Елена Коровина – Любимые сказки Рождества и Нового года. Исключительный подарок на все времена (страница 2)
В народных сказках никакой шапочки у девочки нет. Эта деталь придумана лично Перро. Только вот, оказывается, сказочник писал не про шапочку, а про шаперон. «Маленький красный шаперон» – именно так называется сказка в оригинале.
Перро называет свою героиню просто девочкой. Словосочетание «Красная Шапочка» стало именем по вине переводчиков сказки на другие языки. Что такое шаперон и даже шляперон, никто не знал. И красный головной убор был назван на каждом языке по-разному: шляпой, беретом, колпачком. Ну а в России словосочетание, ставшее именем – Красная Шапочка, устойчиво сохранилось с середины XIX века благодаря переводам Н. Полевого и И. Тургенева (вот, оказывается, он не только написал знаменитых «Отцов и детей», но и мастерски перевел сказки Шарля Перро, правда, при этом адаптировал их к детскому чтению).
Представляете, что было бы, если б не придумки переводчиков?! Мы бы и не узнали свою любимейшую героиню! Мало ли разных девочек, а Красная Шапочка у нас одна-единственная – любимая из любимых. Значит, и переводы иногда могут оказаться лучше оригинала. Да и в красной шапочке девочка выглядит куда изящнее, чем в старинном плаще-балахоне.
Правда, часто спрашивают:
Конечно, так решил Перро. Но…
Во-первых, красный – самый сильный волшебный цвет. Им окрашивают талисманы и другие магические предметы. Это цвет вечной жизни и возрождения. Вспомним вечно возрождающегося Феникса – он алый.
Во-вторых, красный – самый значимый для человеческого глаза – виден отовсюду. То есть девочка в такой шапочке (капюшоне) не потеряется в лесу. А если и заблудится, ее будет видно.
И опять (видите?) сказка отсылает нас к тому времени, когда листья уже опали, деревья стоят с голыми сучьями и очень хорошо и далеко видно на просвет.
Ну а для нас есть еще один символ красной шапочки. В России красная – значит красивая. В русском языке эти слова одного корня. Помните: Красная площадь, красна девица – то есть красивая площадь, красивая девушка.
Перро, конечно, этого не знал. В европейских языках нет идентичности красного цвета и красоты. Но мы-то знаем: Красная Шапочка – очень красивая девочка. Потому, что вот уже много веков любима всеми поколениями. Такая на любой праздник могла бы пойти.
Какая самая устойчивая сказочная ассоциация с праздником и балом? Конечно же «Золушка»!
Но что мы знаем об этой самой любимой сказке? Что король позвал красавиц королевства на бал? А вот и сразу неверно! Бал давал королевский сын, а не король. Раньше была традиция изображать и принца и саму Золушку совсем юными, почти детьми. Почему? Наверное, потому, что сказка предназначалась детям, вот художники и приближали героев к детскому возрасту. Поглядите, каким мог бы быть прекрасный принц.
Впрочем, сюжет, в котором мальчик помогает девочке надеть туфельку/башмачок, – очень популярен в сценках зимних праздников. Взгляните, как трогательно мальчик начала XX века заботится о девочке – помогает ей надеть… коньки. И заметьте – они роликовые! Вот еще, оказывается, когда они появились.
Вот и принц в сказке Перро принимает гостей и угощает их… лимонами и апельсинами.
Подумаешь – апельсины?.. Дело обычное. А уж угощать лимонами – и вовсе кисло во всех смыслах.
Дело в том, что в те далекие времена фрукты эти были дорогой редкостью по всей Европе. Их продавали поштучно, и каждый заворачивали в золоченую бумагу для богатых покупателей и в вощеную для тех, кто победнее. Ну а простой люд вообще не знал вкуса этих плодов. К тому же при дворе Людовика XIV (а именно в его эпоху жил Перро, как мы знаем, бывший королевским дипломатом, и весьма искусным) апельсины и лимоны не чистили, а просто резали на дольки.
Представляете, откусить апельсин с корочкой (ну, это еще куда ни шло) – а вот лимон…
Он же кислый!
Но приходилось держать форс. Так что наша Золушка на самом-то деле оказалась не такой уж безобидной «крошкой», когда подсела к сестрицам с лимонами. Интересно, те действительно были вынуждены проглотить по кусочку? Ведь обидеть протеже принца невозможно – все равно что обидеть самого наследника престола. Вот, наверное, Золушка тайком повеселилась, глядя, как ее чванливые сестрицы-привередины вынуждены глотать лимон с кожурой и даже без сахара…
И тут мы снова подходим к выявлению холодного времени года, ведь хранить заморские фрукты не умели. Поэтому и оставалось их крайне мало. Известно же, что на Рождество король Англии Карл II лично распределял апельсины среди любимых придворных.
И тут пришло самое время, чтобы вспомнить –
На Западе традиционно – «Синдерелла, или Маленькая хрустальная туфелька», в России – «Золушка или Хрустальный башмачок». Но ведь на самом деле Шарль Перро назвал свою сказку «Золушка, или Туфелька, отороченная мехом».
При чем тут мех?! Хотя, конечно, в туфельке на меху куда теплее. Мы ведь уже выяснили, что бал во дворце состоялся не летом. Неужели и это – указание на холодное время года?
Не совсем так. На самом деле туфли на меху носили в Средние века, когда камины еще не были изобретены и огромные каменные замки Европы обогревались жаровнями с углями. Такой способ отопления был малоэффективен, и в комнатах с каменными стенами и полами всегда было холодно. Вот знать и носила обувь на меху. Ну а Перро, как мы уже поняли, делал вид, что его герои из тех старых времен, хотя на страницах его книг они танцевали на современных балах, носили платья, прически и украшения по моде, принятой при дворе Людовика XIV. Только при чем тут туфельки Золушки?! Все же знают с младенчества – они были хрустальными!
Увы, это то самое всеобщее заблуждение, которому подвластен весь мир. Но вы рискнули бы поносить хрустальные туфельки! Они же тяжелые (поднимите хотя бы вазу, которая стоит у вас в шкафу на полке!) и к тому же разобьются от первого шага. Да вы еще и ноги пораните!
Не знаете? А по ошибке – образовалась из опечатки в книге.
Дело было так. В народных сказках туфелька обычно золотая. Впрочем, в некоторых народных сказках Золушка вообще теряет не туфельку, а свое крохотное колечко. Но Перро решил, что туфелька будет эффектней.
И вот он написал в заглавии по-французски
Получается очень забавно. Но и поучительно. Перро писал свои сказки по народным источникам. А к его сказкам приложили руку уже другие люди: переводчики, которые перевели «Девочку в красном шапероне» как «Красную Шапочку», наборщик, который «создал» из меха стекло, и снова переводчики, которые на этот раз уверили весь мир, что туфелька была хрустальной. То есть традиция создания сказки всем народом сохранилась самым мистическим образом.
Есть в «Золушке» Перро и еще одна тайна – появление волшебницы, помогающей Золушке. Конечно, была бы мама у Золушки, вся ее жизнь сложилась бы по-другому. Но мы знаем, ее мать умерла и отец женился на другой женщине, оказавшейся злой и безжалостной. Но мудрый Перро дал героине крестную мать. В его времена во Франции было принято брать в крестные отцы и матери покровителей, высших по происхождению и положению. Слуги старались заполучить господ в крестные для своих детей, подчиненные звали на крестины начальника. Что ж, без протекции «родного человечка» плохо жить что в волшебном, что в реальном мире. Ведь волшебный мир – лишь отражение мира реального.
И вот фея волшебным образом создала бальный наряд для крестницы, но карету пришлось делать из реальной тыквы. Знаете – почему? Да потому, что доехать до зачарованного бала Золушке предстояло по обычной земной дороге. Ее волшебный наряд должен был не просто не попасть в пыль и грязь, но и не утратить своего магического свойства до самого дворца. Ему нельзя было соприкасаться с реальностью. Поэтому фея и упаковала Золушку, словно в скафандр, в карету, сделанную не из волшебного «ничего», а из вполне реальной земной тыквы. Такая карета вполне могла сохранить волшебную силу Золушкиного наряда.