Елена Кисель – Источник пустого мира (страница 39)
— И не поймешь, — успокоила я на правах человека, порожденного голливудской культурой. — Попробуем пойти дальше?
Веслав, которому я адресовала вопрос, хмыкнул и заявил, что, по его мнению, нам больше ничего не грозит.
И не ошибся. Когда еще через три часа мы все же отыскали выход и выбрались наружу, катакомбы позади были полны жуткой памяти о нас. Точнее, о двоих из нас: Эдмусе и Бо. Эдмус уже по его поведению мог считаться королем нежити, так что орки, бэтмены и прочая гадость под конец чуть ли не сползались к нему на поклон. Бо шокировала низших аномалов попыткой охмурить всех подряд. В том числе и суккубов, которые после двух-трех встреч с ней высовываться даже и не думали.
Итак, транспорта у нас не было, а вот навигатор Виолы неожиданно заработал. Правда, пришлось торопливо выдернуть его из цепких пальчиков Бо («ой, что это за фиговинка?») и передать Тео и Йехару. Первый худо-бедно умел им пользоваться, второй примерно помнил, в какую сторону мы должны идти. Опыт.
Теперь мы тащились по местному однообразному лесу, пытаясь избегать дороги и время от времени перебрасываясь фразами, в которых остроумия было примерно столько же, сколько и оптимизма.
— Ой, что-то медленно это все как-то…
— Конечно. У навигатора же нет страниц, вот Тео и путается с непривычки.
— Эдмус, не смешно.
— Я предлагал слетать на разведку. А вы мне: Шестой, Шестой…
— А если ты наткнешься на Шестого — ты же помнишь, что он владеет стихией воздуха — ты споешь?
— Вякну и подожму лапки.
Молчание. Молчание у нас последние полчаса возглавлял Веслав, который оглядывал пейзажи, которые мы проходили (и которые пейзажами могли называться только условно) и ничего не комментировал. Так, бормотал какие-то формулы внешней подпитки и круга охраны — то ли пытался выяснить, как лишить Сиамов источника подпитки (который находится в том мире, откуда они призваны, вот они и лупят стихиями даже здесь). То ли размышлял над этим источником миров.
Йехар споткнулся, столкнулся с деревом и издал радостное восклицание:
— Ага, он что-то показывает!
Но вслед за этим вгляделся пристальнее, покраснел и отдал навигатор Тео. Тео задумчиво потряс механизм над ухом, посмотрел на монитор, заметил, что «подобного рода картинки обычно являются результатом серьезного сбоя»… В общем, я предложила просто идти в прежнем направлении, пока не появится Виола.
— Значит мы совсем-совсем не знаем, куда надо идти? — тоскливо поинтересовалась Бо еще через полчасика.
Она пыталась выщипывать и без того почти не существующие брови на ходу. Йехар потупился и ничего не ответил. Ответ был очевиден: мы не знаем не только этого. Мы не знаем, что делать со своими противниками. Только примерно знаем их количество и не в курсе про намерения. Проторчали в этом мире уже достаточно времени по меркам Арки — и можем только сказать, что мир клонится в сторону серости, а уж как это исправить…
— Я б не жаловался на твоем месте, — откликнулся Эдмус. — Ты ж в своем мире, а вот мне моих сынков, может, и не видать до глубокой старости… ну, хотя на том свете свидимся — ага.
Если уж шут начал высказывать такой пессимизм — что говорить об остальных. Наверное, низшие аномалы все же вытянули из нас часть сил.
Бо сморщила нос, убрала зеркальце и огрызнулась хоть и капризно, но поразительно логично:
— Да-а, гораздо лучше, когда ты в своем мире, а с миром творится непонятно что!
У бедного спирита от изумления подломились крылья. Йехар понял, что пора создавать хотя бы видимость умственной деятельности:
— Пока мы знаем только, что вся или почти вся стихийная магия этого мира куда-то подевалась. Известно, что так бывает во многих мирах, где правят бал механизмы…
По мне, так он мог бы и не повторять. Тем более что все уже в общих чертах знали продолжение лекции:
— …но это не объясняет источник этого мира и все остальное… что мы видели.
— Продолжая тему — мы еще и не догадываемся, как об этом узнать.
— Ничего такая полянка, а?
Эдмус во второй раз оказался на грани падения, да и все мы тоже: на моей памяти Веслав как-то не отличался любовью к красивым пейзажам. Не было у него склонности полянками любоваться!
И если уж продолжать эту мысль — это почти стопроцентно значило еще какую-нибудь неприятность, и спасибо, что в единственном числе.
— Хорр-рошая полянка! — тут же загорланил шут, оглядывая синюшную растительность, которая расступилась в одном месте, образовав неровный эллипс. — В самый раз — алтарь воздвигнуть, или кровавый ритуал провести, а что же собираешься делать на ней ты? Сварганишь супер-пупер эликсир, который разом вернет этот мир на место? Ну… или хотя бы просто жаркое?
— Попытаюсь узнать, что с этим миром.
Ох, не к добру это отсутствие тика и бесстрастность голоса. Так и хочется заорать от дурных предчувствий, ну, или хоть спросить, примерно так:
— И как, интересно? Глобальную сеть здешнюю мы облазили. С повстанцами говорили. Руины города видели, в архивах копались…
— Так то ж в местных, — отозвался Веслав с невероятным пренебрежением к местным архивам, что документальным, что электронным, Джипс, кажется, даже обиделся. — А если попробовать задействовать глобальную сеть информации…
На четырех лицах из пяти отразилось мучительное раздумье. На пятом — понимание напополам с отвращением и ужасом.
— Что за безумная идея! — воскликнул после этого Йехар. — Не говоря о том, что едва ли она даст тебе ответ — ты понимаешь, что грозит это…
— Она? — вмешалась я, вспоминая попутно, какое «она» светлый странник раньше произносил с таким омерзением. — Что… Книга Миров?!
Следующий вердикт мы произнесли хором, будто невидимый дирижер взмахнул в нашу сторону невидимой палочкой:
— Веслав, ты спятил!
— Прошу прощения? — внес диссонанс в наш хорал библиотекарь. — Книга чего?
На него в очередной раз не обратили внимания, а аргументы посыпались со всех сторон. Самое смешное — все точно знали, что уж алхимик-то стопроцентно обдумал не только это, но и все остальное — и при этом продолжали говорить, вернее, наполовину кричать:
— Ты в последний раз ее открывал в семнадцать!
— До своего отречения!
— И тебя чуть откачали!
— И где ты столько крови возьмешь, скажи, пожалуйста!
— Откуда ты знаешь, что она вообще знает ответ?!
Дружина в своей совокупности точно обладала каким-то аномальным талантом выводить алхимика из состояния спокойной отстраненности.
— Спятил?! — заорал он тут же, взмахивая руками. — С вами рехнешься, вконец! Заканчивайте спектакль с заботой о моем здоровье, знаете другой способ — скажите! Ну, там, в небо поплевать, на кофейной гуще погадать, а то еще пойдите у этой вундеркиндки спросите…
— И потратим кучу времени на расшифровку ответа, — в сторону фыркнул Эдмус. Веслав сбавил тон, хотя окончательно успокаиваться пока не собирался:
— Я читал ее прорву раз, но это может быть в тех разделах, до которых я не дошел, так что надо бы попробовать. Это не так опасно, как вы думаете. Я подстрахуюсь кроветвором. Вы сможете прервать чтение. Иначе мы тут завязнем на веки вечные, а кто знает — до какой степени дошел перекос. Может, и исправить уже ничего нельзя. Так что я собираюсь вызывать Книгу, и хорошо было бы, если бы вы… ну, не хотите помочь — хоть не мешайте.
Они с Йехаром встретились глазами — впервые с обряда братания. Бывший Поводырь Дружины медленно выдохнул сквозь стиснутые зубы. Я ждала, что он покачает головой, но вместо этого увидела совершенно неожиданный кивок.
— Ты уверен, что сможешь ее вызвать?
— Что?! — подхватилась я. — А нас никто спрашивать так и не будет? Это же… да это же…
— Никто не будет, — почти весело подтвердил алхимик. — В счет его мнение — не ваше.
Он сбросил плащ на траву, предварительно вынув из карманов несколько пузырьков. Два — кроветвор и заживляющее — сунул мне в руки, остальные передал Йехару. Успокоительное и что-то еще, я не замечала деталей, я смотрела только на очередную деталь представления: она появилась из холщовой сумки — нож с коротким, тонким лезвием, печально знакомый мне по урокам целения.
— Думаю, смогу, — заговорил алхимик, который расстегивал теперь мастерку. — Я Повелитель, хоть стихию еще и не принял. Формулы вызова не забыл. Правда, теперь это будет посложнее, чем раньше, ну так и мне уже давно не семнадцать. Отойдите-ка все к краям поляны. Там и стойте.
Он бросал слова небрежно, но в голосе была заметна внутренняя напряженность. Словно гимнаст, который в тысячу первый раз идет по канату — вроде как и бояться нечего, а хорошо бы подстраховаться.
Подготовке он уделял точно немаленькое внимание: с величайшим старанием оттеснил нас на край поляны, внушил, чтобы ближе не подходили, пока все не закончится, Эдмусу и Бо повторил это трижды, на меня и Тео вовсе чуть взглянул и мимоходом предложил:
— Никого не держу. Если не уверены, что выдержите веселенькое зрелище — можете подождать подальше в лесу.
Ответ нашелся как-то сам собой, стоило мне посмотреть на нож, который он так машинально и держал в опущенной руке:
— Напугал магистра огня спичкой… Мы сколько раз во время обучения такое проходили?
Джипс ничего не ответил, подозреваю, что просто онемел. Но Веслав считал, что молчание — знак согласия, поэтому сделал знак, обозначавший «Ну, как хотите», кивнул на пузырьки у меня в руках — мол, не забывай — и отошел к середине поляны. По пути он успел еще бросить Йехару: