Елена Кароль – Николь. Морская ведьма (страница 33)
– Хорошо, свободен, - небрежным кивком отпустив мурвура обратно, Эрдан снова сосредоточился на мне. - Предлагаю высадить аллею из пальм справа от тропы, это как раз прикроет детскую площадку, и не будет тенить грядки, а справа что-нибудь из кустов. Видел на востоке азалию, а чуть севернее плюмерию. Относительно небольшие и, если пересадить и удобрить, будут цвести очень пышно. Их можно посадить поближе к дому…
Нарисовав на песке, что и куда для начала двинуть, чтобы понимать, как это будет выглядеть в итоге, Эр не стеснялся уточнять, что об этом сказано в справочнике и как я сама считаю. Будет ли хорошо именно так? Или нужно иначе?
В итоге я безоговорочно согласилась с ним насчет деревьев, причем самые высокие из них стоило посадить ближе к лесу. Получалось, что самые высокие пальмы - кокосовые (до тридцати метров), затем финиковые (до пятнадцати метров) и самые низкие - банановые, всего до пяти метров. Плюмерия тоже то ли куст, то ли уже дерево - около трех метров и это не предел, а азалия в районе полутора-двух. Их я решила пока не трогать, чтобы чуть позже поставить рядом с зоной для отдыха, а аллею слева обозначить пока смородиной и орешником. Хлопок по сравнению с ними вообще не куст, а так, недоразумение, на аллею его ставить точно не стоит.
Горизонтальных грядок у меня сейчас девять и их лучше поставить в два ряда и для четкости добавить десятую. Парник и две вертикальные разместить ближе к дому, особенно грядку с клубникой. Оставшиеся деревья: яблоню, лимон, оливу, кофе и какао поставить в ряд в самом конце, чтобы не тенили, за ними высадить гевею. А ещё найти ананас и воткнуть рядом с парником, пусть поскорее созревает.
Вобщем…
– Надо сначала вырубить несколько метров леса, - подытожила я, тоже рисуя план построек прямо на песке.
– Сама справишься или помочь? - Эр обернулся на шхуну, где явно требовалась его помощь, и я всё поняла без лишних объяснений.
– О, да конечно сама, - отмахнулась небрежно. - Не беспокойся. Сделаю пока подготовительные работы, тем более у меня и других дел хватает.
– Точно? - зачем-то уточнил, недоверчиво щурясь.
– Точно-точно, - рассмеялась и, сама поцеловав его в щеку, поспешила уйти.
Дел у меня и впрямь хватало, а если не уйти сразу, то найду ещё сотню причин, чтобы не уходить вообще!
В итоге я сначала призвала Флата и дала ему задание сделать несколько поддонов для сушки какао-бобов. Затем пресс из камня для них же и дополнительную мельничку. Затем несколько ящиков для сбора урожая с деревьев, которые созреют завтра. Отправила Мурра на поиск куста, из которого можно сделать корзину, а когда он его нашел, дала новое задание: три больших корзины.
Сама начала потихоньку освобождать южный сектор поляны, попутно прикидывая, что стоит посадить на десятую грядку. Пожалуй, лен. Мне катастрофически не хватает свободного волокна, а совсем скоро будет новый урожай зерновых, причем не самый малый.
Где-то часа через два всех этих работ ко мне присоединился Эр и дело пошло быстрее, но затем снова замедлилось, потому что каждый движ стоил ровно сто единичек маны, а двигать надо было абсолютно всё!
Причем Эр не стал доверять глазомеру и сначала обозначил все необходимые границы колышками и только потом мы начали перетаскивать насаждения одно за другим, причем сразу правильно: то есть сначала организовывали под дикие плодовые деревья скороспелые грядки и только потом перетащили их на новое место. Так своими “клумбами” обзавелись какао и кофе (срок каждого следующего созревания десять дней, а кофе уже завтра), а ананас оказался чем-то вроде кустарника - этот плод дозреет за четыре дня, а следующий появится через семь.
При этому к ужину мы перетащили только гевею, плодовые деревья и пять грядок, а после ужина последние четыре горизонтальных, две вертикальных, парник и посадили лен. После такого активного обнуления и подпитки меня начало подташнивать, о чем я сказала сразу, и Эр моментально объявил конец перепланировке и тотальный отдых.
Тем более появилось место, где это можно было сделать!
Очень славная веранда четыре на пять, где оставили уличный стол с лавками и я попросила Мурра вынести диван и кресло-качалку из моего бунгало. На новый диван требовались пружины из металла и ткань, но пока у меня не было ни того, ни другого. Металл стоило накопить на водопровод и канализацию, а ткань на мешки.
При этом до двадцать первого уровня оставалось всего ничего, но я даже думать не хотела о том, чтобы делать что-то ещё. Меня реально тошнило!
В итоге Эр сидел на диване, я полулежала на нем и мы лениво рассуждали о том, что будем делать завтра. Заодно рассказала ему, что могу теперь сажать обычные деревья, призывать кракена и плавать вместе со своим островом, а причал нельзя делать больше десяти метров. При этом нас никто не подслушивал, все до единого мурвуры и даже Ри нашли себе дела за пределами террасы, а детей и вовсе уже отправили спать - шел одиннадцатый час вечера.
– Какая ты… невероятно могущественная ведьма! - с задумчивой восторженностью констатировал Эр, легонько поглаживая меня по животу, причем безо всякого эротичного подтекста. Это был тот самый микроскопический целительный импульс, который был ему доступен, и всё ради того, чтобы меня больше не тошнило. - А новые главы будут или это всё?
– Будут, - не стала скрывать. - После двадцать пятого уровня. Эх… Лучше б резерв так стремительно увеличиваться, как умения!
Полуэльф коротко хохотнул и покачал головой.
– Знаешь, если бы это происходило, то мир бы уже давно захватили не мерзавцы вроде Наугрима, а именно морские ведьмы.
– Неправда! - возмутилась, оскорбленно шлепая его по руке. - Мы хорошие!
– Ты - хорошая, - моментально согласился Эр и с невообразимой нежностью потерся носом о мою щеку. - Об остальных такого же сказать не могу. И пускай я не помню дословно ни одну легенду о морских ведьмах, их не зря считают детьми океана. Океан - жесток, Николь. Ему чужды такие понятия, как жалость и сочувствие. Это знают даже младенцы.
И хотела бы возразить, да не стала. Он был прав.
Вместо этого я прижалась щекой к его груди и домой пошла только ближе к полуночи, когда поймала себя на том, что начинаю засыпать. Нет уж, спать лучше в кровати. А завтра будет новый день, новые свершения и новые нежности. Уж я своё не упущу!
– Спокойной ночи, котик, - я сама потерлась носом о его нос, находя в этом невообразимую прелесть.
– Я не котик, - проворчал Эр, целуя меня в губы, но помогая подняться и провожая до ступенек. - Сладких снов, Николь.
– Котик, - оставила я за собой последнее слово и, заметив, как сердито сверкнули в ночи его зеленые глаза, тихо-тихо добавила, шалея от собственной наглости: - Мой котик.
– Твой, - шепотом согласился мужчина и, рывком поцеловав снова, легонько шлепнул меня по попе. - Спать.
Рассмеявшись, легко взбежала по ступеням наверх, умылась и рухнула в постель, чтобы уснуть сразу и какое-то мгновение спустя снова оказаться в его объятиях, но уже во сне.
Черт побери, как же я счастлива!
***
Николь…
Николь.
Николь!
Морская ведьма. Ведьма. Ведьмочка.
Невозможно сладкая и нежная девочка.
Он окончательно потерял сон и покой, когда понял, что мурвуры бросают на неё не только благодарные взгляды. Все трое. Ещё не сородичи, но и не совсем уж иные расы. Все кошачьи дико влюбчивы. А ещё дико ревнивы.
И сейчас он познавал это на себе.
Он не сомневался в ней, ни секунды. Он сомневался в них. В себе.
Даже в брате!
Но только не в ней.
Сказочная. Нереальная.
Жестко поговорил с каждым (кроме брата), и сразу дал понять, что убьет, если позволят себе лишнего. Убьет, не раздумывая.
Это было, как наваждение. Зависимость. Жажда!
Видеть, касаться… Обладать!
Ему хватило и пары дней, что понять, что это оно. То самое чувство, которое уникально и неповторимо. Зверолюди называют это истиной парой, орки - благословением духов, эльфы - амали.
Его сердце. Его душа.
Его маленькая нежная ведьмочка, чьи глаза подобны океану.
Его истинная любовь.
Его счастье и его проклятье.
Его Николь.
– Мой котик! - Её глаза сверкнули в ночи сочным индиго.
– Твой, - не смог возразить, но сил хватило, чтобы отправить прочь. - Спать.
А вот ему сон не светит. Снова.
***
Новое утро началось с бесконечно счастливой улыбки и предвкушения. Я уже не сомневалась в том, что не просто влюблена, а втрескалась по уши, и если что-то пойдет не так, то обычной депрессией это уже не закончится.
Со мной это уже было… Дважды.
И каждый раз заканчивалось плохо. В первый раз в одиннадцатом классе. К нам перевелся новый мальчик. Славный, спортивный, умный. По нему сохли все девчонки с девятого по одиннадцатый, но он выбрал меня. Это были пять дней бесконечного счастья… А потом ему рассказали, что я ношу перчатки не потому, что стильная, а потому, что скрываю уродство.
Он прекратил со мной общение сразу. Не спросив лично. Бросив по смс. Весь оставшийся год он не замечал меня принципиально. Удивительно, что я вообще закончила школу… Это было слишком жестоко.
Моя вторая любовь настигла меня на третьем курсе. И всё повторилось. Не один в один, но “доброжелатели” постарались, только тогда мы встречались уже месяц и дело зашло гораздо дальше просто поцелуев. Конечно, его удивляли мои перчатки, но удавалось свести все к шутке… Но недолго.