Елена Княжина – Властелин моих кошмаров, или Невеста на обмен (страница 4)
Судя по истеричным всхлипываниям Стервеллы (которые я только теперь расслышала, будто вынырнув из вязкого тумана) и по подозрительным вздрагиваниям ее тела, мое присутствие его вообще никак не смутило. Совершенно.
Варх Всемогущий!..
Мужчина продолжал смотреть на меня с каким-то плотоядным, гипнотизирующим любопытством. Как гремучая исса на беспечную крошку-россоху, по глупости высунувшуюся из норки.
А я… Я не могла шевельнуться! Тело, будто парализованное, не слушалось. И даже глаза не собирались закрываться!
«Инвестор» картинно выгнул черную бровь и, наконец, прохрипел:
– Намерены присоединиться?
Он бросил это так спокойно, как будто я отвлекла его от выступления на совете директоров, а не застала со спущенными брюками (поручиться не могу, но почти уверена, что так оно и было).
Регина нервно дернулась, обернулась. Ее взгляд, в отличие от насмешливого мужского, полыхнул злобой. И еще… страхом. Ядовитым, все вокруг отравляющим.
Тело мое, наконец, отмерло. Цепи, сковавшие каждую мышцу, растворились. Я тонко вскрикнула, зажала рот ладонью, выскочила за дверь и сбежала самым позорным образом.
Глава 3
Я успела продрогнуть – то ли от нервного потрясения, то ли от долгого ожидания обратной поездки. Начинало смеркаться, и я взволнованно поглядывала на Звездносвод. Адам будет ждать меня в девять, времени едва хватит, чтобы натянуть платье Алиссы и кое-как причесаться.
А еще я совершенно ничего не добилась! И навсегда испортила отношения со Стервеллой. И по-прежнему остаюсь гувернанткой ее несносного сына. Убила целый день. Устала, как гхарр в брачный сезон. Взмокла от быстрого бега по мостовым Либтоуна…
А я бежала. Так быстро, что стерла подошвы туфель. От офиса и до самого фонтана четырех стихий. Неслась так, словно тот зеленоглазый мужик за мной гнался!
Чувствовала его взгляд на себе, даже когда миновала пару кварталов. Он не отлипал! Странное ощущение, жуткое. Казалось, «инвестор» в любую минуту вынырнет из-за угла и пристыдит насмешливой ухмылкой. Или того хуже – нахально предложит присоединиться. Вот ведь!..
Щеки заливало краской стыда. Внутри все надрывно тряслось в желании не то разреветься, не то задушить незнакомца за снисходительную улыбку и порочный взгляд. Последний раз я испытывала такую смесь неловкости и возмущения, когда ко мне подошла Темона дель Равинь с карточкой, обтянутой красным шелком.
Надо было сразу захлопнуть дверь. Имира Сиятельная, зачем я смотрела? Зачем ты не закрыла мне глаза? Это какой-то гипноз или я сама позволила себе выйти за рамки приличий? Что бы сказал на такое мэтр Сайлэ, узнав, что самая правильная и целомудренная воспитанница его пансиона наблюдала за столь постыдным действом?
Я сжала пальцами переносицу до темноты в глазах. Вдохнула поглубже тяжелый воздух, который и впрямь перестала замечать. А что бы сказал Адам, узнай он о моем дурацком приключении?..
Наконец маг-вояжер появился у того же фонтана, где высадил меня днем. Багажа на крыше в этот раз не было, да и пассажир был всего один. К моему удивлению – тот самый джентльмен, что читал утром газету.
– Успели, мисс, – фыркнул одобрительно водитель. – Думал, ждать придется.
– Вы же говорили, что не станете, – напомнила сердито. Не то чтобы я по этой причине сбивала каблуки, конечно…
– Мало ли кто что говорит, – глубокомысленно выдал тот, выплюнул травинку и подсадил меня на ступени. – Большие господа воздушными судами летают. То и быстрее, и безопаснее, особенно по ночам. Но вам, я уж понял, не вариант.
Мне и правда был «не вариант». Если искажение материи маг-вояжером я еще сносила, то путешествие на воздушном судне превратило бы меня в кисельную лужицу, неспособную связать двух слов. Отсутствие магического иммунитета – первое, к чему привыкаешь, живя в Эррене. И просто строишь свои будни согласно извечным правилам.
Определенный свод ограничений мне в голову вбили еще родители. Избегать контакта с сильными заряженными артефактами. Делать два шага назад, если рядом маг запускает незнакомое плетение. Не пользоваться воздушными судами на магической тяге…
Топливо для них получали из переработанной темной материи, что добывалась из разрывов. Очень ценный и магически активный ресурс, доставшийся нашему миру то ли во спасение, то ли в наказание. От прорывов случалось много бед, но наши маги научились быстро штопать прорехи и даже по возможности извлекать из них пользу. Даже сильный чародей, прикоснувшись к порождению тьмы, как правило, терял сознание. Что и говорить о простачках вроде меня?
Так что небесный магический транспорт был для меня под запретом. А вот про «инвесторов» со спущенными штанами в своде не было ни слова. Потому, наверное, я и растерялась. Да, поэтому.
За окном мелькали трубы фабрик, укрытые сумерками и смогом. Постепенно пейзаж сменялся полями и перелесками. А меня продолжало трясти.
Не от излучения маг-вояжера – сейчас я мигрень едва замечала, – а от увиденного в офисе на Ривер-Штрасс. Имира Сиятельная, как же неловко вышло! И почему в моей глупой голове не сложились два и два – слова Регины о щедрой компенсации и тайная встреча в выходной?
Ответ лежал на поверхности: я до сих пор наивно считала, что верность, преданность и взаимоуважение – лучший клей для супружеских отношений. Не могла и мысли допустить, что Регина станет изменять мужу. Давая согласие Адаму, я в себе была совершенно уверена. Нет в этом мире того, что заставит меня посмотреть в сторону другого мужчины!
***
Вдалеке смазанным пятном промелькнула стая зеленых крикеток, вприпрыжку скакавших вдоль изумрудной воды. Небольшое стадо винторогих гхарров обступило озерцо. Пришли на водопой, пока совсем не стемнело.
Хоть гхарры и были главными вредителями фермерских плантаций, но сами напряженно посматривали вглубь леса. Словно там, в темноте, за чертой света за ними пристально наблюдали глаза истинных хищников Эррена.
Но маг-вояжер был прекрасно защищен чарами: в головном магнистерстве транспорта к безопасности на дорогах относились очень серьезно. Так что заблудших порождений Тьмы, просочившихся сквозь разрывы материи, я не боялась. Пугали меня реальные люди.
Я никогда не ощущала себя настолько уязвимой и слабой, пока не познакомилась со Стервами. Отвратительное чувство – понимать, что никак не можешь себя защитить.
Между Тарлином и Либтоуном располагались небольшие угодья, принадлежавшие местному сельхозмагу. Не чета Анжарским, конечно, – там и трава зеленее, и плотоядная саранча агрессивнее.
Романтика Анжарской провинции меня влекла. В смелых мечтах я перебиралась туда, подальше от звенящего промышленной магией Тарлина. К садам, к гхаррам, и даже, Варх с ней, к плотоядной саранче. Устраивалась на работу в Аквелукский сельхозмаг… И на этой прекрасной ноте мечты резко отключались, сменяясь обидной реальностью: без искры меня туда не возьмут.
Мегги рассказывала как-то о смежных мирах. И о тех, где магия жила в каждом, и совсем не было пустышек. И о тех, где не было магии вообще, и все были равны. Мег была начитанной девушкой с приличным уровнем силы и могла неплохо устроиться. Я же своего потолка давно достигла.
В Эррене, где население с детства делилось на магов и не-магов, у простаков, конечно, были права. Но не было будущего. Такого, о каком мечталось.
***
Маг-вояжер медленно вкатился на Тарлинскую площадь и встал у моей улицы. Наверное, есть миры, где жизнь в центре города высоко ценится и считается благом. В моем же случае это было сущее наказание.
Продираясь через насыщенный магическим излучением воздух и едва переставляя ноги, я доплелась до нашей съемной комнаты. Здесь было пусто: Мег еще не вернулась из библиотеки, а Алисса уже ушла на ночное дежурство в лечебницу.
Не успела я ополоснуться холодной водой и втиснуться в платье Лисси, заботливо оставленное подругой, как в дверь пробарабанили. Адам!
– Привет, я… – я отворила, пытаясь свободной рукой накрутить локон на бытовой завивающий артефакт.
Но, кажется, тот ни гхарра не работал: Лисс истратила весь заряд. Она всегда прихорашивалась, отправляясь в лечебницу. Имелась у нее некоторая слабость к одному ворчливому хирургу.
– Собираешься, как сонная вирра, – проворчал парень, облокачиваясь на косяк. – Накинь шаль, Велисофья. Я арендовал двухместный вояжер с открытым верхом на сегодняшний вечер, а на улице холодает.
Я тихонько зарычала: не терплю, когда меня зовут Велисофьей. Но Адам почему-то решил, что полное имя звучит более красиво и благородно. И на мои возражения не реагировал.
– Я устала, как Варх, собравший Звездносвод, – пожаловалась жениху, в последний момент все же оставляя шаль дома. – Это ведь не слишком надолго? Или, может, тебе лучше сходить одному?
– Не надейся, – хохотнул парень и поправил свою изысканную прическу, уложенную волосок к волоску. Вот кому артефакты никто не разрядил! – Не бойся, Грег тебя не съест, а Тереза и вовсе милейшая старушка…
Ну да, ну да, только понадкусывает.
Адам продолжал болтать что-то успокаивающе-оптимистичное, пока заталкивал меня на неудобное сидение крошечного, поистине пижонского красного вояжера. И пока вез по мощеным улочкам в далекий квартал, в котором я ни разу не бывала. И пока доставал обратно, путаясь в моей юбке и неприлично громко хохоча.