Елена Кароль – Молчание? Дорого! (страница 40)

— Шах, сейчас лопну. — Я отодвинула чизкейк в сторону мужа, но тарелка моментально вернулась обратно.

— Не лопнешь. Ешь.

— Не хочу. — Я была уже готова разозлиться, если бы не было так лениво после сытного обеда. — Сам ешь.

— Я свой съел.

Я закатила глаза и недовольно пробурчала:

— И мой съешь.

— Каждый ест свое.

— Шах! Р-р-р!

— Что-то новенькое. — Шахиро заинтересованно прищурился. — Озверела? С жареной курочки?

— Ну тебя! — Я одним махом допила свой чай и со стуком поставила кружку на стол. — Не хочу больше есть. Если и ты не хочешь, тогда пойдем.

— И оставим этот замечательный кусочек в одиночестве? — Муженек, видимо, решил попридуриваться и возмущенно округлил глаза. — Марика, это возмутительно с твоей стороны! Повариха увидит, что ты ничего не съела, решит, что бездарность, уйдет в запой, ее уволят за прогулы, и эта замечательная во всех смыслах женщина в конце концов покончит жизнь самоубийством! Ты подумала об этом?!

— Шах, что за бред?

— А что? — Он задумчиво пожевал губами. — Не очень?

— Вообще ужасно.

— Ладно, давай что-нибудь другое придумаю…

— Не надо. — Я хмыкнула и снова подвинула десерт в направлении шутника. — Лучше съешь.

— Нет, это твое. — Тарелка, неприятно дребезжа по столу, вернулась ко мне. — Да это как отбирать конфетку у ребенка! Рыжик, я физически не смогу этого сделать. Моя тонкая душевная организация просто не вынесет мук совести! Так что давай не вредничай. Пока на столе еда — никто никуда не пойдет.

Я немного раздраженно прищурилась… Это становилось уже делом принципа. Думай, головушка, думай! Как заставить муженька съесть этот шэтов чизкейк?!

Шахиро смотрел на Рыжика, с трудом удерживая смех. Она была забавной. Он не сомневался в решении главы Киберклана, потому что его хорошо знали все, и в первую очередь его характер превосходно знал Хакиру. Он прекрасно отдавал себе отчет в том, что Шах костьми ляжет, но не позволит своей малышке попасть в лапы изуверов учебного центра. Фактически эта проверка на величину дара и умение им воспользоваться была фикцией, но таковы правила.

Хотя результаты Шахиро приятно поразили. Судя по произошедшему в лаборатории, Марика о чем-то догадалась. Поэтому и тестирование оказалось таким. И это именно фурия Виона плевалась и хамила, а не Рыжик рыдала на его плече. Хотя он бы подставил.

Но, видимо, пока еще не время.

А «программирование»? Оно развеселило его так, что он не удержался и хохотал на весь этаж. Это надо же быть настолько голодной, что суметь внушить подопытному не заданную программу, а свои потаенные желания?

Здорово, просто здорово.

И плевать на зло пыхтящего им в затылок Пса — он безумно рад такой жене. Вон даже колечко надела, несмотря на свою обиду. Просто умничка, а не жена. А ее признание главе? Блеск! Вот что бы он слушал снова и снова! Раз по сто в день! Интересно, когда она поймет, что это навсегда и супружеский долг, который ему уже не терпится отдать (ну и взять, конечно), неизбежен?

— Рыжик, хватит упрямиться и прожигать во мне дырки. Ешь и пойдем, у нас еще уйма дел.

— Дорогой… — Марика печально вздохнула, перевела взгляд на злополучный десерт, а затем подняла на него полные невысказанной муки глаза. — Ты хочешь, чтобы я умерла?

Что? Шахиро моментально напрягся, но, как ни старался, не мог уличить во лжи свою неожиданно расстроенную супругу. Неужели и правда перестарался? Да нет вроде… Съела-то всего ничего!

Хотя… Шэт!

— Не хочу. — Муженек напряженно мотнул головой.

Я окончательно вошла в образ незаслуженно обиженной и вообще угнетенной, вздохнула снова и улыбнулась просительно-просительно:

— Тогда съешь сам, а? Ну… Хочешь, я… Я сяду красиво? Тебе будет приятно кушать. — Я приосанилась, поставила локти на стол и подперла подбородок ладошкой, а второй рукой ненавязчиво подвинула тарелочку к Шахиро. Он недовольно нахмурился.

Неужели перестаралась?

Его взгляд внимательно осмотрел видимую часть моего тела, слегка задержался на не слишком выдающейся в этом комбинезоне груди и, судя по иронично блеснувшим глазам, он на что-то решился. Плевать! Лишь бы уже поскорее съел этот шэтов десерт!

— Красиво, говоришь? А мне нравится твое предложение. — Муженек кивнул и подался ко мне, перегнулся через столик и заговорщически шепнул: — Расстегни чуток молнию на груди, а?

Сначала я окаменела. Он что себе вообще позволяет?! Затем посмотрела вниз. Снова на невероятно довольного Шаха. Вниз… На десерт. Шэт!

И снова эта неуместная гордость, которая потребовала идти до конца. Чуток? На чуток я согласна. Это ведь ни к чему меня не обязывает, верно?

Я медленно подняла руку к фиксирующей горловину молнии и еще медленнее потянула за язычок вниз. Буквально сантиметров на пять. Муженек моментально сделал такой скорбный вид, словно я издеваюсь над ним, бедным. Не без этого. Вздохнула, спустила вниз еще сантиметра на три.

Глаза Шаха стали печальными-печальными. Он покосился на чизкейк, затем снова посмотрел на меня, и в его глазах я прочла: «Оно того не стоит». Гад!

В общем, торговались мы минут десять, не меньше. И только когда я расстегнула молнию почти на двадцать сантиметров и в образовавшемся отнюдь не скромном декольте стала прекрасно видна грудь, точнее, ее верхняя часть и ложбинка, Шахиро улыбнулся, как довольный котяра, и удовлетворенно протянул:

— Во-о-от! Можешь же доставить любимому супругу удовольствие, даже не особо напрягаясь, верно? Только последний штрих, хорошо? А затем так и быть, я все-все съем, до последней крошки. Договорились?

Я слегка насторожилась, но кивнула. И даже не успела пикнуть, как этот… Этот гад бессовестный взял тарелку с десертом в ладонь и молниеносно размазал по моему декольте этот злосчастный чизкейк.

— Шах… — Я элементарно потеряла дар речи. — Ты… — Голос сорвался, и я обескураженно прошептала: — Ты что творишь?!

В десерте было слишком много творожного крема и слишком мало теста, так что он размазался по груди, словно масло.

Масло, которое сейчас неумолимо стекало по коже вниз, под комбинезон.

— А вот теперь я буду есть. Договоренность необходимо выполнять, верно?

Если до этого я изумленно рассматривала испорченный глупой выходкой Шахиро комбинезон, то после его слов недоверчиво вскинулась. Наши взгляды встретились, и я поняла — муж не шутил.

Снова оторопело посмотрела вниз, затем по сторонам… И стало почему-то ужасно обидно. При всех-то зачем позориться? Ну ладно, я понимаю, гормоны играют, и мужское эго, но в общественном-то месте зачем?

Снова подняла взгляд на Шаха и, осуждающе качнув головой, попыталась пристыдить стукнутого на всю голову кибера:

— Не смешно.

— Согласен. — Он ухмыльнулся. — Но очень эротично. Давай поближе двигайся, доем уже этот шэтов десерт.

— Здесь? — Я недовольно приподняла бровь.

Устраивать скандал не хотелось, но как бескровно разрешить эту неприятную лично для меня ситуацию, я пока не представляла. На нас уже и так удивленно косились те, кто сидел неподалеку. Может, мы и пришли намного позже обеденного времени, но в кафе было еще довольно много посетителей — примерно треть столиков была занята.

— Мм?.. — Шахиро осмотрелся, словно до этой секунды не понимал, что мы не наедине. С досадой кивнул: — Да, здесь не стоит. Хотя можно было бы… Эх, мечты-мечты… — Он игриво покосился на меня, оценил зло поджатые губы и нахмуренные брови, а затем вздохнул снова и попытался оправдаться: — Я просто хотел, чтобы ты улыбнулась. Забавно же.

— Очень, — тихо процедив, я натянуто улыбнулась. — Ты добился своего, десерт уничтожен, и я улыбаюсь. А теперь дай мне салфетку, чтобы я вытерла это безобразие, и пойдем отсюда, пока я не разозлилась всерьез.

Шахиро печально вздохнул и встал, отправившись за салфетками, потому что на нашем столике их не было. Вернулся с большой пачкой, но мне не отдал. Вместо этого взял свой стул и вместе с ним подошел ко мне. Сел впритык и недвусмысленно потянулся с салфеткой к моему испачканному декольте.

— Я сама. — Старалась шипеть тихо, потому что и так соседи уже посмеивались, хотя больше всего хотелось хорошенько проораться и стукнуть паршивца куда-нибудь в максимально болезненное место.

— Нет. — Его ответ был тихим, но категоричным. — Я натворил, я и исправлю. И вообще не спорь с мужем, у нас это не принято.

Его насмешливый взгляд сказал намного больше слов, очередной раз напоминая, что о реальном положении дел знаем только мы. Для остальных мы молодожены. Любящая супружеская пара, которая связала себя узами брака именно потому, что между ними вспыхнула бешеная страсть. Что и пытается демонстрировать кое-кто твердолобый при каждом удобном и неудобном случае.

— Что у вас еще не принято? — Мой оскал вряд ли был похож на улыбку любящей супруги.

Стараясь абстрагироваться от легких прикосновений Шахиро, который все-таки приступил к ликвидации последствий своей безобразной выходки, я смотрела на его сосредоточенное лицо.

— Злиться на мужа, даже если он не оправдывает твоих ожиданий. — И снова ответ Шаха был очень тихим, предназначенным только для меня. — Согласен, перестарался. Просто лицо у тебя было…

— Просящее экстрима? — язвительно прошипела я, начиная потихоньку успокаиваться.

— Почти. — Иронично взглянув, он снова сосредоточился на деле. — Зато встряхнулась и перестала строить грандиозные планы, как засунуть в меня свой десерт. Рыжик, поверь, если бы я поддался — окружающие меня бы не поняли. Не та репутация.