Елена Крыжановская – Лиза на пути невозможности (страница 29)
Тигр открыл дверь с убедительно ошарашенным видом.
– Что это было?
– Крушение? – пискнул Ганс.
– Во что мы врезались? – Лиза пыталась что-то разглядеть в окно.
В этот момент по связи передали призыв всем сохранять спокойствие – «Афалина» всего лишь села на мель! Пробоин нет, угрозы для судна и пассажиров никакой. До утра ничего не сделать, спокойной ночи!
Златогон с напарником слушали это объявление непосредственно в рулевой рубке. Капитан ругался с помощником и рулевым, грозился утопить штурмана, но тот доказывал, что его вины нет.
– Мы шли здесь неделю назад! Никакой мели не было! Невозможно! Она всегда поджидала нас левее на целый кабельтов!
– Значит, её снесло? Да?! – орал капитан. – Мель у нас движется не по сезону, а ползает, как бешеная камбала! А может, из-за чьих-то кривых ручонок снесло наше ржавое корыто, которое почему-то никак не спишут в утиль?
– «Афалина» – отличное судно, намного лучше всех «Кальмаров»! – заступился помощник.
– И как мы ржавое брюхо твоей красотки завтра стащим обратно в воду? У нас снесло полколеса!
– Починим, – робко заверил механик. – На крайняк вызовем буксир…
– Какой позор! – стонал капитан. – Это не пароход, а баржа, черпающая бортом из каждой лужи!
– Принципиально я его поддерживаю, – заметил Алоиз. – Но технически прав штурман: мели сами собой не ползают по дну… По крайней мере, не так резко.
– Это всё он! – перешёптывались мальчишки, пока Лиза не слышала.
– Видал ворона? Он хотел нас утопить! – уверял Ганс.
– Он пытался предупредить нас, – возражал Тигрис.
– Это слуга чародея, разве не ясно?
– Или брат Лизы!
– Пусть и то и другое, – примирил спорщиков Златогон. Наставники вернулись в каюту. – Главное, мы крепко сидим на мели, хотя опытные речники утверждают: это невозможно.
– Наш случай, – сразу успокоился Тишка. – Значит, выберемся.
– У птенчика есть план? – надменно спросил Алоиз.
Младший ангел смутился. Он, как все присутствующие, рассчитывал на то, что Лизу защищает сама дорога. Пусть её пробуют остановить, задержать невозможность удастся ненадолго.
При свете дня выяснилось, что «Афалина» сидит на мели в нескольких метрах от большого острова, поросшего густой осокой, ивами, ракитником и чахлыми осинами с корой цвета хмурого неба. Команда навела дощатые мостки до берега, пассажиры отправились на прогулку. Пока желающие изучали остров, экипаж «Афалины» без помех чинил колесо. Обод слегка погнулся, но, к счастью, уцелел, а лопасти потрескались, как крохкое печенье. Пришлось менять.
Из-за густой осоки прогулка напоминала поход в джунгли. Совершенно не видно, куда ступаешь, под ногами хлюпает, не знаешь, где суша, где болото. Кроме того, в траве постоянно шуршат ужи и прыгают лягушки. Отовсюду слышались ахи и вскрики при встрече с очередной «змеёй» и «жабой».
Только с одной стороны острова намыло тонкий полумесяц песка. Этот пляж сразу захватили мамаши с детьми, в том числе толстая тётенька с мальчиком, которая громко устанавливала на лучшей части острова свои порядки. Лиза с мальчишками идти туда не захотела.
Ганса не пугало болото, он гонял лягушек в зарослях. Лиза взобралась на изогнутую иву и устроилась в развилке, как на троне. А Тигр развлекался тем, что ходил по упавшим стволам деревьев, как по лабиринту, не ступая на землю. Позже друзья нашли только свой удобный подход к воде, хотя для этого пришлось долго идти мимо трясины. Там они загорали и плавали в своё удовольствие, далеко от криков других пассажиров.
К обеду все вернулись в столовую на пароход, а потом снова разбрелись кто куда.
После вечернего купания, когда подул прохладный ветер, тройка набросила куртки и любовалась багровым закатом. Вода в реке переливалась жидким пламенем.
– Удивительно, как я одичала, мальчики, – призналась друзьям Лиза. – Даже ходить в столовую по расписанию, с чужими людьми мне тяжело. Хочется спрятаться от всех!
Гансик считал это разумным. При невозможности меньше встреч – меньше проблем.
– Это из-за твоей тайной миссии, – утешил подругу Тигрис. – Ты идёшь трудным путём ради спасения жизней близких, а вокруг беззаботные отдыхающие едут к морю… Естественно, тебе неуютно среди них.
– Ещё и наше нелегальное положение, – напомнил Ганс.
– Мда, в обычной поездке с родителями и братьями мы бы уже знали, как всех зовут, кто куда едет… А так и некогда знакомиться, и не хочется!
– Удивительно самокритичная малявка, – вполголоса заметил старший чёрт. Они со Златогоном всё слышали с верхней палубы. – Я-то думаю, чего её не тянет к другим сверстникам, кроме наших щенков?
– О чём ей говорить с другими? – печально заметил Златогон. – Она чувствует себя настолько старше их… Тишка прав, всё дело в её цели.
– Согласен. Обычно людишки хватаются сразу за всё. Не могут удержать цель и не улавливают настоящей ценности! Один из-за денег удавится, другой вообще не понимает их цены, третий готов на всё ради любви, четвёртый даже не верит в её существование, пятый убивает себя, только бы вкусно пожрать, а шестой издевается над собой, отказывая в еде и питье, лишь бы хорошо выглядеть! Как с ними быть в чём-то уверенным? Вот Лизка – молодец. Прямая, как шпала! Золотой ребёнок!
Златогон затаённо усмехнулся:
– Хочешь сказать, что понимаешь её чувства?
– Почти всегда, – неохотно признал маленькую оговорку Алоиз.
– И о чём она сейчас думает?
– Клык даю, о братьях!
– Но ведь она просто смотрит на закат.
– Чушь! В женских мозгах всегда потёмки. А во тьме прячется сотня разных мыслей. Думаешь, она ищет новые туфли, а она прокручивает всю свою жизнь! Лизка смотрит на солнце и грустит, я вижу. А с чего ей грустить?.. Простая логика!
– Кру! Кру!
Все участники «коликпосзана» вздрогнули, услышав хриплое карканье. Лиза – тоже. Но для неё крик ворона звучал впервые. Девочка оглянулась и перебежала к другому борту, напротив острова.
На ветке ракитника сидел молодой ворон. Небольшой, полностью чёрный, с отблеском заката на оперении. Чёрный клюв, чёрные ноги с чёрными когтями, чёрные бусинки глаз.
– Кра-а! – призывно выдохнул он, глядя в упор на Лизу.
– Сейчас! – откликнулась она. – Сейчас иду!
– Куда ты? – спохватились мальчишки.
– Он меня зовёт! Мне нужно на берег!
– Как ты не понимаешь, это опасно! – возмутился Тигр.
– Ты что, это же Мишка! – сестра воронов удивилась, что кому-то это не очевидно. – Думаю, там и остальные или скоро прилетят. Возьмите что-нибудь поесть, вдруг они голодные, и догоняйте меня! Я буду возле своей ивы!
Не слушая дальнейших слов встревоженных друзей, Лиза сбежала по мосткам на берег. Всё-таки боялась, что ворон может улететь. Кажется, он узнал её, но как предвидеть действие проклятья?
Ворон сидел на месте.
– Мишенька? – со слезами в голосе спросила Лиза. – Ты меня помнишь? Это я…
– Кра-а! – выдал ворон с горькой насмешкой, похоже на «Ещё бы!». Плавно спорхнул с ветки и перелетел на несколько метров дальше. Лиза пошла за ним, но в то же время сама показала на полянку под ивой, изогнутой, как кресло.
Ворон сидел напротив, на осине. Сверху слетели ещё два, словно давно прятались в кроне.
– Как же так, мальчики? – горестно вздохнула Лиза. – Вы меня понимаете?
Все трое дружно коротко каркнули. Средний ворон почти по-человечьи всхлипнул и порхнул Лизе прямо в руки. Потёрся, как котёнок, головой о её подбородок, прижался на секунду к груди… Вскочил на плечо, потом слова перелетел на ветку. Лиза улыбнулась ему сквозь слёзы.
Быстро темнело. Последние красные лучи догорали, когда примчались Ганс и Тигр. Тишка сразу стал выговаривать Лизе за легкомыслие. Они так волновались! Её уже могли похитить и убить на этом острове двести раз!
– С чего ты взяла, что это те самые вороны? – подозрительно спросил Ганс. Сам он никогда бы их не узнал.
– Да как же не те, когда это мои братья? Вот этот – Мишка, видите, он меньше всех и на макушке маленький хохолок. У Мишки всегда такая прядь завивалась, как ни приглаживай! Чем я только не пробовала! А этот, который вертит головой, – Пашка, он ни секунды не может усидеть на месте, как его не узнать? А вон тот верхний – Слава. Самый большой, и крылья у него с таким зелёным отблеском… это у Славки в тот день футболка была зелёная. Я их из тысячи узнаю! Хотите поесть, мальчики?
Младший ворон крикнул, запрокинув голову. В этот момент солнце окончательно спряталось за речной обрыв. Серая тень сгустилась. По осоке прошуршал ветерок.
Старший ворон коротко крикнул, словно подал сигнал, и свалился с ветки, не раскрыв крылья. Он камнем упал в траву, а поднялся с земли высокий спортивный парень со светлыми волосами, в той же зеленой футболке, как говорила Лиза. Остальные сделали так же. И в мгновение ока трое ребят обнимали Лизу, наперебой рассказывая, что с ними случилось. Галдёж стоял, как в настоящей вороньей стае.
– Стойте! – оборвала их сестра. – Вы на всю ночь превратились?