Елена Комарова – Забытое заклятье (страница 37)
– Не успеем, – с тоской повторил он. – До моря день добираться, а на завтра поставили механику, любимый курс декана. Если прогуляем первую же лекцию – он нас испепелит.
– Тогда, может, просто на речку?
– И туда не успеем, до следующей пары сорок минут осталось.
– Вот незадача, – протянул Виктор. – А что у нас за лекция, кстати?
– А ты, как обычно, в расписание не заглядывал? – подмигнул Марк и улегся обратно на мантию.
– Можно подумать, что на лекционных неделях есть, чего опасаться, – отмахнулся Виктор.
– Обзорная по Правилам магии, часть четвертая.
– Хотел бы я знать, с какой стати эту тему вставляют в программу каждого курса? – вопросил в пустоту Виктор. – Каждый семестр мы столько времени на них тратим… Почему бы не направить его на что-либо более полезное.
– Повторение – мать учения, – судя по интонациям, Марк кого-то цитировал. Кого – знали оба: профессора Янсена, большого специалиста в теории магии и еще большего зануду. – Вот закончишь Университет, потом аспирантуру, начнешь сам преподавать и иметь дело с нами, студентами, – прочувствуешь все лично.
– Спасибо, я оставлю это благородное дело тебе, – парировал Виктор. – Вот уж чем-чем, а преподаванием заниматься я точно не планирую. Особенно если еще и придется рассказывать слушателям о том, во что лично я ни капли не верю.
– Например?
– Например, в такую уж высшую необходимость главного закона. «Я беру – я отдаю». С какой стати мы, маги, – я имею в виду настоящих магов, а не ту бездарь, которая занимает три четверти потока, – должны подчиняться этим глупым законам? И платить так дорого? Я тут читаю одну книгу… о несправедливости такого порядка и…
Марк сорвал травинку.
– «Горизонт» Визалия? Читал я ее в прошлом году. Она в нашей факультетской библиотеке есть. Правда, особым спросом не пользуется. Лучше бы раздел юмористической прозы поставили.
– И что такого уж смешного ты в ней нашел? – в голосе Виктора прозвучала неприязнь.
– Всё. – Марк сел, подвернув под себя ногу, и посмотрел прямо в глаза одногруппнику. – Этот неуч Визалий даже не потрудился прочитать учебник по магическим законам для первого курса, а туда же – опровергать их. Слог у него, правда, хороший, писал бы авантюрные романы – цены б ему не было.
– Снова о цене… Ты сын лавочника, Марк.
– А ты сын князя, Виктор, и что с того? Чтобы чего-то добиться, нужно что-то отдать. В детстве я хотел научиться читать, поэтому пришлось проводить за книжкой то время, которое я мог бы потратить на игры с приятелями. Сейчас я сижу и жду лекцию, вместо того чтобы пойти купаться. Чтобы творить магию, нужно отдавать частичку себя – так устроен этот мир.
– Он не всегда был устроен так, – бесцветным голосом отозвался Виктор.
С этого и следовало бы начинать, грустно подумал Марк, машинально растирая больное колено. Виктор оседлал любимого конька, с которого не слезает уже третий год.
– Предлагаешь вернуться на две тысячи лет назад? Ты курс истории магии еще помнишь – откуда шаманы Джумлы брали силы? Хочешь стать вторым Сибелиусом? – кажется, это прозвучало излишне резко.
– Главное, чтоб не Третьим, – попытался отшутиться Виктор. – Вот уж природа отдохнула на наследничке славного рода. Если бы не столь своевременный переворот Беренкаша – точно превратился бы Ольтен в шлезскую провинцию. – Виктор нашарил в воздухе еще одно яблоко, предложил приятелю, но тот жестом отказался. – А если серьезно, думаешь, у меня не хватило бы сил повторить Деяние Сибелиуса? Магическая наука далеко шагнула за последние две тысячи лет. Полагаю, что лучшего мага древности легко побил бы современный студент. Не каждый, конечно. Но я… или ты…
– Честно? – в прищуренных серых глазах Марка промелькнула ироничная искорка. – Я думаю, что сил у тебя хватило бы. Но ты помнишь, какую цену заплатил Сибелиус? Ты – лично ты, готов пойти на это? Не говоря уж о том, что после Деяния тебя размажет тонким слоем. Магия-то шагнула, да только Сибелиус покрепче нас с тобой был.
– И мы снова возвращаемся к началу, – печально подытожил Виктор. – На пути любого более-менее значимого поступка стоит чертов Закон. Не хочешь, чтобы тебя вывернуло наизнанку, – не дергайся. Хотя, взломщики его ведь обходят!
– Это, на минуточку, уголовное преступление, – напомнил Марк. – Куча параграфов с подпунктами.
За беседой студенты не заметили, как из-за зеленой куртины к ним вышел профессор Янсен собственной персоной.
– О, де Вилье, Довилас! Господа, как я рад вас видеть! Предаетесь безделью на лоне природы?
– У нас «окно», – сдержанно ответил Марк, поднимаясь на ноги и отряхивая мантию.
Появление декана ничего хорошего предвещать не могло.
– Превосходно, - профессор просиял как новый талл. – Не соблаговолите ли помочь мне с учебной литературой? На кафедру только что доставили заказанные тома по теории магии. Нужно бы их разобрать. Ну же, господа, разве не приятно почувствовать себя частицей учебного процесса?
– Ну-у… – неопределенно ответили молодые люди, покинули облюбованный тенистый пятачок и проследовали за деканом с одинаково трагическими лицами.
Глава 1
Белый шарик ударил в бок синий, тот покатился в сторону лузы, замер на пару мгновений на самом краю, словно раздумывая, падать или нет, – и упал. Его высочество принц Стефан выдохнул с заметным облегчением, склонился к борту бильярдного стола и прищурился, намечая траекторию следующего удара.
– Тебе следует быть повнимательнее, – участливо сказал Александр. – Это удар сложный и вообще сомнительный. Я бы на твоем месте не рисковал…
– Ваше величество, не занудствуйте, – отмахнулся младший брат, намеливая кий. – Чтобы побеждать, нужно забивать.
Красный шар ударился о борт, отскочил и остановился в нескольких сантиметрах от лузы.
– …а отыгрался, – безмятежно продолжил свою речь король, сменяя брата у стола. – Увел бы биток, например, сюда. И тогда твоему противнику, то есть мне, предстоял бы рискованный удар, в котором бы он – то есть я – с большой долей вероятности промахнулся и оставил для тебя удобную позицию. Но сейчас… извини, Стефан… – и Александр методично принялся очищать стол.
Когда на зеленом сукне остался последний шар, его величество положил кий на стол и повернулся к брату, с мрачным видом сидевшему в своем кресле.
– Ты слишком много и неоправданно рискуешь, – повторил Александр.
– Зато ты не рискуешь совершенно, – печально отозвался Стефан. – Можно подумать, если б я отыгрался, ты бы стал бить тот ненадежный удар? Я рискую, потому что риск добавляет красок. Не так скучно, как у тебя.
– Говори, говори, – рассмеялся брат. – Я выиграл – это самое главное. Но в любом случае, спасибо за партию, даже несмотря на то, что ты жульничал.
– Кто? Я?! – почти правдоподобно возмутился принц.
– Ты, ты. Когда думал, что я не вижу, и двигал биток. Эх, Стефан, и в кого ты у нас такой авантюрист? Уж точно не в маму и даже не в отца.
– В Беренкаша Первого, – буркнул его высочество, вытаскивая яркие шары из луз и собирая их в правильный треугольник для следующей партии. – Его наверняка тоже называли авантюристом, но история всё расставила по местам.
– Это ты так аккуратно намекаешь на недостатки моего правления? Предлагаешь устроить новый переворот?
– Шутки у вас последнее время, ваше величество…
Это была истинная правда. Александр изменился: деятельный и оптимистично настроенный монарх пугал окружающих хмурым настроением и частыми визитами к нему главы Службы безопасности. Кроме того, он потребовал срочно доставить ему полторы дюжины книг по магии и внимательнейшим образом их штудировал, делая пометки на полях. Магическим даром король не обладал, обычно делами волшебников не интересовался, в чтении предпочитал исторические хроники и мемуары, так что неожиданно вспыхнувший интерес к новой области знаний поставил многих в тупик.
Впрочем, Стефан догадывался о причинах такой разительной перемены. Все началось после возвращения венценосных братьев из Оперы, где не состоялась трагедия. Спаситель, господин Инкогнито, навестил их в резиденции на следующий день, принял награду из рук его величества, составил компанию за ужином, отдал должное прекрасным винам, ловко ушел в беседе от самых каверзных вопросов (по правде говоря, Александр был не мастак ставить словесные ловушки) и оставил братьев в полной уверенности в лояльности гостя и смутном беспокойстве где-то на грани сознания. Присутствовавшие на аудиенции маги из экспертного отдела клятвенно уверяли, что никаких воздействий на королевских особ не засекли, разве что слегка повысился общий уровень магического фона.
Николаки, разумеется, уже разослал своих людей с заданием выяснить всю подноготную господина Инкогнито, но ему-то профессиональная паранойя положена по должности, а вот что тревожило Александра?
Его величество не был трусом. Не был он и глупцом или даже просто легкомысленным человеком, что при наличии королевского титула означает то же самое. В стране наступили мирные и спокойные времена, но нет такой силы, как невесело шутил глава Службы безопасности, которая заставила бы аристократию прекратить интриговать и выдвигать «совершенно законные притязания» на корону, помахивая пожелтевшими от времени документами о своем родстве с той или иной ветвью королевского рода. От многочисленных троюродных племянников и еще более дальних кузенов было просто не протолкнуться. «Пожалуй, – усмехался Александр, – не хватает лишь прямых потомков Сибелиуса», а генерал Николаки отвечал: «Не накликайте, ваше величество, а то еще потомки Джумлы набегут».