообще давно ей надоевшим, Фульвия расправилась беспощадно. Антоний казнил оратора и привез его голову в подарок жене. Фульвия дала выход своей злобе, воткнув в «золотой» язык Цицерона три шпильки из своей прически. Эта сцена мести и изображена на картине Свидомского.
Когда Антоний отбыл на войну с Кассием и Брутом, Фульвия осталась в Риме представлять интересы мужа и фактически сделалась владычицей всей Италии. После победы при Филиппах Антоний остался на Востоке. Фульвия способствовала тому, чтобы его не забывали в Риме. Она конфликтовала с Октавианом, чтобы тот не присвоил себе славу за победу над республиканцами, и выступала перед легионерами, призывая их не забывать своего главного полководца — Антония. Надо думать, что обмениваться политическими уколами с Октавианом ей очень нравилось: в атмосфере соперничества, интриг и борьбы за власть она чувствовала себя как рыба в воде.
Но влюбившийся в Клеопатру Антоний предал ее. Поначалу Фульвия не могла поверить в его измену, как супружескую, так и политическую. Оставаясь на Востоке, он терял свою власть над Римом, а вслед за ним ее теряла и Фульвия. Не желая с этим мириться, она, по сути, развязала войну с Октавианом, надеясь выманить Антония обратно в Италию из объятий «египетской ведьмы». Но Антоний не возвращался. Октавиан в ходе этого конфликта стал вести против Фульвии пропагандистскую кампанию в духе мужского шовинизма: мол, она затеяла войну из-за своей сексуальной неудовлетворенности, типичной женской злобности и эгоизма (сказано человеком, который сделал всё, чтобы стать единоличным правителем Италии). Дальше пустили самые «страшные» слухи: Фульвия собирается опоясаться мечом и сама вести солдат в бой. О, позор! Чтобы баба командовала мужчинами! Да не бывать такому! И действительно, это были самые ужасные слухи, скомпрометировавшие Фульвию в Италии и за ее пределами. Антоний, услышав об этом, оставил последние сомнения: жене он помогать не станет, пусть сама разбирается со своим позором. При встрече, которая состоялась у супругов в Афинах после разгрома войск Фульвии Октавианом, Антоний обрушился на жену с упреками: