Елена Кароль – Ленточки для стихии (страница 40)

– А ты как думаешь?

– На этом закончим или продолжим?

– Закончим. – недовольно дернув плечом, так как я не торопилась его освобождать, мужчина снова попытался напрячь мускулы, но паутина словно живая (а она и была живая), лишь ужесточила захват. – Прорыв и становление произошли, продолжать нет смысла. Арина!

– А?

– Сними с меня это!

– Да, пожалуйста… – не удержав раздражения на его грубый окрик, положила ладонь на биомассу и просто впитала её обратно. А встав, недовольно поинтересовалась, глядя, как он поднимается: – Я могу идти?

– Полегче тон, девочка.

– Прошу прощения. – чувствуя, что меня действительно заносит по тону, всё не могла взять себя в руки. Всплеск адреналина не желал так просто уходить и требовал реализации.

– Так… – окончательно встав с пола и попутно отряхнувшись, Антало дошел до своего кресла и, лишь устроившись в нём, соизволил уделить мне толику внимания, повторив: – Так…

Как?

– Итак, Арина Иберриан, слушай моё решение. Ты достойная дочь своего отца, но кроме того, ты ещё более достойная дочь своей матери. Теперь, после полного раскрытия, это стало ясно окончательно. – хищно прищурившись и замолчав, позволяя мне осознать смысл его слов и нахмуриться в ответ, мужчина неторопливо продолжил: – А я, как ни странно, не враг своему роду. Как только общественности станет известна твоя полная родословная, а она обязательно станет известна, уж поверь моему опыту, то вопрос о твоей ликвидации даже не встанет.

О, как?

Напряженно замерев, ждала продолжения. Меня прямо сейчас убьют, чтобы не опозорить род или как? Если так, то я буду сопротивляться. Очень.

Молчание затягивалось, и в итоге я не выдержала.

– Ваше предложение?

– Вадис.

– Вадис?

– Вадис.

– А я? – прищурившись, когда он едва уловимо растянул губы в таинственной усмешке, недоверчиво уточнила: – Я свободна?

– К сожалению, не так быстро. Итак, внученька, присаживайся. Завтра мы сделаем вот так…

Слишком сильна. Слишком непредсказуема. Слишком шин-су. Но на его счастье ещё молода и легкоуправляема. Столкновение лоб в лоб? Не факт, что он справится. Нет, он поступит умнее. Главное пообещать помощь…

И избавиться.

Отродью шин-су не место в его доме.

Следующие пятнадцать минут я внимательно слушала, как же мы всё-таки сделаем. Если честно, то план мне не нравился. Чуялся в нем подвох… большой подвох. Просто огромный.

Но кто я такая, чтобы указывать на него главе рода?

В принципе, я его понимала, ведь этот план предусматривал именно тот самый поворот, который не опозорит честь рода, но вот то, что я могу реально не выжить в процессе исполнения этого плана…

Это смущало. Очень.

– Что ж, время уже позднее… – отметив, как действительно потемнело за окном, а в комнате сам собой зажегся искусственный свет, скупо улыбнулась и уже напоследок поинтересовалась: – Вы будете говорить отцу?

– Нет. – качнув головой, добавил: – Не стоит.

– Да, вы правы.

Почему-то стало грустно. Странно, да? Я ведь сама хотела свободы. Да…

Но такой ли ценой я её хотела?

Ведь официально я совсем скоро умру, причем без права на возвращение. Я буду обязана покинуть планету, забыть об отце и всех, с кем была знакома раньше. Стану безродной. Стану…

Шин-су.

– Кровь?

– А?

Недовольно отмахнувшись на напряженный взгляд и вопрос Матвея, сама думала о завтрашнем дне. Необходимо тщательно подготовиться. Очень тщательно.

Я не верю деду и он наверняка это учитывает. Прекрасно понятно, что ему выгоднее убить меня по-настоящему, чем позволить сбежать и выжить и когда-нибудь появиться снова.

Что делать?

Скосив глаза на идущего рядом светло-синего «друга», неуловимо поморщилась, но он это заметил и тут же приподнял бровь, словно предлагая исповедаться.

– Нет, ничего.

– Уверена?

– Да. Это дела рода, я не имею права их разглашать.

– Как скажешь…

Безразлично кивнув, когда подопечная в дверях своей спальни пробормотала «спокойной ночи», сам думал о том, что сегодняшняя ночь, да и весь завтрашний день точно спокойными не будут. Они что-то решили, причем это «что-то» наверняка не понравится ни ему, ни графу Аркадо. Стоит ли его предупредить? Нет. Ведь не о чем.

Пока.

Эх. Опять он сегодня нормально не поспит…

Зайдя в комнату, несколько минут простояла, подпирая спиной дверь. План. Мне необходим собственный план. Дедово предложение перечеркнуло всё, что я распланировала чуть раньше, так что стоило довольно серьезно обдумать новый. Учесть все нюансы, все свои новые возможности и даже то, чего я ещё не знаю.

А что я ещё не знаю?

К сожалению, очень многое.

Краем глаза отметив, что возле комода стоят несколько коробок, которых не было раньше, предположила, что это вещи из дома и заинтересованно вскрыв первую, тут же удовлетворенно кивнула. Да, именно мои вещи. Как жаль, что в свете новых данных они мне больше не понадобятся… Ну, да. Зачем мне старые фотоальбомы, если я стану изгоем? Зачем мне плюшевый крокодил, если завтра я официально умру? Зачем мне школьные грамоты, если я больше не Иберова?

Глупо.

И грустно.

Порефлексировав минут двадцать, в итоге смогла взять себя в руки и, скинув платье, переоделась в легинсы и любимую длинную домашнюю футболку, отметив, как она непривычно натянулась на груди. Мда. Однако.

Нет, не скрою, приятно… но не вовремя.

Проворно перебрав вещи, разделила их на три неравные кучки. Ненужное совсем, к уничтожению и нужное, но такое немногочисленное. Хмыкнув, когда нашла паспорт, положила его в кучку «нужное». Если я смогу вернуться на Землю, то он мне пригодится. Хотя я уже и не похожа на себя ту… ладно, разберемся.

Забив институтский рюкзак-сумку «нужным», куда отнесла сменную одежду, немногочисленные мелочи и паспорт, отставила его в сторону, остальное ненужное покидала обратно в коробки и отодвинула их в угол, а вот кучку «к уничтожению» оставила перед собой. Самые личные вещи, документы и то, чем я дорожила.

Раньше.

Хотя нет, вру… я дорожу ими и сейчас, иначе не стала бы задумываться о том, что они могут попасть в чужие руки, когда меня не станет. Папины подарки… всё-таки они мне дороги. Как и он сам.

Папочка… почему всё так, а не иначе? Почему, если раньше я могла доверить тебе свои самые сокровенные мысли, то теперь не хочу, чтобы ты видел даже намек на них? Я тебя до сих пор люблю, но… больше не верю.

Вздохнув, наконец взяла себя в руки и решительно подтянула к камину (у меня в комнате он как ни странно был) коробку. Не без труда зажгла огонь и один за другим покидала туда сначала все бумаги, фотографии, грамоты, открытки, некоторые игрушки и даже несколько вещей, подаренных отцом.

Ну, вот и всё…

Расстроено шмыгнув, поджала губы и, смахнув непроизвольно выступившие слёзы, взяла себя в руки. Не реви, не маленькая. Тебе дают уникальный шанс начать новую жизнь, а ты сидишь и сопли на кулак наматываешь. Дура!

Сходив в ванную и умывшись, несколько секунд рассматривала свое отражение. Даже покрасневший нос и глаза не портили симпатичную мордашку…

Да уж, сама себя не похвалишь – никто не удосужится. Скривив губы, вернулась в комнату и, задумавшись всего на пару секунд, решительно кивнула. Да, завтра времени уже не будет.