Елена Кочергина – Добрые сказки для взрослых и детей (страница 4)
Побежал зайчик на овсяное поле и давай овёс трескать. Очень он его любил, ещё когда был медведем. Вдруг слышит вкрадчивый голос:
– Первый раз вижу такого неосторожного зайца! Ну, прощайся с жизнью, косой!
А это лиса! Хотел заяц на неё рыкнуть по старой медвежьей привычке, а из горла только писк вырывается. И глазом моргнуть не успел, как слопала его лиса.
Увидел это Господь и говорит медвежьей душе:
– Что же ты, Михал Потапыч! Не приспособился толком к новому телу, и сразу овёс лопать побежал! Ну, так и быть, верну тебя ещё разок обратно. Кем на этот раз хочешь стать?
– Да кем‑нибудь совсем маленьким, незаметным… А хотя бы мышкой!
– Будь по‑твоему! – говорит Господь. – Только смотри – ни волку, ни лисе, ни филину на глаза не попадайся!
И отправил душу медведя в его родной лес в теле мышки.
Вырыл бывший медведь норку. Сидит в ней и от страха дрожит, нос высунуть боится. Но голод не тётка. Как невмоготу его терпеть стало, вылезла мышка потихонечку из норки и к овсяному полю пошла. Только завидит какую‑нибудь тень, прячется за кочку и дрожит. Так мало‑помалу и дошла. Наелась овса – и в обратный путь, с теми же предосторожностями.
И недели не прошло – взвыл бывший медведь от жизни такой. Думает: «Раньше я каким был? Большим и добрым. Все меня любили и уважали. А теперь никому я не нужен, ни одного друга у меня нет!»
И взмолился он Богу:
– Прости, Господи, не могу больше в чужой шкуре жить! Сделай меня обратно медведем или в рай пошли!
Улыбнулся Господь и превратил мышку в косолапого мишку. Да в такой далёкий лес его послал, где ещё нога человека не ступала.
Живёт Михал Потапыч в этом лесу и Бога славит. Особенно по воскресеньям, когда все самые добрые существа на земле празднуют Воскресение Христово.
А похожий на неандертальца боксёр Воскресение Христово не праздновал. Он в Африку поехал. Была у него мечта – сфотографироваться на фоне убитых им африканского слона, бегемота и жирафа. Но никого застрелить он больше не успел. Укусила боксёра муха цеце, и заболел он сонной болезнью[1]. Спит теперь целыми днями, и снятся ему хорошие добрые сны. В этих снах он никого не убивает, а дружит со всеми зверями земными и птицами небесными. Глядя, как он улыбается во сне, никто не думает, что он настоящий злой мужчина из каменного века…
Монстр за дверью
Открылся у Костика дар прозорливости. Всё он стал видеть: кого завтра на каком уроке спросят, кому замечание сделают, у кого родителей в школу вызовут.
Выстроилась к нему во дворе целая очередь из учеников. А Костик сидит на лавке с корзиной на коленях и прозревает. Корзина у него – для подношений: марсов‑сникерсов там всяких, чипсов, жвачки и конфет. «Трудящийся достоин пропитания», – сказано в Священном Писании.
Серёге из седьмого «Б» Костик не велел назавтра в школу приходить.
– Поставят двойку по истории, – говорит, – и родителей вызовут из‑за плохой успеваемости.
– А что же мне делать? – спрашивает Серёга.
– А то сам не знаешь! – удивляется Костик. – Прикинься больным или просто прогуляй. А ещё лучше – попроси Ваську тебе большой фингал перед уроками поставить. Классная отправит тебя к медсестре. Там веди себя так, будто вот‑вот сознание потеряешь, и медсестра домой тебя пошлёт.
– Может, проще урок выучить? – говорит Серёга.
– Может, и проще. Только знаешь, как Бог наказывает тех, кто прозорливцев не слушает? – строго говорит Костик. – Их даже иногда из школы выгоняют!
Вздохнул Серёга, положил сникерс в корзину для подношений и домой пошёл. А к прозорливцу Леночка из шестого «А» подошла:
– Любит меня Лёша из параллельного класса или не любит? Идти мне с ним сегодня в кино или не идти?
Задумался прозорливец, в себя погрузился – будущее прозревает. Потом говорит:
– Нет тебе, девица, Божьей воли с Лёшей в кино идти! Если с ним пойдёшь, ногу подвернёшь. Иди лучше со мной.
Покраснела Леночка, но идти с Костиком в кино согласилась. Потом вся школа будет говорить, что прозорливец именно её избрал… Достала она пакетик с чипсами, но Костик от Леночкиного подношения отказался. «Даром получили, даром давайте», – процитировал он Священное Писание.
Иссякла очередь, отправился прозорливец домой. Подкрепился конфетами да сникерсами и только стал собираться идти с Леночкой в кино, как вдруг слышит: кто‑то в дверь звонит. «Кто бы это мог быть? – думает Костик. – Родителям ещё рано с работы приходить, а с Леночкой мы у кинотеатра встретиться договорились». Смотрит в глазок, а там – настоящий пират, Джон Сильвер. На голове – треуголка, на плече – попугай, и нога деревянная. Испугался Костик, заперся на все замки. А в дверь опять звонят. Глянул он в глазок, а там разбойник. С золотыми зубами, длинными ножами за поясом и повязкой на глазу.
«С ума я, что ли, схожу? – думает Костик. – Не может этого быть! Современные разбойники в костюмах ходят – их каждый день по телевизору показывают. А такие только в сказках бывают!»
А в дверь опять звонят.
– Кто там? – спрашивает Костик. В глазок ему страшно смотреть – вдруг опять какую‑нибудь галлюцинацию увидит.
– Твой Ангел Хранитель, – отвечают из‑за двери.
– А чем докажете?
– Когда тебе было пять лет и ты в речке тонул, я тебя на руки взял и на берег вынес, – говорит голос из‑за двери. – Помнишь, чтом я тебе при этом сказал?
– Помню.
– Ну вот и сейчас я тебе то же повторяю: верь, надейся и люби! Может, впустишь меня в квартиру?
Открывает Костик дверь, а в прихожую чудище вползает: на голове змеи шипящие, изо рта пар идёт, а тело – всё в щупальцах, как у гигантского осьминога. Мальчик – бегом в свою комнату, а чудище за ним. Уселось на диван и тяжко вздыхает.
Костя в угол забился и шепчет скороговоркой:
– Не ешьте меня, я ещё слишком молодой! Не ешьте меня, я ещё слишком молодой!
– Да не собираюсь я тебя есть! – говорит чудище. – Где это видано, чтобы Ангел Хранитель съел того, кого должен защищать?
– Что‑то непохожи вы на моего Ангела Хранителя! – еле слышно говорит Костик. – В прошлый раз на вас светлые одежды были. И лицо светящееся, и крылья белоснежные…
– Да и ты на моего подопечного последнее время не похож, – отвечает чудище. – Был скромный, хороший мальчик, а сделался невесть кто!
– То есть это из‑за меня вы в чудовище превратились? – спрашивает мальчик.
– Да не превращался я ни в какое чудовище! – возражает Ангел. – Какая душам у человека, таким он и своего Ангела Хранителя видит. В пять лет душа у тебя была чистая, и ты меня в истинном свете увидел. А сейчас накопилась у тебя в душе тьма от злых, нераскаянных дел – вот ты меня и увидел страшным да злым, глядя сквозь эту тьму.
– Всё равно не понимаю… – говорит Костик.
– А чего тут понимать! Перестань из себя прозорливца корчить, у ребят прощения попроси и в храм сходи исповедуйся. Тогда снова увидишь меня таким, какой я есть.
Вздохнуло чудище в последний раз и ко входной двери поползло…
Стыдно стало Костику, что он своего Ангела Хранителя до такого состояния довёл. Сделал он всё в точности так, как ему велели, и снова увидел прекрасного юношу в светлых одеждах с белоснежными крыльями. Прямо после исповеди и увидел. Они вместе всю службу отстояли, а потом Ангел Хранитель Костю собственноручно причастил (ангелам это разрешается). И расцеловал троекратно.
Больше Костя старался злых дел не совершать. Не дай Бог увидеть своего Ангела Хранителя ещё в каком‑нибудь страшном обличье!
Вырос Костя и стал монахом, а потом старцем. Обычным, не прозорливым. Когда посетители просят его прозреть волю Божию, он встаёт, обнимает их ласково и говорит:
– Читайте Священное Писание, чада. Там и найдёте ответы на все свои вопросы.
И по его молитвам всё у этих людей складывается в жизни хорошо.
Милостивый енот
Дорогие дети! Никогда не купайтесь в реке Миссисипи без присмотра родителей! Там живут злые, кровожадные рептилии!..
Жил‑был в реке Миссисипи безжалостный аллигатор. Всю жизнь думал он только о том, как бы получше набить своё брюхо. Заляжет неподалёку от берега, высунет рыло из воды и высматривает, кого бы ему утащить под воду и слопать.
Но однажды аллигатор заболел. Может быть, отравился несвежим мясом, может быть, простыл, когда гулял под дождём. Поднялась у него температура, начался жар. Лежит он на бережке и плачет горючими слезами. А все думают, что он просто сытно пообедал – известно ведь, отчего крокодилы обычно плачут.
Стал уже аллигатор к смерти готовиться. Провалился в забытьё, и видится ему огромный ковбой в сапогах из крокодиловой кожи, который пришёл с него шкуру содрать… Вдруг чувствует – кто‑то его в бок толкает. Очнулся он, а перед ним стоит на задних лапках енот и вежливо так спрашивает:
– Мистер аллигатор, вы хорошо себя чувствуете? Может, вам какая помощь нужна?
– Помираю я, – говорит аллигатор. – В наказание за все мои грехи и безжалостность по отношению к ближним.
Пощупал енот ему лапкой лоб и говорит:
– Да у вас жар, мистер аллигатор! Вам срочная медицинская помощь требуется!
– Ничто мне уже не поможет, кроме антибиотиков… – вздыхает аллигатор.