Елена Кисель – Пастыри чудовищ. Книга 3 (страница 25)

Предстояло решить аж две эпохальные задачи. Сказочную — не дать Арделл отыскать того, кто пылает чувствами к жене Хромца. И классическую: не выйти на своих в процессе расследования. При этом каким-то чудом вытащить Гриз из поместья живой. И Аманду. Яниста тоже. Неплохо бы и Мел, конечно.

Ас потолка на меня может свалиться ушлая ящерка. Мелкая машинка для убийства. Та самая зверюшка, которую на территорию поместья каким-то образом протащила Гильдия. Та самая Гильдия, которая протащила на эту территорию меня.

Счастливой концовки в детективном романе что-то не намечалось.

Хотя условия мне создали — сыщикам в романах не снилось.

Отдельный кабинет — между прочим, малахитовые подсвечники — с несомненным плюсом в виде отдельной уборной рядом. Предупредительный господин Даллейн уверил, что кабинет защищён артефактами, в том числе и от прослушки. И решил обеспечить мне всё и по первому слову: питание-напитки, ответы на любые вопросы. Даллейн отлично сошёл бы за Расторопного Помощника, которые в детективах добывают всякое, а попутно — оттеняют ум главного героя.

Подавив в себе желание затребовать куропатку с трюфелями, я попросил трубку, побольше чаю и отчёты по посещениям замка за последние две девятницы. Потом потребовал список поставок. Потом сведения о том, как работают сканирующие артефакты на входе. Даллейн кивал, растворялся и объявлялся с затребованным. Предупредительно выкладывал документы на зелёное сукно письменного стола. Мерным голосом пояснял: тут списки поставок продуктов, вот это непродуктовое, тут корма для птиц и единорогов, кухня для слуг идёт отдельно, а это для оранжереи. Что-то ещё? И исчезал опять, заверяя, что стоит вызвать его по Водной Чаше — и он достанет, что надо.

Я кивал, прихлёбывал чай и чёркал в списках карандашом с видом профессиональной задумчивости.

Под видом истинного сыщика из детективных книжонок — мне только нужно было оставаться собой. Отвратительным законником.

Списки, судя по всему, составили ещё до того, как послали за нами — эта Виверрент не зря придворная дама. Даже отсортировали посетителей: первый круг знати, второй круг, просители, добрые знакомые.

На третьей кружке чая я задался невольным вопросом — а не укокошат ли нас вне зависимости от исхода операции, за многие знания.

Впрочем, имена посетителей не говорили мне почти ничего. Их снабдили заботливыми пояснениями (жена зернового магната, высшая аристократия Ирмелея, известный меценат из Акантора). Не хватало самую малость: что эти люди значили для Касильды Виверрент и в каких отношениях с ней состояли. Ладно, в крайнем случае можно запросить подробное досье на каждого — опять же, потянуть время.

Большая часть остальных списковмне попросту была ни к чему. Но надо же было создать впечатление напряжённой умственной деятельности, благо, за годы в Корпусе Закона я этому в совершенстве научился.

Так что шестая кружка чаю подходила к концу, по комнате витали клубы дыма от водной трубки, вокруг меня были разложены исчерканные листы с такими любопытными пунктами, как «Мясо индюшиное, 20 фунтов (для кошек)». Для идеального образа книжного детектива не хватало разве что красотки-секретарши, которая тайно хранит мой мужественный образ в своём сердечке. Не отказался бы от её общества. Или, к примеру, от общества одной травницы.

Судьба предполагала, что-то своё, потому после прогулки в уборную я обнаружил в кабинете не длинноногую прелестницу нойя, а Рихарда Нэйша в задумчивости, какая у хищников наступает перед обедом.

— Привет, Лайл.

Желание вернуться в уборную и замуроваться в ней на пару лет я поборол хлопком двери.

— Виделись уже. Я-то уж думал, тебя где-то доедают орды здешних веретенщиков, — промолчим о том, что меня бы это порадовало. — Как твои попытки обаять служанок?

— Малоэффективны.

— Ух ты ж, неужто им удалось устоять перед целым тобой.

Чтобы пробраться на место за столом, мне пришлось перешагнуть через ноги устранителя. Вытянутые именно так, чтобы преградить мне проход.

— Их нелегко разговорить, они почти все под обетами служения, и едва ли они вообще что-то знают. Во всяком случае, среди посетителей замка за последнее время не было тех, кого можно записать в сердечные интересы Касильды Виверрент. Как не было и её недоброжелателей. Впрочем, это же ни о чём не говорит, да? Нельзя исключать подкуп, заговор или тайный умысел при котором, скажем, человек ждёт только подходящего момента, чтобы ударить в спину…

Я покрепче затянулся водной трубкой. Хотелось укутаться в дымы. Хорошо бы ещё — и не вспоминать о милой сценке в замке Шеу. О том, как я посоветовал кое-кому не поворачиваться ко мне спиной.

— Стало быть, у тебя ни шнырка, и ты заявился сюда мне мозги лечить. Ничем не могу порадовать. Разве что сгрузить на тебя пару пудов клятых бумаг — их здесь на любой вкус, как у Лортена — бутылок в резиденции. Ну как, рискнёшь и разделишь со мной тяготы?

Под прищуром Нэйша бумагам стоило бы наложить на себя руки. В тёплой компании кружки и трубки.

— Ты, кажется, не торопишься.

— Спешка хороша, чтобы грохнуть пару-тройку зверушек. У меня куча сведений, вариантов — как здесь мог появиться этот веретенщик — почти столько же. Может, это прозвучит для тебя удивительно, но мне придётся поразмыслить какое-то время.

Пока не пойму, какую версию можно скормить Арделл. Так, чтобы устроило всех.

— Ни одной версии, ни одной зацепки, — Нэйш покачал головой сокрушённо. — Как-то удивительно для тебя, Лайл. Ты же всегда стремился быть таким полезным.

В ушах, нарастая, зазвенел панический крысиный визг. Качнулись и проросли знакомыми потёками сырости стены.

— Поправь меня, но мы как будто одинаковы в своих достижениях? Или это новая тактика? «Хэй, у меня ни черта не вышло, потому я решил поторопить тебя». Хочешь помочь — садись и просматривай клятые списки, если только у тебя нет других… — на этом моменте я осознал, что вот этого-то говорить точно не следует — и всё-таки не успел заткнуть себе рот и договорил: — более плодотворных идей.

— Выходит так, что как раз есть, — ну, кто бы сомневался. — Пара идей о том, как увеличить твою эффективность.

— Если ты в курсе, где тут взять хорошего пива и сырных лепё…

— Знаешь, на самом деле я о тебе довольно высокого мнения.

Я забыл закрыть рот, остановившись на очень уместном «ё». «Ё» длилось и длилось в мозгу, набирало оттенки и обертона.

— Ты считал иначе? Но ведь странно бы было тебя недооценивать — особенно после замка Шеу. Так что я действительно впечатлён. Твоей способностью играть. Хитростью. Живучестью.

— …Боженьки, только не падай на колени, как начнёшь возносить хвалу великому мне…

— …тем, как ты отыскиваешь выходы, даже там, где их нет, — теперь он словно читал с таблички. Под рамочкой, за которой красовался я во весь рост — с моими несомненно замечательными качествами. — Это действительно впечатляет. Как и скрытность. Думаю, даже Олкест уже осознал, что ты отлично скрываешь — и своё прошлое, и мысли… словом, всё, что важно по-настоящему. Мне интересно, что ты ещё можешь скрывать, Лайл. К примеру, твои возможности как законника.

— Ты решил, что я буду работать быстрее, если ты вгонишь меня в краску похвалами?

— Четвёртый ранг после выслуги в десять лет, — размеренно продолжил Нэйш, который мало того что не слышал меня — ещё и адресовался куда-то в пространство. — Ни наград за крупные аресты, ни серьёзных проступков. Средний законник, о котором и сказать-то нечего. Думаю, ты выполнял работу для отвода глаз, в свободные часы — ведь нужно было прикрытие для настоящего промысла, вместе с кузеном. Наверняка ты достиг в этом совершенства: перекладывать бумаги, тянуть время, запутывать дела для отвода глаз. Не проявлять настоящий потенциал.

— Ага, на самом-то деле я мог бы уже давно подвинуть старину Холла Аржетта…

Нэйш не смотрел на заваленный списками стол, но я и так понял, откуда дует ветер.

— Интересно — проявлял ли ты себя хоть раз по-настоящему. В расследованиях. И насколько ты в этом хорош. На что бы ты поставил, Лайл? Я бы — на то, что несколько правдоподобных версий у тебя возникло ещё в первый час. И ты никому о них не сообщил, не сузил круг поисков и не затребовал проверок или обысков — я только что говорил с Далли. В связи с этим возникает вопрос…

Дым истаивал в воздухе. Оставляя нас друг напротив друга, разделённых столом: меня и допросчика Рифов с милой улыбочкой.

— …почему ты настолько не торопишься? Может быть, хочешь всё перепроверить и выбрать наиболее очевидное? Или зачем-то придумываешь ложные версии и следы? Впрочем, зачем бы это тебе было нужно — разве что только ты не желаешь найти что-то определённое…

Обстановка кабинета не давала Нэйшу подняться и гулять — вокруг, и вокруг, и вокруг, постепенно приближаясь к жертве. Но он справлялся и без этого, и остался шаг до привычного «Ты же расскажешь мне всё, что я хочу знать?» — а затем придёт боль.

Я выплеснул остатки чая на ладонь — прошёлся мокрым по лицу, стёр следы липкого страха.

— Гильдия.

Нэйш не выразил что-нибудь вроде «Так я и знал». Только встал — но исключительно чтобы рассмотреть картину на стене.

— Припоминаю, у нас был по этому поводу какой-то договор.

— Черти водные, да они мне это сегодня с утра сообщили. А потом, если ты помнишь, нас закинули в Айлор, под бок к жёнушке Хромого Министра, а потом у меня как-то не было времени шептать тебе на ушко при всех: «Эй, вот задание, которое я должен сорвать!» И кстати, я припоминаю, что у нашего договора было дополнительное соглашение — ты сказал, что поможешь мне, если что. Валяй, подключайся, а то у нас тут маленькая проблема: кто-то заказал Гильдии Касильду Виверрент, а мне нужно сорвать этот заказ!