Елена Кочергина – Князьки мира сего (страница 7)
– А почему они решили уехать в Москву? У них были там какие‑то знакомые?
– Маловероятно, – ответила Маркова. – У нас с Николаем, конечно, есть друзья в Москве, но Оля с ними никогда не была близка. Скорее всего, они просто сбежали от нас. Алексею было неприятно с нами общаться, плюс ко всему он, вероятно, боялся, что, живя рядом с нами, Оленька рано или поздно начнёт прислушиваться к нашему голосу и выйдет из‑под его влияния. Поэтому он просто‑напросто решил утащить её подальше от нас.
– Спасибо вам за чай и за беседу, извините, что потревожил, – сказал Иваненко, вставая. – Дайте мне, пожалуйста, адреса и номера телефонов всех ваших московских друзей. Я вам тоже оставлю свой номер. Если узнаете какую‑то информацию о возможном местопребывании вашей дочери и её супруга, обязательно свяжитесь со мной.
Провожая его к двери, Елизавета Феликсовна вдруг горячо воскликнула:
– Пожалуйста, помогите нам! Помогите вызволить Оленьку из лап этого чудовища! Наша девочка в опасности рядом с ним! Возможно, он её зомбировал и заставляет участвовать в разных омерзительных обрядах. Я не переживу, если с моим ребёнком что‑то случится!
– Я постараюсь вам помочь, если это будет в моих силах, – пообещал Иваненко.
* * *
Прогуливаясь по набережной, Пётр несколько раз доставал фотографию молодых людей и пристально всматривался в их лица. Вопросы дикими пчёлами роились у него в голове. Зачем они причиняли боль своим родным? Почему сделались сатанистами – выражали протест нашему больному обществу, погрязшему в лицемерии, тщеславии и глупости? И как, во имя всего святого, зеленокожий пришелец попал к ним в квартиру?!
Глава 5На приходе
Иваненко заночевал в неприметной гостинице, и ему опять приснился неприятный сон. Скорее даже, это было видение, а не сон. Он лежал на сене в сюрреалистической повозке, напоминающей русскую телегу с комзлами, в которую была запряжена шестиногая пегая кобыла. На козлах сидел вечно юный Божественный Возница и посмеивался, время от времени оглядываясь на Петра. Его лицо синевато‑трупного оттенка было рассечено шрамом, губы, уши, ноздри и брови утыканы маленькими кольцами, а на скулах угадывались вживлённые под кожу металлические шарики.
– Почто боярина обидел? – спросил Кришна, обернувшись в очередной раз.
– Не я, но представители моего вида, – почему‑то ответил Пётр, приподнявшись на локте. Телега медленно тряслась по кочкам.
– Нет у меня больше таких преданных слуг, как он, – покачало головой Божество.
– Посади его к своим стопам, – посоветовал Пётр. – Пущай вечно наслаждается.
Синюшное лицо Божества перекосило от боли.
– Не от меня зависит! – выдавило оно. – Мы будем наслаждаться в разных местах.
– Да ну? А откуда, о великий, у тебя шрам на морде?
– С лестницы упал, с лестницы! – начал оправдываться Кришна. – Я должен радоваться, а ты, раб, мне всё настроение испортил! Спой мою любимую песенку, и я вновь возрадуюсь!
– Мантру, что ли? «Харе Кришна, Харе Рама»? «Всепривлекающий, позволь мне преданно служить тебе»? А если я не горю желанием?
– Ну хоть пирсинг сделай! – взмолился Возница, у которого вдруг начала отслаиваться кожа, падая синими лоскутами на жёлтые шаровары.
Тут Иваненко стало засасывать в сенную воронку на дне телеги, он ощутил, что несётся сквозь пространство и время и падает на застиранные простыни в дешёвой гостинице. Было пять часов утра.
Третью ночь подряд ему снится реалистичный и яркий сон! Раньше Петру как творческой личности, конечно, снились цветные сны, но чтобы такие! В этих трёх снах была заложена какая‑то информация, надо обязательно её осмыслить. Быть может, кто‑то подключился к его сознанию?
За этими мыслями Иваненко так и не смог больше уснуть.
* * *
Священник отец Вячеслав был невысокий, средних лет, с умными глазами. Образование имел высшее техническое и семинарское, в храме святого Николая Мирликийского служил настоятелем пять лет. Иваненко успел перехватить его до начала службы и исповеди.
Голубинниковых‑младших отец Вячеслав помнил и охотно согласился рассказать всё, что ему известно. После предварительных вопросов Пётр перешёл к сути дела:
– Как вы думаете, могли Голубинниковы состоять в какой‑нибудь секте?
– Очень может быть, – сказал священник после недолгого размышления. – В православных храмах полно сектантов и оккультистов.
– Например, могли они быть членами сатанинской секты?
– Это вполне вероятно. Сатанисты – религиозные паразиты. Они нуждаются в подпитке, в первую очередь нашими святынями – иконами, священными книгами и так далее. Причащались они редко, а в наши последние времена нужно причащаться не реже раза в неделю.
– А чем причащающийся сатанист отличается от православного человека?
– Внешне ничем. То, что надо делать во время исповеди и причастия, можно узнать в брошюре, которая продаётся во всех церковных лавках, или у бабушки‑прихожанки, прочитать в интернете. Мы причащаем всех, кто выполняет определённые требования, ведёт себя правильно – детектора веры у нас нет. Видимо, им доставляло удовольствие осквернять таинство. Духовных бесед со мною они не вели, и узнать о том, что эти люди из себя представляют, у меня не было возможности, хотя подозрения, не скрою, были.
– То есть они постоянно ходили в вашу церковь, но не спрашивали у вас духовных советов, не считали вас своим духовником?
– Именно так.
– А кто ещё здесь служит?
– Отец Сергий и отец Михаил. Они рассказывают мне как настоятелю подробно обо всём, что происходит в храме, в том числе у них на исповеди (не нарушая тайну исповеди, разумеется). Эти молодые люди также не считали отца Сергия и отца Михаила духовниками и не спрашивали у них духовных советов.
– А что происходило во время исповеди Голубинниковых?
– Сначала подходил молодой человек, читал по бумажке свои грехи и прегрешения, давал мне в руку бумажку, я её рвал. Он немедленно опускал голову на аналой, я читал разрешительную молитву, он целовал крест и Евангелие, брал благословение и шёл к иконе Алексия человека Божия, рядом с которой стоял всю Литургию. Потом то же самое делала его супруга… Если не возражаете, я и сейчас хотел бы приступить к своим обязанностям, иначе образуется большая очередь…
– С кем ещё можно поговорить по поводу Голубинниковых?
– Думаю, имеет смысл поговорить со свечницей Марией Валентиновной. Вон она, на своём рабочем месте.
Они обменялись координатами, и отец Вячеслав отправился исповедовать прихожан. Пётр зафиксировал кое‑что у себя в блокноте.
Подозрительным типом показался следователю этот священник. Похоже, он попадал под детективный стереотип персонажа, который знает больше, чем говорит, темнит, преследует свои собственные цели – не преступник, но и не праведник. Слишком правильно и без заминки он отвечал на вопросы, так, как будто у него уже давно на всё заготовлены ответы. Что ж, может быть, им предстоит ещё встретиться.
* * *
– Хорошие ребята были, спаси их Господи, жаль, что в Москву уехали, – рассказывала Мария Валентиновна. – Я откуда это, думаете, знаю? От мамаши Лёшиной знаю, Маши, тёски моей. Тёска‑то тёска, а небесные покровительницы у нас разные, у неё Мария Магдалина, а у меня Мария Египетская. Она от меня в соседнем доме живёт. Не замечала ли чего? Конечно, замечала! Свечку Лёшенька левой рукой передавал, был такой грех за ним. Причём не случайно один раз передал, а всегда, нарочно он это делал. Я‑то сказать ему боялась, взгляд у него был такой… глубокий… как будто знает что‑то такое… Передаст свечку левой рукой и смотрит по сторонам своим особым взглядом, мол, попробуйте мне что‑нибудь скажите. Многих в искушение вводил, а так мальчик чудесный… А Оленька, не один раз я видела, к иконам святых угодников после причастия прикладывалась, а это ни в коем случае делать нельзя…
– Объясните мне, нецерковному человеку… – попросил Пётр.
– Счас всё объясню, милый мой, гражданин следователь. Правая рука, она почему так называется? От слова «прав». А «левая» по церковно‑славянски означает «неправая», «неправильная», «неправедная». Я воскресную школу заканчивала! В Писании что сказано? Праведники по правую руку от Бога в раю будут, а грешники «ошуюю», значит по левую, в аду. Левая рука означает «ад». У нас, у православных, очень сложная символика, и при этом символы имеют мистическое значение. «Мистическое» означает не «сверхъестественное» или «потустороннее», а «таминственное» (ударение на первый слог), то есть приравнивается к таинствам, по‑мирскому обрядам. Это я в книжке у батюшки Андрея Кураева прочитала, вот она у нас продаётся… Я хочу сказать, что неправильно совершённое таинство ведёт за собой отрицательные духовные последствия. Например, если батюшка воду в святую чашу не нальёт, преобразится ли содержимое в кровь и плоть Христову?
– Не преобразится? – попытался угадать Иваненко.
– А это – смотря по какой причине не нальёт! Если не нарочно – подумает, что налил, а сам забудет с похмелухи, – Господь простит и совершит таинство. А если священник от веры отпал и нарочно оскверняет таинство – тогда ни за что не преобразится! Но ребята‑то, прости им Господи, по всему видно, делали всё нарочно. Крестное знамение – тоже символ, но если начнёт прихожанин креститься снизу вверх, думаете, крест будет иметь силу?