Елена Крыжановская – Странствия клетчатых (страница 39)

— Мне тоже жаль. Смотри, — она показала в окно на задний двор салона. — Спустишься, сразу беги на улицу, может, там не догонят. Если они караулят черный ход, там вряд ли больше двух стражей, должен ведь кто-то искать по комнатам.

— А с той стороны что?

— Туда не прыгай. Это глухой двор, на ночь там закрыты ворота, не пройти.

— Прощай, добрая душа. Спасибо за ласку.

— Не благодари. Вот когда уйдёшь…

Жердин полностью оделся и выскользнул в окно. Внизу был водосток и рядом — черные крыши каменных сараев. Он легко спрыгнул на ближайшую, самую высокую, перебежал до угла, там был сарай пониже, спрыгнул во двор. Огляделся.

Закрытая дверь черного хода, вокруг глухие стены, свет из окон верхних этажей, извилистая дорожка, ведущая с заднего двора салона на трущобную улочку. Никого.

Держась в тени, Жердин скользнул в переулок. Бесшумно прошел до угла, где горел одинокий тусклый фонарь. Увидел, как впереди на перекрестке, на входе в каждую улочку прохаживается караульный. Похоже, салон оцеплен. Не спуская глаз с темных фигур в военных плащах, актёр осторожно выглянул за угол.

Тут же в него вцепился десяток рук, он даже не успел разглядеть опасность, как мышеловка захлопнулась.

Глава 36

— Кто тут у нас, ребятки? — угрожающе ласково прозвучал голос молодого мужчины в светлом дворянском костюме, совсем не для ночных прогулок. Похоже, заказчик нарочно вырядился, чтобы его ни с кем не спутали, в отличие от его темных подручных, всех на одно лицо. — Это он и есть?

Когда Жердина притянули к стене, главарь вышел на свет. Наставил на актера пистолет, и презрительно рассматривал пленника.

— Чужак, который сманивает наших девочек? Хм… что они в тебе нашли? Отвечай! У вас в театре оружие фальшивое, но если я буду стрелять, твоя карьера трагически и бесповоротно оборвётся. Не вздумай вырываться, если хочешь жить. Пояс — мне, — хозяин наёмников протянул руку.

Двое мигом забрали у Жердина пояс с оружием и бросили ему.

— Ты недостоин носить шпагу! За одно это нарушение закона я могу отдать тебя под суд. А, может статься, ты дворянин? Скажи, не скромничай. Не вижу на тебе и следа благородного происхождения, но я могу заблуждаться. Если это ошибка, мы даже извинимся!

Нападающие сдержанно погоготали, поддержав шутку хозяина. Актёр молчал, заранее зная, что и любое слово, и молчание — одинаковый приговор, милости не будет. Заказчик разыгрывает свою роль, красуется, и никому не позволит перебивать себя.

— В чем дело? От страха язык проглотил? С девочками ты, верно, разговорчивее! Может, и в самом деле не актер? Фигляры изворотливы, тот бы уж точно что-нибудь придумал! Ну-ка… Ты был сегодня на сцене, изображая пройдоху слугу? Мне верно донесли? Что там изображать, такой и в жизни. И ты имеешь право носить шпагу? Это действительно смешно, господа, как вы считаете?

Он подал незаметный знак, которого давно ждали его люди. Один ударил Жердина по щеке, другой ткнул кулаком в грудь. Ещё не сильно, только проверяя реакцию. Несмотря на нацеленное в голову пленника дуло пистолета, двое крепко держали его за плечи и локти, прижимая к стене. Актёр молчал, сжав челюсти, поверх пистолета глядя в упор на заказчика. Красивый высокий вельможа с узким злым лицом и завитыми усиками удовлетворенно улыбнулся, убедившись, что им попался именно тот, на кого охотились.

— Правда ли, что дочь советника, юная госпожа Эфирина при всех оказывала тебе неподобающее внимание? Что у вас с ней? Где познакомились? Возомнил себя героем-любовником, жалкий шут? Отвечай! — господин взвёл курок.

Актер незаметно сделал глубокий вдох, как перед трюком.

— Хотелось бы соврать, чтобы позлить вас. Но я её не знаю, — у Жердина перехватило дыхание от сильного удара в солнечное сплетение.

— Правду, пожалуйста, — вкрадчиво попросил заказчик. — Или придется выбить её, ломая твои кости.

— Уверен, это достойная госпожа, — сквозь зубы ответил Жердин, подавляя кашель. Восстановив дыхание, выпрямился: — Но я её не знаю. Вы точно меня с кем-то спутали.

— Нет. В городе сейчас всего три театра, и все твои приметы сходятся, — с фальшивым сожалением сказал заказчик. — Что у тебя с моей невестой?

— Невес… — выразить удивление ему не дали, ещё два крепких удара в живот и в челюсть прервали разговор.

— Поосторожнее, лицом он зарабатывает, — лениво одернул своих прихвостней заказчик.

— Я зарабатываю талантом! — Жердин внезапно столкнул лбами тех, кто держал его за руки. Не пытаясь бежать, сцепился с наёмниками так, что они покатились по мостовой общим клубком. Отлично знал, в такой момент, пока неясно, кто где, вельможа стрелять не будет.

— Да тут у вас весело! — с крыши приземистого домишки спрыгнули на мостовую двое, как раз за спину заказчику. — Новит, у него пистолет!

— Бросьте от греха, ещё поранитесь, — тоном школяра посоветовал Новит, тоже держа заказчика на прицеле. — Вот, хорошо. Теперь скажите своим людям, чтобы отошли от нашего брата.

— Да как ты смеешь, деревенщина! Знаешь, кто я? — заказчик выхватил второй пистолет, но Крас мгновенно вцепился в него. Грянул выстрел, пуля ушла выше крыш. Крас вырвал у заказчика оружие и бросил Новиту.

В ту же секунду благородный господин вырвался, отскочил и схватился за эфес шпаги. Прямой удар кулаком в лицо свалил его на мостовую, в паре шагов от клубка дерущихся наёмников. Заказчик тут же перекатился, выхватил шпагу, и вскочил на колени, целя ударить снизу.

— Смеешь поднять руку на дворянина? — он выплюнул это обвинение вместе с кровью с разбитых губ. Крас припечатал его носком сапога в грудь, снова опрокинув на спину:

— Родословными будешь мериться в своём кругу, слизняк!

Бледнея от настоящей злости, страшный в холодной ярости, Крас наступил на светлый камзол на груди, не давая противнику подняться. Для верности приставил ему к горлу кончик шпаги, едва касаясь, но недвусмысленно угрожая проткнуть в момент.

— Отзови своих псов.

— Ты даже не представляешь, с кем связался, — свистящим шепотом сообщил лежащий вельможа. — Я лорд Инзель, и этот городишко…

— …не ваш, если я что-нибудь понимаю в гербах, милорд, — издевательски вежливо заметил Крас, чуть передвинув ногу, чтобы вельможа мог говорить свободнее. — Не знаю, что принадлежит вашему лордству, вероятно, заброшенный сельский замок, но Южный Брок вам точно не присягал на верность. Здесь вольный город. Я жду от вашей милости приказа прекратить драку. Или нам придётся продолжить свой… можете считать это поединком, если вам приятно. Ну!.. — Крас чуть нажал шпагой.

— Скоты, бросьте его! — зарычал заказчик. — Ваш господин в опасности!

Наёмники наконец-то заметили перемену в расстановке сил. Смущенно расползлись, надеясь слиться с тенями на мостовой. Новит держал их на мушке и не подпускал к заказчику. Жердин с трудом поднялся на одно колено, прижимая локоть к боку. Отвечая тревожным взглядам, криво усмехнулся, дав понять, что ножевых ран нет, просто болят и ребра и внутренности. Новит поймал его руку, помог встать.

— Я вам этого не забуду, бродячие твари, — плевался ругательствами лорд Инзель. — Да у меня такие связи в магистрате, все отцы города едят у меня с руки, я всякого могу… а вас, тем более!..

— Не надрывайтесь, ваше лордство, — насмешливо хмыкнул Крас, — не дай Боже, кровь горлом пойдёт. С этого ракурса я предельно чётко вижу все ваши связи, положение в обществе и много поколений благородных предков. Ваша знатность и полезные знакомства в кругах власти позволяют любого вытащить на площадь к позорному столбу или сослать на каторгу. А мы всего лишь бедные комедианты, куда нам против вас, милорд.

— Прикуси язык, мерзавец! За оскорбление благородного человека ты…

— Пятеро на одного, разумеется, крайне благородно, — голос Краса опять заскрежетал осколками льда. — А сам думал отсидеться в сторонке? Не хочешь валяться тут с дыркой в горле, клянись, что нам дадут уйти.

— Кля…нусь честью, — процедил Инзель.

— Чем? Не слышу!

— Жизнью… Будьте вы прокляты, змееныши[1] из канавы!

— Зачем ругаться? Вашему лордству приятно будет узнать, что мы все трое, на удивление, не только законнорожденные, но и никто из нас никогда не имел никаких дел с вашей подружкой, любительницей весёлых представлений. Возможно, потому, что мы более разборчивы в связях, чем иные лорды? — Крас отпустил Инзеля и силой поднял его на ноги.

— Ты поплатишься за это и очень скоро, — полыхая ненавистью, прошипел лорд в лицо обидчику.

— К вашим услугам, милорд. Если все твои наёмники такие же храбрецы, как эти, убить меня тайно тебе вряд ли по силам. Обратись в суд за покушение. Завтра мы ещё стоим в городе, ты знаешь, где меня искать. Гостиница «Ореола», третья комната. В суде я как раз многое расскажу о твоём благородстве!

Они ждали, пока потрепанный вельможа удалится первым, чтобы пойти в другую сторону. Лорд Инзель поправил кружевной галстук, подобрал шпагу и, бормоча угрозы, пошёл вслед за наёмниками, так и не получив обратно свои пистолеты. Новит подобрал и второй.

*****

Трое актеров петляли по совершенно пустынным улочкам, возвращаясь другой дорогой, в обход трущобного квартала. Обитатели трущоб чувствовали, когда лучше не высовывать носа на улицу, и попрятались. Найдя глубокий подземный водосток с решеткой, Новит с сожалением бросил туда трофейные пистолеты лорда, с красивыми резными рукоятками в серебре. Крас считал, что приметное оружие держать у себя опасно, ещё обвинят в краже или вооруженном грабеже.