Елена Кондрацкая – Клятвы мертвых птиц (страница 17)

– Вечно тебе что-то кажется. Мы пришли ценности искать, а не на призраков охотиться.

– Хорошо, если призраки. А если кто-то из этих тварей жив остался? – Голоса звучали совсем близко. Чернокнижники вошли в зал, где прятались Атли и Лель. Атли напружинился, готовый в любой момент обратиться в Волка.

– Ага, и оказался настолько туп, что окопался на развалинах. Ты чуешь, что несёшь? Ну, и чего встал, куда идти?

– Щас, кажется, откуда-то оттуда слышал…

Атли стиснул зубы. Плохо дело. Если чернокнижники пойдут в верном направлении и будут достаточно внимательны, то рискуют обнаружить подземелья. Нужно биться. Напасть, пока они не ожидают. Правда, когда их пропажу заметят, сюда придёт ещё больше чернокнижников… Бес, что же делать?

Руки Леля скользнули по груди Атли и мягко отодвинули, создавая дополнительное пространство между двумя телами. Лель взглянул Атли в глаза и едва заметно кивнул. Сделал короткий пасс, и где-то вдалеке загромыхали камни, обрушиваясь на землю.

– Туда! – крикнул голос, и две пары ног ринулись на звук.

Атли и Лель замерли, глядя друг на друга в тревожном ожидании. Дыхания смешались, закутав лица в облако пара, будто в вуаль. Лель был так близко, что Атли мог разглядеть каждую веснушку на его коже, очень бледной, но с яркими пятнами румянца на щеках. Точнее, они были бы яркими при свете дня, теперь же, когда мир лишился для Атли всех красок…

– Ну ты и дурак! – донеслось вскоре откуда-то издалека, и Атли вздрогнул, весь обращаясь в слух. – Здание рушится, вот и шумит, а тебе, пьянице, бес знает что мерещится. Пошли домой, проспишься.

В ответ послышалось недовольное ворчание, но звуки шагов стали удаляться, пока и вовсе не стихли. Атли протяжно выдохнул и отстранился, выпуская Леля из укрытия. Тот наклонился, упершись руками в колени: похоже, его мутило.

– Ловко ты, – сказал Атли, надеясь немного отвлечь Леля и привести в чувство. – Пришлось бы иначе мне кулаками махать.

– Угу, я так и подумал, – только и ответил Лель, всё ещё глядя себе под ноги.

– Они тебя так напугали?

Лель вскинул на Атли удивлённый взгляд.

– Они? Нет. Я за тебя испугался. Вдруг они бы тебя ранили?

Тут уже настал черёд Атли удивляться, и он с трудом сдержался, чтобы на рассмеяться. Лель явно его недооценивал. Хотя у него и были на то причины: как-никак он ещё не видел Волка в бою, только с голым Атли в серебряных цепях. От этих мыслей он смутился, догадываясь, какое, наверное, жалкое впечатление произвёл на Леля.

Оставшийся путь до хранилища они проделали без приключений и неожиданных встреч. Корпус Воронов, в отличие от главного корпуса и корпуса Соколов, сохранился немного лучше: хотя и тут Синее пламя выжрало все внутренности здания, не оставив ни ковров, ни гобеленов, ни дверей с окнами, выстояли многие перекрытия, а потолки провалились лишь местами. Возможно, даже в каком-то виде уцелел и кабинет Атли, но проверять сейчас не было времени.

Дверь хранилища завалило, но сама она, почерневшая от гари, всё ещё стояла на месте, надёжно охраняя ценности Гвардии. Было лишь вопросом времени, когда чернокнижники обнаружат её и попытаются вскрыть. И кто знает, возможно, они преуспеют…

Немного чар земли Леля в сочетании с грубой силой Атли уменьшили завал достаточно, чтобы подобраться к хранилищу. В поисках нужного знака Атли стёр с резной двери копоть. В переплетении виноградных лоз, диковинных цветов, рун и волшебных существ, вырезанных в толще дерева, он наконец разглядел углубление, в точности повторяющее очертания его броши. Серебряный ворон на полумесяце соприкоснулся с деревом, ладонь Атли легла на дверную ручку. Несколько мгновений ничего не происходило, а затем ручка нагрелась, заскрипели и защёлкали замки, признавая законного капитана Гвардии.

Дверь открылась, и Атли с Лелем протиснулись внутрь. Сами собой вспыхнули свечи. Здесь царила тишина и покой, будто и не было снаружи никакого пожара и никакого побоища. Мечи, луки, амулеты и артефакты лежали на своих местах, свитки и пергаменты – аккуратными стопками – на столе Мирона. Атли сглотнул ком в горле и отвернулся, тут же зацепившись взглядом за Велесов меч, тускло блестевший на подставке. Вот он, меч, способный разрубить всё на свете, меч, выкованный самим богом. Пожалуй, лучшего оружия Атли не найдёт.

Лель ушёл вглубь зала, скрывшись за полками, а Атли подошёл к мечу и осторожно провёл пальцами по оплетённой кожей рукояти. Волк не любил волшебные вещицы, как и в целом не приветствовал любую магию, и Атли ждал, что сейчас он недовольно зарычит, но тут Волк принюхался и завилял хвостом, будто приветствуя старого друга.

«Чудеса», – подумал Атли, чувствуя, как невольно начинает радоваться вместе с Волком. Решив, что это добрый знак, Атли уверенно поднял оружие и взвесил в руке. Двуручный, но удивительно лёгкий, отлично сбалансированный, меч лежал в руке как влитой, а Атли казалось, что и сам он вдруг стал сильнее, могущественнее, что теперь, с этим мечом, он может ворваться в Царские Палаты через парадный вход и отсечь Зорану голову…

– Нашёл! – Лель появился из-за полок, но остановился как вкопанный, вперившись взглядом в Атли. – Ого…

– Что? – Атли настороженно поглядел на друга.

– Ты как-то… изменился. Стал… красивее и величественнее. Почти светишься.

Атли с сомнением посмотрел на меч, вспоминая Ярославу, которая казалась ему гордой и непобедимой королевой с оружием Велеса в руках. И как она в один миг превратилась в обыкновенную уставшую женщину, когда меч из рук выпустила. Атли вернул оружие на полку.

– А теперь?

Лель удивлённо заморгал, и Атли понял, что красота и величественность сошли с него, едва пальцы отпустили рукоять.

– Удивительные чары, – восхищённо протянул Лель, подходя к мечу. – Они не просто красят владельца меча, они заставляют других смотреть на него иначе. Вселяют трепет, восхищение, веру… – Слова Леля превратились в увлечённое бормотание, он провёл кончиками пальцев по рукояти. – Потрясающе, просто потрясающе. Это совершенно точно не под силу чародеям. Такое странное чувство в сердце… – Он коснулся груди, будто прислушиваясь к себе. Взгляд его опустел, лицо вытянулось, словно то, что Лель услышал, удивило его. Губы тронула задумчивая улыбка. – Такие чары могут творить лишь боги…

Атли кашлянул, возвращая потонувшего в своих мыслях Леля в реальность. Он вздрогнул, обернулся и несколько мгновений смотрел на Атли так, будто и вовсе забыл о его присутствии.

– А ты что-то нашёл? – спросил Атли, и Лель наконец встрепенулся.

– Я нашёл тебе оберег. – Он продемонстрировал небольшой круглый медальон, усыпанный камешками. – Если я правильно расшифровал руны на обороте, то он позволит скрыть твою внешность. Правда, как ты при этом ты будешь выглядеть, я не знаю, но мы можем проверить!

Лель набросил медальон на шею Атли, отступил на пару шагов. Лицо его перекосило, губы сложились в кривую линию, а на глазах выступили слёзы – он явно старался не рассмеяться.

– Ну, он работает, – выдавил Лель, скрылся за полками и вскоре вернулся, волоча за собой огромное пыльное зеркало в золотой раме. Стёр пыль рукавом и повернул к Атли. Тот охнул и с мукой во взгляде посмотрел на друга.

– Ты серьёзно?

– Ничего другого я не нашёл, – виновато ответил Лель. – Большую часть артефактов я трогать боюсь и о применении даже не догадываюсь. От других за версту разит проклятиями. Тут хотя бы получилось расшифровать заклинание.

Атли застонал. Из зеркала на него смотрела миловидная девушка с золотыми кудрями и яркими малахитовыми глазами. На левой щеке проглядывал тонкий след шрама – похоже, убрать его полностью не сумело даже заклинание медальона.

– Зато теперь тебя точно никто не узнает, – радостно заявил Лель. – Только вот, боюсь, отбиваться придётся не от врагов, а от женихов.

Атли пропустил шутку мимо ушей и снова взглянул на себя в зеркало. Девушка в отражении очаровательно улыбнулась и поправила растрепавшиеся волосы. Волк внутри недовольно ворчал: магия медальона ему не нравилась, но беспокоила не больше надоедливой блохи. Значит, потерпит.

Атли нашёл для меча Велеса ножны, захватил ещё пару ножей, а Лель выбрал для себя лук и наполнил колчан стрелами. Покинув хранилище, они понадёжнее завалили дверь обломками. Лель старался перемещать камни как можно тише, но, кажется, чернокнижников поблизости уже не было, и по пути в темницы они никого не встретили.

Поездку решили не откладывать. Лель наскоро собирал сумки в дорогу, двое Воронов отправились раздобыть лошадей и должны были ждать капитанов в лесу у тайного хода. Раздав всем указания, Атли отправился к Дарену, который всё ещё спал без задних ног в одной из темниц. Разбудив брата, Атли рассказал ему всё, что успел выяснить сам, посвятил в детали своего плана и оговорил условия, выставленные Лелем. Дарен слушал молча, изредка кивая. Атли видел, что царевич потрясён, и был благодарен ему за то, что тот старался не подавать вида и оставался собранным.

– Не знаю, что из этого выйдет, но Лель хочет решить вопрос мирно. Я, если честно, в это не верю, – закончил Атли.

Дарен задумался. Несмотря на то, что в последнее время он жил в клетке медведем и питался объедками, выглядел царевич свежо и бодро.

– Я согласен с Лелем, – наконец ответил Дарен, и лицо Атли вытянулось от удивления.