Елена Крыжановская – Принц Домино (страница 15)
Пока я завернула племянницу в пеленку, Лиля попросила воды и всё слабела… Я думала, она покормит дочку, но ей становилось всё хуже, хуже… Она не могла и руку поднять, чтобы взять дитя. Это зовут родовой слабостью. Странная хворь, у которой нет причин в теле, всё дело в настроении… Вместе с ребёнком я побежала звать лекаря, но даже до замка не дошла.
В саду совсем никого не было. Уже стемнело. Я побоялась бросить Лилю так надолго, вернулась к ней… А уже поздно. Она лежала белая-белая, очень красивая. И не дышала.
Тут девочка ровно что-то почувствовала, стала кричать, плакать, я понесла её в Молочный ряд. Лиле уже не поможешь, а малышку надо кормить…
Тогда я познакомилась с Курцием. Все лавки уже закрылись, я стучала во все двери, и он открыл. Сказал, что маленьким нельзя коровье молоко, надо козье, ушёл искать… А девочка затихла, пока я её несла. Я радовалась, думала, спит малышка, стала её будить. И поняла, что она очень странно дышит, нехорошо как-то. Пробовала я её привести в чувство, и согреть, и воздуху дать побольше, но ничего не помогло. Племянница на меня только раз взглянула, и всё…
Тут Курций вернулся с молоком. А я сижу реву… Рассказала ему, в чём дело, он-то думал, это моя малышка. Я убивалась больше, чем по своей. Ведь брат вернётся, что я ему скажу? Что не уберегла? Любимая жена – такое горе, но, знать, судьба такая. Роды-то хорошо прошли! А дочка? Дочка могла его утешить, отец жил бы ради неё, а что теперь?
И тогда Курций мне сказал… есть такой человек, Торговец Детьми. Если кому-то очень нужен ребёнок или, не дай Господь, не нужен – зовут его. Он помогает.
Ни он, ни я не знали, где искать этого Торговца и сколько это может стоить… Но Курций слышал, будто Торговец всегда рядом, когда в нём есть нужда. Мы вышли за врата. Уж я не знаю, что Михась наплёл стражникам, чтобы нас пропустили, я не слышала. Но мы пошли куда глаза глядят. Ночь, степь. Я племянницу так и не могла из рук выпустить, несу её… куда? Не знаю.
Смотрим – сколько звёзд высыпало… как будто все семена на грядках взошли. Миха говорит: «Наверное, позвать надо». Тут видим – фонарь светит. Едет большой фургон и не холстом затянут, как обычная повозка, а толстым узорным ковром. Такая круглая колымага, и правит ею мужчина в большой шляпе. Лицо закрыто, мы его не разглядели: фонари низко, мне глаза слепит, а слёзы так и текут…
«Что, – говорит, – ребёночка потеряли? Или свой – лишний?» Миха с ним разговаривал. Сказал, нам очень нужна девочка. Желательно, чтоб светленькая, на мать похожа. Тот говорит: «Вам повезло, есть девочка. Хорошенькая, как цветочек. А эту мне отдайте».
Я не хотела отдавать, думала схоронить племянницу в саду, чтобы там розы росли, а он не знаю, куда денет, нехорошо это… Торговец посмотрел на меня и говорит: «Зачем тебе чужой ребёнок, да еще мёртвый? Вы с мужем ещё столько родите!.. Бери девчонку и радуйся, что я сегодня добрый, денег не надо».
Я ошалела, откуда он всё знает? Даже забыла, что мужа у меня нет. Всякий бы подумал, что мы семья и девочка наша. Михась ему точно ничего не говорил, он потом тоже удивлялся! Я поменяла девочек, и мы вернулись в Молочный ряд тебя кормить. На вратах никто ничего не понял, уходили мы – стража думала, ребёнок спит, и так же вернулись.
Курций велел мне молчать до смерти! Если подмена не всплывёт, никогда ни за что не признаваться. Только он знал, что ты не Флокси. Он и кормилицу тебе помог найти. С тех пор мы вместе… – Маня замолчала, мысленно блуждая в лабиринте той майской ночи. К реальности её вернула Лиска.
– Откуда дядя Миха знал, что делать, если нужен ребёнок?
– Понимаешь, в Молочном ряду ведь и кормилиц нанимают. Они всякие такие истории друг дружке пересказывают. Правда – не правда, но слухи ходят… И рано утром объявили, что в башне родился наследник. Курций сказал, что ты будешь счастливая, потому что в один день с принцем…
– А папа что сказал, когда приехал?
Маня вздохнула.
– Я так боялась, что Жанжар вернётся рано, но его ещё целый день не было. Мы успели похоронить Лилию, и на следующее утро в доме было полно людей. Все и радовались, и плакали, и брат попал сразу в водоворот, не успевал опомниться от новостей. Уехал на два дня, а столько всего случилось! Родилась дочь, умерла жена, в башне новый наследный принц, я выхожу замуж…
Он всё смотрел на тебя и ничего не говорил. Потом постоял за домом на могиле Лилии, сказал, какой сорт лилий там нужно посадить. И мы поспорили из-за имени. Брат всё решил по-своему, я только радовалась, что у него ещё есть силы спорить. Жанжар думал, ты родилась этой ночью, а не прошлой, и сказал, что будем праздновать твой день рождения одиннадцатого, чтобы это был только твой день, новый, без траура…
– Он нас ждёт, – напомнила Лиска и взяла тётю за руку.
– Давно ждёт, – упавшим голосом подтвердила Маня. – Только иди сама. Как я могу смотреть людям в глаза, когда я знаю, что ты знаешь… Я не могу!
– Вы всё сделали правильно! – твёрдо сказала приёмная племянница. – Думаешь, у Торговца мне было бы лучше? Да он вообще неизвестно куда мог меня продать! Даже вообще не в Домино! Не плачь, Мань, ты моя самая любимая тётечка! – Лиска горячо обняла жену молочника и прошептала ей на ухо: – Папа ничего не узнает!.. Уж точно, не от меня! И ты стой насмерть, даже не думай ему рассказывать! Пока можно молчать, молчим! Дядя Миха правильно сказал. И тебе, что ни говори, так повезло с ним!
– Майя! – укоризненно всхлипнула мадам Курций-Флокси. – О чём ты!..
– Настоящая Майя-Цветана умерла! – отрезала тайная сестра принца. – Я Лиска. Не мучайся, всё получилось хорошо. Что, лучше, чтобы папа остался и без жены, и без ребёнка, спился и умер с горя? Идём на площадь! У всех сегодня праздник…
Около полуночи, после всех торжеств, гостей и фейерверков, именинники в подвале обсуждали новости. Секрет Майи не приблизил их к разгадке, а ещё больше отдалил её. Как получилось, что девочка нашлась в руках Торговца Детьми – что за ужасная профессия? – объяснить можно. Её украли! Но почему в ночь на десятое мая она УЖЕ была в фургоне, если наследник в башне родился утром десятого?
– Получается, родители ничего не знают о том, что ты здесь, – напряжённо соображал Котёнок. – Майя принесла тебя обратно в башню случайно… Она точно не врёт?
– Нет, я уверена! – заступилась за тётю Лиска. – Она, когда рассказывала мне, снова пережила ту ночь. Мой папа ничего не знает, но твои родители…
– Наши! – поправил принц, сжав руку сестры.
– Не знаю, Котик, – Лиска болезненно сморщилась. – Что-то тут не то. Я уже думала… Не обижайся, вдруг ты – тоже?..
– Что «тоже»? – не понял принц.
– Родился не десятого числа… и не в башне…
– Ну да, мне няня говорила, что я родился ночью и не в башне. Накануне мама с папой уехали, а вернулись… уже со мной, – Котик захлопал глазами. Сестра молча сочувственно смотрела на него.
– Да ерунда! – решительно отмахнулся принц. – Ты ведь принцесса, а живёшь не в королевской семье! Тебя украли. Может быть, потому что мама родила не в башне, а где-то…
– Где? И почему они уехали в самый день родов? – подозрительно прищурилась Лиска. – Чтоб не было свидетелей?
– Не знаю, – растерялся Котик. – Их выманили чем-то. Это был заговор. Может, поэтому все надо мной так и трясутся, что я остался один…
– Раньше ты думал по-другому.
– Я думал, но теперь… Понимаешь, родители всегда ведут себя странно. Не так, как бабушка, дедушка и все родственники. Я чувствовал, они что-то скрывают…
– Знаешь, Маня и дядя Миха всю мою жизнь хранили свой секрет, а мы с папой ничего не чувствовали! Я о другом… Котёнок, какой у нас процент «звериной» крови?
– За восемьдесят.
– Но так бывает, только если оба родителя… Принц Лан не бестиар.
– С чего ты взяла? – надулся Котик. – Он охотник!
– Он – Елан, лесной человек. Сам спроси! В Тихом крыле лучшие лесники – сильвары!
– А хоть бы и сильвар! Зато весь род башни Снов…
– Ты же мне сам читал, – терпеливо напомнила Лиска. – Если смесь только в последнем поколении, родовой крови будет больше пятидесяти процентов, но не восемьдесят. Максимум – шестьдесят пять.
Принц недовольно цокнул языком и нахмурился:
– Сестрёнка, ты опять права. Но королевская ячейка врать не будет! Как же?..
– Мало ли бестиарских родов в Домино? В Замке Грифонов правят исключительно Орлы и Львы, в Стае – Волки, на Острове – Гуси, а ещё Рой! И в других крыльях их немало. Мы же все родственники!
Лиска впервые сказала о королевских семьях «мы». Но близнецов слишком увлекла новая тайна, чтобы отмечать мелочи.
– Кто так разбрасывается своими детьми? – не верил Котик. – Ясно, украсть могли двоих! Но столько лет прошло… почему нас не ищут?
– Не знаю. Может, наших родителей убили?
– Думаешь, этот Торговец…
– Нет, думаю, дворцовый заговор. Кто-то занял трон, а от наследников избавился, отдал Торговцу. Он хотел продать нас в разные семьи, но всё так запуталось из-за Мани…
– Борьба за трон? В Домино?! Не смеши, сестрёнка! Где у нас такой заговор, ради которого убивают? Это ведь было десять лет назад!
– Одиннадцать!
– Не важно, ведь не сто! Как не заметить переворот? Это уж такая сенсация… «Королевский листок» мимо не пролетел бы! Я каждый день учу историю и ничего такого…
– Значит, они хранят секрет лучше, чем Маня! Мы и её бы никогда не раскололи, если бы не наш Филин.