Елена Кароль – Наперекор сюжету (страница 40)
Я хочу его себе!
— Вэй, — я обняла его крепко-крепко, прижимаясь так сильно, что у него не было ни шанса отлепиться и заглянуть мне в лицо. Приблизила губы к его уху и честно призналась: — Я тебя люблю. Только мне надо тебе кое в чем признаться.
— В чем… — сипло выдал в ответ Бэсфорд, но потом резко прокашлялся и своим тоном повторил: — В чем?
— У нас есть дочь.
— В смысле?!
И всё-таки он меня рывком от себя отодрал и уставился откровенно чумными глазами. Внимательно изучил моё пунцовое лицо (я честно старалась не заржать!), ощупал лоб, заглянул в зрачок, зачем-то опустил взгляд на мой живот… И снова уставился в глаза. Хмуро и недоверчиво.
— И кто у нас дочь? — в его тоне отчетливо прозвучали саркастичные нотки.
— Если подозрение, — кашлянула, неловко улыбаясь, — что это Эйприл.
— Твоя подруга? — озадачился.
— Скорее приятельница, — поправила, но кивнула. — Да.
— Занимательно… — кашлянул. — И с чего ты это взяла?
Да. С чего я это взяла?
Не став ничего выдумывать, честно рассказала о том, откуда Эйприл родом, а потом её собственные слова о матери-знахарке и отце из группы зачистки разломов по имени Вэй.
— Вот как… — растерянно протянул ректор, на этот раз не торопясь смотреть на меня, как на сумасшедшую, словно сам что-то резко вспомнил. — Это… неожиданно. Но ты права, надо проверить. Не думал… Нет, стоп.
Он снова уставился на меня.
— Ты мне зубы не заговаривай, Искорка. Замуж за меня пойдешь?
— Пойду, — улыбнулась, расслышав в его ворчливом тоне приказные нотки. И добавила: — Господин ректор. А ты мне работать разрешишь?
— А ты мне сына родишь?
— Я тебе и дочь рожу, — разулыбалась, как дурочка. — У тебя слишком замечательный генофонд, тебе прямо показано размножаться.
Не выдержав, Вэйланд рассмеялся и не знаю, кто из нас первым потянулся за поцелуем, но он таки случился.
И был таким сладким. Нежным. Чувственным…
— Я вам не мешаю? — сердито покашлял зашедший в мою палату Эрданиэль, поджимая губы. — Господин ректор, что за пример вы подаете сотрудникам?
— Имею полное право целовать свою невесту где угодно и когда угодно, — проворчал Бэсфорд, оторвавшись от моих губ, но даже и не думая возвращать меня на кровать.
— Не… весту? — растерялся эльф и почему-то уставился на меня с искренней обидой.
— Господин ректор сделал мне предложение, — произнесла я, чувствуя некоторую вину перед этим ушастеньким, который был ко мне всегда мил, но… Что поделать, если я влюбилась в другого? — И я ответила согласием.
— Поздравляю, — откровенно кисло выдал целитель, даже не пытаясь делать вид, что рад за нас. — Что ж… я… Чего зашел? Можно смывать мазь.
В итоге мазь мне смыли, на руки заключение с подробным описанием травм, с которыми я поступила, выдали… И мы отправились в городской особняк Бэсфорда. Там он первым делом добрался до родовой сокровищницы и надел мне на пальчик помолвочное колечко, которое подтверждало, что я его невеста, затем мы пообедали и я по его просьбе максимально подробно осветила все до единой встречи с Ксандером, которые у меня произошли к этому дню.
Не стала скрывать я и то, что брауни передавали от него подарки, причем по злорадному заявлению Вэйланда это играло против Ксандера (не я его домогалась, а он меня!), ну а когда в особняк пожаловал следователь, которого назначили расследовать это непростое происшествие, то первым делом Бэсфорд информировал его, что поднят вопрос о покушении не на часть секретаря, а на честь его невесты. И это со-о-овсем иной коленкор!
Дядечка мигом поскучнел, и весь следующий час я подробно, не скрывая ни единого нюанса, рассказывала ему историю своего знакомства с лордом Воррбейном, который настойчиво меня преследовал, не реагируя на мои неоднократные отказы, ставил в неловкое положение неоправданно дорогими подарками, которые передавал через третьи руки (и брауни это охотно подтвердят!), а сегодня и вовсе позволил себе возмутительное бесчинство, сначала зажав в углу, а потом ударив так, что остались травмы. Протокол осмотра целителем прилагается.
При этом все мои слова были записаны следователем под протокол, копию которого со своей подписью он по настоятельной просьбе Бэсфорда оставил нам, уже уходя заметив:
— Будет проведено тщательное расследование, лорд Бэсфорд, даже не сомневайтесь. Слухи уже дошли до императора, дело на его личном контроле. Прошу вас завтра в первой половине дня организовать мне встречу с брауни и предоставить украшения, о которых шла речь.
— Всенепременно.
Не собираясь пускать дело на самотек и ждать завтрашнего дня, мой чрезмерно деятельный жених, прихватив в охапку меня и для верности Кэтти, снова отправился в академию. Видите ли, не хотелось ему, чтобы невеста аж самого ректора жила в общежитии, как какая-то нищая студентка, так что пришлось идти навстречу этому тирану и собирать вещи для окончательного переезда в гостевые покои его особняка.
Пока в гостевые покои.
В принципе каких-то особых возражений у меня не было, с какой стороны ни глянь, жить в особняке намного удобнее и комфортнее, чем в общежитии. Единственный неловкий момент случился, когда я отдирала ленты от дна шкафа, но Бэсфорд в этот момент отошел пообщаться с Эйприл, а Кэтти уверенно сделала вид, что аккуратно складывает мои вещи в саквояж.
Не забыла я забрать и мешочек с золотыми из тайника под плинтусом, а так же отложить в сторонку белье и чулки, которые мне подарил Астон, тишком предложив их горничной, на что Кэтти, конечно, дико смутилась, но взяла.
В итоге через сорок минут мы уже ехали обратно в особняк, причем я немного нервничала, кажется, только сейчас осознав, что мой статус резко изменился, и совсем скоро изменится ещё, а вот Вэйланд был тих и задумчив.
И лишь дома, попросив пройти вместе с ним в кабинет, признался:
— Эрданиэль сделал тест на отцовство по крови. Ты права, Эйприл моя дочь. Я… Честно говоря, в растерянности. Даже и не предполагал, что такое может произойти. Ну, в смысле…
Он замялся, поморщился и посмотрел на меня с тревогой.
— Ты ведь не злишься?
— Я? — изумилась. — Глупости какая. Нет, конечно. Эйприл — замечательная девочка, совсем не избалованная и очень умненькая. С чертовщинкой, но мама-ведьма всё объясняет. Не накручивай себя. — Я подошла ближе и обняла его уже с полным правом, нагло прижимаясь к мужской груди всем телом и бессовестно млея от того, что, наконец, могу это себе позволить. — Она уже не ребенок, воспитывать её не надо, как и удочерять. Будем дружить, звать в гости. Будешь лично учить её быть драконом и гордиться. А я буду гордиться вами обоими.
— Ох, Майви… — Он вздохнул подозрительно рвано, прерывисто и крепко обнял меня в ответ. — Где же ты раньше была, такая… идеальная?
— О, нет, — рассмеялась. — Даже не надейся. Идеальные личности — дико скучные. Мы просто совпали с тобой разъемами. Ты моё пушистое облачко…
— Твоё, — выдохнул соглашаясь. — Только твоё.
К сожалению, этот поразительный вечер… закончился до омерзения прилично. Мы поужинали и ещё немного посидели в кабинете, подняв ряд непростых вопросов о предстоящем бракосочетании и необходимости составления брачного контракта, на котором настаивала прежде всего я, не желая, чтобы к нашему семейному счастью присосалась родня со стороны невесты.
То есть маман и брательник.
При этом с датой свадьбы мы определились быстро: конец весны, потому что раньше было просто неприлично (а еще некогда), с основными пунктами брачного контракта тоже разобрались быстро, и лишь итоговое заявление Вэйланда заставило меня изумленно хохотнуть.
— Прости, совсем забыл сказать. Твоего брата привлекли к ответственности за очередной дебош и по моему настоятельному совету он подписал пятилетний контракт на службу в пограничном гарнизоне. Так что в ближайшее время ты его не увидишь. Мать, узнав это, продала дом и последовала за ним.
— Серьезно? — Я с минуту обескураженно хлопала ресницами, а потом честно заявила: — Вэй, это самый идеальный подарок на свадьбу, который ты только мог сделать. Спасибо. А хочеш-шь…
Я подкралась к нему, нагло присела на колени, поёрзала для удобства, с выражением заглянула ему в глаза, облизнула губы…
И через десять минут мерила раздраженными шагами гостиную своих апартаментов, матерясь сквозь зубы. А всё почему? Да-да, всё потому, что мой с какой-то стати благочестивый ректор заявил:
— Только после свадьбы!
— Сдурел?!
Моя реакция ему почему-то не понравилась, после чего меня просто выставили вон и попросили подумать о своём поведении.
Вот так.
Нет, я как бы понимаю, он весь из себя воспитанный и порядочный… Но не настолько же!
Или я чего-то не понимаю?
Потоптав пол в гостиной еще минут пятнадцать, но так и не поймав озарение, я плюнула и решила, что раз не хочет, то и мне не сильно надо. В самом деле, я же не нимфоманка какая-нибудь. Потерплю. Наверное.
По крайней мере попробую.
А там посмотрим, у кого выдержка крепче!
Приняв это такое непростое, но, наверное, правильное решение, на следующее утро я очень сильно удивилась, когда ко мне в спальню вместо Кэтти вошел Вэйланд, причем с подозрительно напряженным выражением лица. К этой минуте я успела лишь умыться и выходила из ванной в одном халатике, не особо даже подвязанном. И сразу с легким, истинно женским самодовольством отметила, как взгляд моего правильного ректора скользнул вдоль ворота вниз.