Елена Княжина – Чудовищный секрет Авроры 2, или Магистра не гладить! (страница 11)
Я протолкнула дальше по горлу комок, порожденный волнительным предвкушением, смешанным с дурным предчувствием. Конечно, он меня не положит сюда. Есть ведь правила, Устав, мой папенька и все такое…
К тому же, он обещал. Дал слово, что никогда. Совсем никогда.
– Какая же вы… – подал голос Салливан, но запнулся.
– Заноза?
– Напасть. Прав был ваш отец. Как есть – напасть.
Кожа, спрятанная под тонкой тканью гимнастического костюма, уже плавилась от его горячих лап. Я торопливо отвела глаза от неприлично огромной кровати и проморгалась.
Рандор смотрел на меня прямо и неотрывно. Казалось, он все мысли мои успел прочесть. И без всякой там телепатии. Будто они идиотской мигающей надписью проступили на лбу и пылающих щеках.
Я вдруг ощутила себя такой беззащитной, такой уязвимой. Полностью открытой, практически голой. И до чертиков растерянной. Надо же было так вляпаться!
Но вместо того, чтобы закрыться, защититься от нудного тролля, я тихонько выдохнула и позволила своим дрожащим рукам упереться в магистерскую грудь. Вжала в нее похолодевшие пальцы. Так, словно оттолкнуть хотела.
Но… на самом деле, не хотела. И судя по тому, как рвано вздымалось чужое тело под моими ладошками, Салливан это прекрасно понимал.
– Признаться, вы привели меня в замешательство, – выдохнул Рандор. И с интересом покосился на мою неловкую попытку погреть руки на его полыхающей грудной клетке.
И когда я вдруг успела закоченеть? В Академии ведь хорошо топят…
– Мм? Зам-м-мешательство? – промычала растерянно, всеми силами делая вид, что происходящее – в порядке вещей.
Я вообще постоянно людям на голову сваливаюсь. А то, что полуголым и горячим… Ну так это уж издержки фирменного «везения».
А волоски, кстати, мягкими оказались. Приятными на ощупь, как и сам шурхов тролль. Наверное, это не очень прилично, магистров трогать?
– Я предполагал увидеть в вас застенчивость и девичью пугливость, которые вы умело прячете под наглостью, упрямством, беспечностью и ощущением вседозволенности…
– Я бы попросила!
– Был, знаете ли, уверен, Карпова, – продолжал медленно перечислять Салливан, покачивая меня в лапах, – что вы прилично смутитесь и сразу же себя обнаружите, стоит мне расстегнуть рубашку до середины… Как тогда, в купальне, в день моего приезда…
– Вы с самого начала знали, что я тут? На потолке? – я захлебнулась воздухом. – И стали раздеваться?!
Вот. Ведь. Тро-о-олль!
– Разумеется.
– Что?! – я обиженно стукнула кулачком в его грудь и заерзала ужом в нахальном захвате.
Скупой, равнодушный прямо-таки ответ выбесил до глубины, в целом, мирной и человеколюбивой души. До желания немедленно отправиться воровать новую экспериментальную кладку шурхов. И воплощать тайные угрозы в реальность, не дожидаясь их весеннего обострения!
– Эта воздушная ловушка оснащена сигнализирующим заклятьем. Вроде паутины, сообщающей пауку, что муха попалась в сеть…
Я скривилась: ну и сравнение! Хотя влипла я и впрямь капитально. И в сеть, и в шурхового магистра. Лучше бы я правда пробы воды брать пошла. Всяко больше пользы.
– Добыча, правда, оказалась неожиданной, – ухмыльнулся чему-то магистр. – Не назойливой мухой, не жалящей осой… Не скалящейся летучей мышью, не гуляющей самостоятельно кошкой… А легкомысленной пташкой, прилетевшей на свет магического фонаря. Невинной бабочкой, совсем не боящейся обжечь хрупкие крылья.
– А кого вы рассчитывали тут застать? – уточнила ревниво. Каких еще ос, мух и кошек он тут разводит?
– Неважно. Сейчас это все не имеет значения, – задумчиво хрипел Салливан, разгуливая со мной по комнате. Словно экскурсию проводил, знакомя с интерьером. Даже жаль, что я все уголки шкафа уже облазила. – Так почему вы себя сразу не обнаружили, Карпова? Мм?
– Вы недооцениваете женское любопытство, – фыркнула равнодушно, стараясь коситься куда угодно, только не на темные, чуть вьющиеся волоски перед носом.
– На брюках оно дало сбой…
– Мне не настолько любопытно! – отрезала решительно.
Так. Самую малость. Не более.
– Шпионка из вас никудышная, Карпова, – проворчал магистр, машинально покачивая, словно баюкая.
А я бы и не прочь была тут уснуть. Устала за день, издергалась, а тепло чужого тела рядом как-то… умиротворяло.
Уснуть! В логове тролля, в его огромных горячих лапищах!
Глупая пташка? Да вне всяких сомнений.
– Так что вы искали, княжна? И что нашли? – в голосе Салливана проявились раздраженные нотки.
Не трудно догадаться, что мое вторжение стало для него сюрпризом скорее неприятным.
Осуждение – в тоне, во взгляде – ранило сильнее привычной фирменной нотации, на которую тролль пока не сподобился. Надо же было попасться за такой глупой проделкой!
– Вы злитесь.
– Вы умеете спокойного человека довести до греха, – туманно заявил шурхов магистр.
Понять бы только, что именно его так задело? Я ведь не нанесла ни ему, ни его логову никакого непоправимого вреда. Так, только простыни слегка помяла.
Может, он догадался, что я узнала о его зависимости от дурацких индийских травок? Мужчины не любят признавать слабости. Но это он зря. Я ведь учусь на целительском и знаю, какие муки способна приносить хроническая магрень. Тем более, порожденная сломанным даром.
Или он был недоволен тем, что я испортила его ловушку, явно рассчитанную на дичь покрупнее. Или что подозревала его тролль знает в чем. Или… что снова на голову свалилась, да еще среди ночи.
А может, его так раздражали мои робкие прикосновения. Рандор поглядывал на мои пальцы неодобрительно. И сопел шумно и рвано, как раскаленный чайник.
– Зачем, Карпова? Зачем. Вы. Влезли. В мой. Кабинет? – сипло вопрошал Салливан, явно не планируя меня пока отпускать. – Вы ведь понимаете, что никуда отсюда не уйдете, пока во всем не признаетесь?
Пытка выходила своеобразной. Я совершенно не стремилась к побегу, так что план магистра был неидеальным.
– Ну?
– Я нашла только ваше лекарство от магрени! – протараторила на выдохе, пряча глаза и ежась в его руках. – Но вы зря этого стыдитесь. Нет ничего дурного в том, чтобы принимать обезболивающее и…
– Карпова!
– Я серьезно! – я стукнула ладошкой по увитой мягкими волосками груди. Нечего меня перебивать! – Я врач. Больше по животным, конечно, но… Словом, я никогда бы вас за это не осудила. Это даже как-то обнадеживает, что и троллям не чуждо человеческое…
– Троллям? – с угрозой в голосе уточнил магистр, сжимая лапой мое неудачно подвернувшееся бедро.
– К тому же, Эустома волшебная – всесторонне полезная травка. И магический иммунитет укрепляет, и при облысении преждевременном помогает, и… В общем, ее где только не применяют. Будете здоровым, крепким, выносливым… Уверена, что уже, – вдохновенно вещала я, то и дело спотыкаясь на неприличных мыслях. – В смысле… Я не про то. Я в общем.
Я зарделась, некстати вспомнив про снадобье «Для мужской силы», которое у нас часто заказывали в аптеке Эстер-Хаза. Глэдис всегда хихикала, когда приходилось его варить. Госпожа Пламберри на это закатывала глаза и говорила, что лекарства нужны всякие. И ничего стыдного в том нет, если какому-нибудь гоблину оно потребуется. В конце концов, гоблинши имели внешность весьма… специфическую.
– Я неплохо осведомлен, Карпова, для чего используется это растение, – медленно выдал магистр, сжимая меня и второй лапищей. – Но не уверен, что «уже». Требуется проверка… эмм… эффективности.
– Полагаете? – я похлопала ресницами, даже не пытаясь вникнуть в его намек. Мне от одного взгляда дурно сделалось.
А взгляд этот сверлил расправленную постель, словно испепелить пытался. От греха подальше.
– Вы ведь не откажетесь стать добровольцем? – ехидно уточнил Салливан.
– Добровольцем… к-куда?
– Как же вы мне дорого обходитесь, – пробормотал магистр свое козырное и воздел глаза к потолку, где еще совсем недавно висела прилипшая я. – Рассказывайте, Карпова.
Затуманенный разум пришел к выводу, что добровольцем меня пока никуда не вызывают. И испытание чудодейственных травок откладывается. Вот какой этот шурхов посягатель… непостоянный!
Но пытка смущением продолжалась: теперь сероглазый тролль смотрел мне прямо в глаза. И с тяжелым вздохом я решила приступить к признаниям. Ночь не резиновая, а вещество в воде уже могло раствориться без следа.
– Этим вечером я видела на улице у озера мужчину. Вашего… эмм… телосложения.
Я окинула Салливана беглым придирчивым взглядом и осталась недовольна. Не магистром, конечно (в этом тролле все было совершенно). А своей нездоровой реакцией на него. К примеру, мне захотелось теснее к нему прижаться. И почему-то внутри все щекотно и восторженно взрывалось от этой неприличной идеи.
– Мужчину. И?