Елена Кисель – Немёртвый камень (страница 38)

Мелита помрачнела и присела рядом на кровать. Рядом — это потому, что Кристо как раз под кровать заполз, в поисках своей левой кроссовки. Для внешнего мира у него была особая пара «найков», которыми он очень дорожил. Но ходить в рейды во внешнемирье не приходилось уже Холдон знает сколько, результат — исчезновение ценной обуви.

— Над Лори грех смеяться, она не умеет иначе. Макс ведь, наверное, первый, кого она полюбила за века — смертного, не мага и даже не своего спасителя. Кто там знает, что у них случилось, она была не в себе уже сразу после того случая с иглецом. Хотя догадываюсь. Макс, наверное, решил благородно отойти в сторонку и дать Гиацинту шанс себя проявить. Мол, совет вам да любовь. И ничего не придумал лучшего, как заявить об этом Лори — видно, перед тем, как пробудить иглеца.

— Дурак, — донеслось из-под кровати мрачно.

— И не говори. Всегда за ним замечала: стратег, моральностью не страдает, а потом как выкинет что-нибудь — так Магистры под лавки с мигренью валятся…

— С геморроем они валятся — мы ж о Ковальски сейчас.

— Фи, — Мелита назидательно попрыгала на кровати. — Не знаю, что это, но звучит противно и, наверное, оскорбляет мой слух. Как кроссовок?

— Помаленьку…

Под кроватью обнаружилась такая куча вещей, что Кристо озадачился: как это там по определению могло вместиться? Не последнее место занимали носки, все почему-то разных цветов. Из одного тут же поползли пауки, настроенные не отдавать уютную квартирку. Кристо чертыхнулся, отодвинул в сторону волейбольный мяч, хранивший следы серпа (была попытка расслабиться с контрабандной игрой, этак полгодика назад), и потянулся за кроссовкой. Та был замаскирована при помощи двух носков, кепки, нескольких артеперьев и бутылки верескового пива.

— Послушай, а когда он успел так крепко нахвататься наших традиций? — озадачилась тем временем Мелита. — Ковальски, конечно. Помнишь — там, на арене он… «Самозванец — я». И потом, уйти из Целестии в такой момент… это что, так заразно?

— Вроде чесотки, наверно, — отозвался Кристо. Из кроссовки вылез глаз на стебельке и уставился на парня с подозрением. Кристо не отступил, и теперь они играли с обувью в гляделки. Мелита тем временем откинула голову и продолжила рассуждать:

— Ну, говоря честно, он мне никогда не нравился. Я вообще не могу терпеть деловых людей, а уж Ковальски был с ног до головы деловой, даже когда влюбился в Лори. По мне — так пусть бы он жил себе в своем мире, организовал бы этот… как у них? Бизнес. Завел бы семью, собачку, машину и эту смешную штуку, которая автоответчик. Большего он не заслуживает.

Кристо прислушался, а через это немедленно стукнулся головой о собственную кровать.

— Думаешь?

Память нарисовала кровавые пятна в коридоре у Трех Комнат — кровь не успели затереть к их возвращению с поля Альтау тогда. Оказалось, ее вообще невозможно отмыть.

И бледный, трясущийся Скриптор, который после вопроса Кристо: «Ну, что тут у вас было с Ковальски и иглецом?» — махнул рукой и не выдержал, расплакался.

— Не думаю, — тут же ответила Мелита. — Просто мне и Гиацинта жалко — его-то за что? Пришел ведь вроде как на свое место, а теперь — даже непонятно, где он…

— Потому как понял, что пришел на самом деле не на свое место, — заявил Кристо глухо и гнусаво. Пыль лезла в нос. Кроссовка гипнотизировала его неизвестно кому принадлежащим взглядом. Потом, после некоторых раздумий, поползла в его сторону. Кристо по-тигриному напряг мускулы, готовясь отвоевывать свое обувку.

Хлопнула дверь, и кроссовка со свистом прилетела Кристо в лоб. Вернее, почти в лоб, потому что реакция оперативника не подвела: успел заслониться. Черную ползучую тварь с единственным глазом — зародыша лупосверла — Кристо прикончил тут же, не уползая с места.

— Привет, Дара, — тем временем поздоровалась Мелита. Артемагиня, которая непонятно когда успела собраться и прихватить сумку, нетерпеливо кивнула и обратилась к левой пятке Кристо:

— Идешь?

— Так часа же еще не прошло! — возмутился он, вылезая на свет и потрясая кроссовкой. — Куда ты летишь?

— Я — к Кордону, во внешний мир, а вот ты пока ползаешь под кроватью.

— Дара, но не у всех же сумка и костюм три месяца как готовы к рейду, — мелодично заметила Мелита. Дара сбавила обороты и слегка даже смутилась.

— Была у снабженцев, Бестии и директора, — заявила она, усаживаясь рядом с Мелитой.

Будь Кристо еще под кроватью — он проломил бы головой кровать.

— Уже?! Ты ракетного топлива облопалась, что ли?

— Пару чашек крепкого кофе с утра… — лукаво начала Мелита, но Дара посмотрела на нее укоризненно, и она, хихикнув, опустила глазки.

Кристо же заглянул в кроссовку, обнаружил там следы жизнедеятельности личинки и с сомнением посмотрел на ногу. Ноге явно не хотелось в оскверненную обувь.

— И что? Интересное что-то?

— Бестия расщедрилась на крупную сумму денег и универсальную карточку — ну, для этих, как их, банкомётов. Снабженцы почти повалились, когда увидели ее подпись и сумму…

— С ге-мо-рроем повалились? — спросила Мелита, гордясь собой.

— Да нет, удушьем от внезапной жабы, — Дара хмыкнула и что-то перебрала в своей сумке. — Звонничков в этот раз не дали: идем не за артефактом, так что в Перечне отражаться не будем. Разрешения для Кордона… несколько интересных артефактов — все по особым разрешениям Бестии… в первый раз в жизни иду такой снаряженной!

— А… ну, это… да, — без особого энтузиазма сказал Кристо. Он уже плюнул на кроссовку и теперь, повернувшись к Мелите и Даре спиной, прятал под куртку заботливо завернутую в шерстяную ткань Рукоять. — Наверное, хорошо это…

— Это хуже некуда, — вдруг сказала Мелита, а Дара подтвердила мрачным кивком и словами:

— А теперь полюбуйтесь на прощальную инструкцию от Экстера.

На ее ладони лежала подвеска в виде стрекозиных крыльев на цепочке. На крыльях посверкивала мелкая россыпь алмазов, изумрудов и опалов. Кристо заинтересовался только с виду, а Мелита сунулась посмотреть с профессиональной точки зрения, сделала пару пассов на выявление узлов — и открыла рот.

— Ого-го ж, — донеслось из ее рта немного погодя.

— Что такое?

— Дара, я не ошиблась? Портал?

— Не просто портал, а без привязки к конечному пункту, — Дара любовно покачала на ладони артефакт. — Да еще какой — с возможностью перемещения между мирами. Правда, только одного на человека и на один раз. Ну, как вам?

— А это еще хуже, — заявила Мелита, вскочила и повисла у Кристо на шее. — Вот теперь мне хочется тебя связать, а потом сесть на тебя и сидеть, пока Дара не вернется из того мира с Ковальски…

— Да что не так-то?! — поразился Кристо.

— Глупый! — она ласково погладила его по щеке. — Раз они снаряжают вас так, значит, думают, что вы можете там столкнуться с чем-то таким… с чем еще не сталкивались.

— Или же они хотят стопроцентной гарантии, что мы вернемся как можно скорее, — мрачно подытожила Дара и спрятала портал. — А почему они такого могут хотеть?

— Так ведь Лори же…

— Ради одной Лори? Мечтатель — это я еще поверю, но Бестия на прощание мне триста раз повторила не лезть на рожон и, если что, ставить «маяк» — можешь себе представить такое?

Мелита только брови подняла. «Маяком» пользовались, когда звену артефакторов срочно нужна была помощь. Создать «маяк» — обозначало сотворить настолько мощный артефакт, чтобы его заметил Перечень. Идея, мягко говоря, рискованная для окружающих, так что обычно звенья старались выкручиваться сами.

— Значит, Фелла думает, что Лори им почему-то очень нужна, понимаешь? — продолжила Дара. — Нужна живой, мало того — скорее всего, со «зрячей» магией, а не такая, какой была раньше.

— Ого ж, — встрял Кристо. — Ну, вот теперь мне уходить расхотелось, а хочется сидеть и… вообще никуда не двигаться.

— Потому что во внешнем мире нам может настать каюк? — безмятежно осведомилась Дара.

— Потому что какой-то каюк в Целестии намечается! Раз уж Витязю богиня нужна, и он… вроде того думает, что сам не справится.

Это Кристо договорил потише, вспоминая разговор с Экстером. Мелита и Дара смотрели на него пораженно. Наверное, не ждали настолько логичных выкладок.

— Ух, — восхищенно подытожила Мелита. — А ведь и правда, мне что-то с вами захотелось…

Кристо глянул на нее встревоженно, хотел что-то сказать на прощание, вроде того, что они скоро вернутся с Максом и тогда вообще никакого каюка не будет, но выдавилось жалкое:

— Ты того… не высовывайся тут особо, ладно?

— Ну, это у меня получается просто замечательно, ты не находишь? — Мелита приподнялась на цыпочки для глубокого прощального поцелуя. Пока они с Кристо… прощались, Дара с крайне нетерпеливым видом рассматривала вышитые картины по стенам.

— А вот еще я хотела спросить, — как ни в чем не бывало поинтересовалась Мелита, отрываясь от губ Кристо и подталкивая его к выходу из комнаты, — как вы собираетесь его искать? Ну, какой параметр ты задашь поисковику? Любовь к кофе? Форма носа? Сеншидо? Ненависть к кодексам?

— Вот этот.

Они теперь шли по коридору, Кристо за Дарой чуть поспевал и все время пытался припомнить, что важного он мог не впихнуть в свой рюкзак. Потому и не смог рассмотреть, что такое артемагиня демонстрирует Мелите.

— Пуговица от рубашки, — оптимистично озвучила девушка. — Да уж, плох артемаг, который не собирает вещи знакомых… Эй! Это из-за тебя Ковальски вечером перед своим уходом прямо бесился, потому что его рубашки сплошь облысели?