Елена Кароль – Претендентка номер девять (страница 54)
– Против.
– Совсем против?
Настойчивость эфенди польстила, но не настолько, чтобы я сдалась прямо здесь и сейчас. Ну уж нет! Я не тот десерт, который достается без борьбы!
– Верно. А теперь пропусти меня. Уже очень поздно, и я хочу спать. И поверь, с этим мне тоже помогать не надо, я умею.
– Ты вообще полна достоинств… – очень тихо пробормотал эфенди, но руку убрал и даже отступил. – Но все же…
– Да-да, учту. – Я поторопилась перебить демона и покровительственно похлопала его по плечу. – Если надумаю, сообщу тебе в ту же секунду. Спокойной ночи.
И, с превеликим трудом сохраняя ледяную невозмутимость (хотя хотелось истерично заржать, глядя в обескураженное лицо эфенди), поторопилась в свою каюту.
Господи, сама себя не узнаю! Зачем я его сейчас так бессовестно поддразнила?
И тут же расплылась в широкой улыбке и сама себе ответила: а потому что мне это нравится!
Мурлыкнув, разделась, забралась под одеяло и не удержалась, тихонько замурлыкала вновь:
– А он мне нра-а-авится, нравится, нравится-а-а…
– Тогда зачем упрямишься? – недовольно пробубнили за дверью, и я взвизгнула от неожиданности, а затем чертыхнулась.
Каков подлец!
Выдохнула через плотно сжатые зубы, справляясь с раздражением, рывком села на кровати и, наставив палец на дверь (демон этого, естественно, не видел, но так я чувствовала себя увереннее), сделала эфенди выговор:
– Во-первых, подслушивать – неприлично! Во-вторых, легкий интерес – далеко не синоним желания связать себя обязательствами! И в-третьих…
Дверь распахнулась без видимых усилий, словно и не была закрыта на ключ, демон шагнул в каюту, а продолжение выговора захлебнулось моим возмущенным воплем:
– Ты что творишь?! А ну, выйди!
– Обязательно. – с непередаваемо наглой ухмылкой демон сел на край кровати. – Чуть позже. Только уточню кое-что.
– Побыстрее, пожалуйста! – Стараясь не нервничать (да я сейчас опять его поджарю и просто выкину крохотную кучку пепла за борт!), я неприязненно скривила губы. – Что ты хотел уточнить?
– Я тебе нравлюсь? Только честно. Действительно нравлюсь? – Демон спрашивал невероятно настойчиво, даже хмуро.
Вот только в глазах кроме напряжения было что-то такое… Сложное. Как он сам.
Что?
Говорить правду и тем более озвучивать развернутые планы я не собиралась ни в коем случае, так что ответила совсем не то, что очень хотел услышать Камаледдин.
– Сейчас ты меня нервируешь. До утра вопрос не мог подождать?
– Нет.
– Позволь узнать: почему?
Вместо ответа демон многозначительно ухмыльнулся, взял двумя пальцами мое запястье, лежащее поверх одеяла (второй рукой я прижимала его к груди, так как легла лишь в трусиках), и под мой шокированный выдох прижал мою руку к своему паху.
Горячему, твердому и без слов отвечающему на мой вопрос.
Черт!
Ситуация являлась крайне опасной, и избежать ее логичного продолжения практически не было возможности, но я попыталась.
– Что ж, могу поздравить, у тебя все в порядке с потенцией. А сейчас прояви ко мне хотя бы каплю уважения и уйди к себе.
– В свою очередь мечтаю о проявлении хотя бы капли снисхождения, – продолжил гнуть свою линию демон, и его вторая рука потянулась к моей щеке. – Ты знаешь, что я не только демон, но и оборотень?
– Да. – Ответ получился неожиданно хриплым, а все потому, что Камаледдин решил ласково погладить мою шею.
– У меня невероятно развито обоняние…
Что именно имеет в виду мужчина, я поняла сразу (благо девочка уже не маленькая, опыт кое-какой имеется), вот только это не польстило, а разозлило. Унюхал, значит?
– Мило. – Выдернув руку, отстранилась и язвительно порекомендовала: – Могу предложить фильтры в нос. Это такие штуки, которые можно вставить в ноздри…
– Предпочитаю вставлять не в ноздри и не фильтры, – резко подался вперед демон (фу, пошляк бессовестный!), и от неожиданности я упала на спину.
Эфенди моментально этим воспользовался, умудрившись не только нависнуть сверху, но и заблокировать мое запястье, отведя его вверх, когда я попыталась оттолкнуть мужчину.
– Камаледдин!
– Предпочитаю «Ками», в твоих устах это звучит просто потрясающе, – иронично просветил меня о своих предпочтениях демон и, чуть посерьезнев, продолжил: – А если честно, то я тебя хочу. До умопомрачения. Я вижу, ты меня прекрасно понимаешь, и чувствую, что в целом не против. Но что-то останавливает… Что?
Хороший вопрос!
Но я не собираюсь на него отвечать.
– Если ты сейчас же не уйдешь, то просто обмороком и головной болью уже не отделаешься. – Я постаралась озвучить угрозу максимально проникновенно, но, судя по отсутствию реакции, демона она не проняла. – Камаледдин!
– Да-а-а? – Склонившись ниже, мужчина опалил обжигающим дыханием мою шею, отчего моментально просительно заныл низ живота, а я сама задохнулась от возмущения.
Причем это самое возмущение было не в последнюю очередь адресовано своему бессовестному организму. Да как я только смею желать близости прямо здесь и сейчас!
План звучит совершенно иначе!
– Пере… – Дыхание перехватило, когда губы демона коснулись мочки уха, а затем по ней же прошелся и язык. – Перестань! Что ты де… делаешь?! Хватит!
Желание сопротивляться и применять силу таяло, как сливочное мороженое под полуденным летним солнцем, и точно так же таяла я, когда поцелуи стали более настойчивыми и страстными.
– Ками-и-и…
– Что тут происходит?! Камаледдин! Ульяна!
Если я просто замерла, чувствуя, как неприятно леденеет в желудке, потому что узнала голос Балавара (у нас не заперта дверь?!), то Камаледдин сдавленно ругнулся, рывком поправил одеяло, прикрывая мою грудь, и только после этого обернулся и почти сразу встал, загородив своим телом обзор.
– У нас все прекрасно. – Ответ эфенди прозвучал с напускной ленцой, и, пока я решала, провалиться мне от стыда на месте или сделать вид, что происходящее в порядке вещей (какого черта Балавар вернулся на корабль, да еще и ночью?!), Камаледдин шагнул к двери и, судя по движениям, попытался выставить незваного гостя вон. – В помощи не нуждаемся, справимся сами.
Нервно хрюкнув, в душе согласилась с демоном. Мужчина вел себя достойно, и мне невероятно импонировало его желание как можно скорее избавиться от посторонних.
Однако посторонний проникаться и удаляться не спешил.
– Что ты здесь делаешь? Тебе же запретили к ней прикасаться! – хрипло прорычал незваный защитник, выдохнув в нашу сторону невообразимое сивушное амбре (он еще и пьян?! Ужас!), схватил эфенди за плечо и потянул на себя.
Завязалась короткая потасовка, но не успела я и пикнуть, как мужчины перебрались в коридор и уже там продолжили буянить.
Черт!
Нервный смешок получился откровенно истеричным, желания следовать за драчунами, помогать или разнимать не было, но и сидеть на месте не стоило. Для начала необходимо хотя бы одеться. Да, точно!
Оделась я со скоростью молнии, убрала еще влажные волосы в низкий хвост, чтобы не мешались, и только после этого осторожно выглянула в коридор, в любой момент готовая спрятаться обратно.
Мужчины еще дрались, причем без применения магии, но уже не так яростно, как в самом начале. Удары стали скупее, вывереннее и тяжелее. В обоих чувствовалась суровая решимость, вот только даже мне было видно: Балавар проигрывает. Демон пошатывался, припадал на ногу, а кровь из рассеченной брови залила половину лица. Лица Камаледдина я не видела, но спина эфенди была ровной, а фигура дышала силой и уверенностью.
Удар, еще удар…
Через три минуты бой завершился. Балавар, пропустив чудовищный удар в корпус, сложился пополам, выпучив глаза, рухнул на колени, а затем упал окончательно. Что-то просипел (явно нецензурное), дернулся и замер.
Господи…
– Умер? – Мой испуганный вопрос вывел тоже замершего Камаледдина из задумчивости.
Демон удивленно обернулся, и я моментально увидела, что под его левым глазом наливается синяк. Поморщился, отвернулся, присел, нащупал на шее Балавара пульс и почему-то недовольно озвучил результат: