Елена Кипарисова – За секунды перед бурей (страница 48)

— Не волнуйся, — ответила я, провожая до двери.

Я действительно не собиралась убегать. Это не имело никакого смысла. 'Последний день Теоны' — вот как это называется. Ровно через сутки она перестанет существовать, и я была этому отчасти рада.

— Выспись, как следует, — сказал на прощание парень и ушел.

Я еще долго ходила по комнате, то собирала сумку, то готовила одежду к экзамену. Хотелось, чтобы завтра все прошло идеально, как в обычный учебный день. Было жаль, что Марины не будет со мной, но я постоянно перечитывала ее сообщения, в которых она желала мне удачи и надеялась как можно скорее увидеть.

В шкафу, завернутое в полиэтилен висело мое платье для ритуала. Я прошлась рукой по прохладному шелку и представила, как буду завтра в нем смотреться. В просторном бальном зале среди мерцания тысячи свечей, окруженная древними вампирами… Это будет настоящий бал, как в средние века, только закончится кровавой вакханалией, когда прольется кровь одной из избранных девушек.

Я долго ворочалась в кровати, пытаясь уснуть, но постоянно возвращалась к завтрашнему дню. В голове возникали ужасные картины предстоящего ритуала, и я была его жертвой. Во мне зародилось сомнение. Что если Эдриан солгал, и все-таки выберет меня? Никто не сможет оспорить его выбор, даже я. Сердце бешено забилось. Что если вампир обманывает меня, также как я обманываю своего отца?

Осознав, что уснуть мне уже не удастся, я тихо поднялась из постели и вышла в опустевший коридор. Мне удалось незамеченной дойти до двери в комнату Эдриана, но здесь я в нерешительности остановилась. Словно почувствовав мое присутствие, дверь тихонько приоткрылась. Неужели он ждал меня? Взявшись за ручку, я вошла в комнату. Меня встретил сумрак, делавший очертания комнаты еле различимыми. Вампира не было видно. Я прошла в глубь в комнаты, прислушиваясь к каждому шороху. Из соседней комнаты доносились еле различимые аккорды гитары. Я пошла на звук, выставив вперед руки, чтобы не упасть в темноте.

— Не спиться?

Эдриан сидел у открытого окна, подняв ногу на подоконник, и настраивал струны. Лунный свет заполнял оконную раму так, что я могла видеть только силуэт вампира.

— Я хочу знать, — тихо сказала я, остановившись в нескольких шагах от него. — Ты же не врешь мне?

— Нет. А о чем ты?

— Ты же не выберешь меня завтра на ритуале?

Вампир на секунду поднял на меня взгляд, а потом вновь вернулся к гитаре.

— Я должен был понять, что ты пришла сюда не пожелать мне сладких снов.

— Так как? — не успокаивалась я.

— Нет. Не выберу. Я же тебе пообещал. Ты можешь мне верить. А тебе иди спать.

Я чувствовала, что он говорит правду, но также понимала, что Эдриан отдал бы многое, чтобы вернуть свое обещание обратно. Но теперь уже ничего нельзя было изменить.

Кивнул, я развернулась, чтобы уйти, но в эту же секунду по комнате расплылась плавная мелодия, заполнившая собой каждый миллиметр вокруг меня. В ней было столько печали и отчаяния, что я невольно остановилась. Даже узнав все что хотела, я не могла найти в себе силы чтобы оставить его одного. Вместо этого я дошла до стены и уселась в мягкое кресло, забравшись в него с ногами.

— Спой мне, пожалуйста.

На секунду Эдриан замер, удивленный моей просьбой, но затем вернулся к струнам и заиграл неизвестную мне мелодию. Я закрыла глаза и стала вслушиваться в печальную песню, зная, что он поет только для меня одной. И уже завтра ничто не напомнит мне об этой ночи, когда значение имела только музыка.

What does tomorrow want from me?

What does it matter what I see?

If it can't be my design,

Tell me where do we draw the line.

Его голос звучал хрипловато и мужественно. Слова трогали до глубины души. Мы должны были подвести черту в наших отношениях. Завтра каждый сыграет свою роль, и будет уже совсем не важно, что мы чувствуем на самом деле. Все не могут быть счастливы. Всегда есть тот, кому приходиться чем-то жертвовать. Только теряя, мы можем что-то приобрести. Где пройдет наша черта? Уже завтра мы присоединимся к всеобщему маскараду, а пока в этой темноте мы можем снять маски и признаться самим себе, как тяжело стать счастливыми. Следующий рассвет этот мир встретит уже без Теоны. Вот моя черта.

Мы провели рядом с Эдрианом всю ночь. Он пел мне песни, а я закрывала глаза и витала в облаках, мечтая о том, что у нас никогда не случиться. Когда в окно проникли первые лучи рассвета, я молча встала и ушла в свою комнату. Мне оставалось спать чуть больше часа.

— Ты ничего не забыла? — спросил у меня вампир уже в третий раз.

— Я же уже сказал — Нет!

Кинув сумку на заднее сидение, я села в машину, дожидаясь пока Эдриан займет место водителя. Мы уже опаздывали, но, учитывая манеру его езды это не было серьезной проблемой.

— Пристегнись, — бросил парень, поворачивая ключ зажигания и газуя.

Машина резко выехала вперед, игнорируя все дорожные правила. Немного подумав, я последовала его совету. Разбиться по дороге в школу совсем не хотелось.

Когда мы подъехали к зданию, была перемена, и школьники проводили удивленным взглядом нашу машину.

— Сиди здесь и не высовывайся, — приказала ему я, забирая свою сумку. — Если они так на твою машину реагируют, то боюсь представить, что будет, когда они увидят тебя воплоти. Не стоит повторять финальную сцену 'Парфюмера'.

— Звони если что. Но если ты хоть попытаешься улизнуть от меня… Отловлю и заставлю молить о пощаде.

— Ой, как страшно, — усмехнулась я. — Не волнуйся, постараюсь быстро. Не даром же я месяц шпаргалки готовила.

Одноклассники только кивнули мне в знак приветствия. Никто не подошел ближе, чтобы узнать, что случилось и как протекает моя жизнь после отстранения. Другого мне ожидать не приходилось. Я не видела ни Андрея, ни подружек Анны. Возможно, кто-то наверху решил скрасить для меня этот день.

Экзамен проходил в страшных муках и постоянном страхе. Шпаргалки никак не хотели незаметно появляться из рукава, цифры постоянно перемешивались, учитель делал замечания. Я потратила четыре часа, чтобы заполнить лист правильными ответами и избежать помарок и исправлений. Поставив последнюю точку, мне было уже все равно верны решения или нет. Голова гудела от напряжения, желудок сжимался от голода, а на руках вот-вот должны были проявиться мозоли. Но я еще никогда не была собой столь довольна.

Преподаватель усмехнулась, но все же приняла работу, делая вид что, не заметила белые листочки, торчащие из моего кармана.

— Удачи Тео.

— Спасибо, — ответила я, взглянув на нее в последний раз. Все обиды, которые я последние годы хранила в своем сердце, вдруг исчезли. Мне не на что было больше злиться. Этот этап в моей жизни был закончен, и я прошла его полностью, ни разу не повернув назад и не сократив пути. Только этим уже можно было гордиться.

Коридор был заполнен учащимися, которые, сбившись в небольшие группы, весело болтали, обсуждая школьную жизнь. Выглянув в окно, я заметила огромную толпу девчонок, столпившуюся у машины Эдриана. Он все-таки вышел проветриться. Черт. Теперь он стал новостью номер один и был обречен отбиваться от чрезмерного женского внимания. Сейчас ему было не до меня. Пока вампир заводил новые знакомства, я решила в последний раз взглянуть на школьную площадку и заброшенный парк, находящийся за ней, которые долгие годы были моим вторым домом, когда мне удавалось сбежать с уроков.

Только я спустилась по черному ходу и вышла на улицу, как мой телефон зазвонил. Думая, что это Эдриан просит помощи, я ответила, даже не взглянув на определитель.

— Да.

— Тео… они здесь… вампиры… я… не могу

— Андрей?

Его голос был напуган. Он почти кричал в трубку, но помехи заглушали его, проглатывая слова, забирая смысл предложений.

— Тео… парк… рядом… срочно…

— Где ты? Что случилось? Тебя плохо слышно? Какой парк?

— Да… за школой… вампиры…помоги…

Связь оборвалась. Я стояла в тени школьной крыши и дрожала. Неужели отец обманул меня и отправил за Андреем стражу? Вот почему его не было в коридорах. Я должна была ему помочь. Оглянувшись в поисках помощи, я поняла, что начались уроки, и двор был совершенно пуст. Не было времени бежать за Эдрианом, да и не факт, что он собирался мне помочь. Решившись, я кинулась вперед в заброшенный парк, стараясь отыскать Андрея.

Деревья только начали распускать листву, и я могла видеть далеко вперед, но везде встречала только бесконечный лес. Прислушиваясь, я улавливала только тишину, нигде не хрустнула даже ветка, только ветер играл в ветвях.

Уже отчаявшись в своих поисках и готовая позвонить Эдриану, я заметила впереди что-то светлое среди деревьев. Оно, раскачиваясь от ветра, оторванное от земли. Я подходила все ближе и боялась только одного — что это мог быть Андрей, что я опоздала. Очень медленно оно начало приобретать очертания обнаженного человеческого тела, совершенно белого, контрастирующего со смуглой корой дерева. Это была девушка, подвешенная за ноги к ветке дерева. Я не видела на ней ран, но понимала, что она просто не может быть жива. Светлые длинные волосы касались земли и, спутывались с пожухлыми листьями и грязью, которые нарушали их совершенный золотистый оттенок.

Слова застряли в горле. Как и в том подвале, когда я нашла Нарву, мое тело застыло, превратившись в статую. Я могла, только молча наблюдать, как тело раскачивается в только ему понятном ритме и как в замедленной съемке поворачивается ко мне лицом. Передо мной была Милена. Ее идеальные черты лица заострились, глаза были закрыты, словно она спала, но на лебединой шее виднелись два прокола с посиневшими краями. Девушка была мертва.