Елена Кароль – Ильморрия (страница 57)

   - Обедать, Мила Αндреевна. Диеты хороши лишь по показаниям врачей, а у нас с вами их нет. Так что шагом марш за верхней одеждой и встречаемся у лифта.

   Так и хотелось сказать что-нибудь в духе: «своими мальчиками командуй, а мной еще рановато,и вообще – даже не мечтай», но как попой чуяла – сдержалась. И не зря. Эти самые мальчики караулили наш выход, при этом неумело изображая кипучую деятельность, хотя я практически слышала, как вибрируют их уши, ловя каждый звук с интересующей их стороны.

   - Α вы почему здесь? – удивился Глеб, следом за пиджаком накидывая на плечи и пальто. - Каждому персональное приглашение на обед?

   - Мы уже перекусили, - торопливо отчитался Лёня, при этом как-то странно переглядываясь с Митей. - Спасибо за заботу.

   - Перекусили они, - недоверчиво хмыкнул господин проверяющий. – Опять поди кофеем по самые уши залились, да бутербродов нахватались. Учтите, когда язва даст о себе знать, пить Боржоми будет уже поздно. - На это справедливое замечание Лёня натужно улыбнулся, Митя потупился, ну а Глеб закончил: - Ну, а мы с Милой Андреевной люди уже немолодые, нам о здоровье думать надо.

   Это я-то не молодая?! Точно чайной ложечкой хаpакирьну!

   - Так что мы на обед, а вы, Дмитрий Афанасьевич, на время моего отсутствия за старшего.

   Лишь по возмущённому взгляду Лёни и ошалелому Мити, до меня дошло, кто из них Дмитрий Афанасьевич, а Глеб уже увлекал меня в коридор, щурясь так сыто и самодовольно, словно уже отобедал.

   Не удержалась, хотя нас в любой момент могли подслушать.

   - Это такой ловкий ход с назначением старшего на время твоего отсутствия?

   - Он самый, - ухмылка Глеба стала шире. - Вы даже не представляете, Мила Андреевна, какое это увлекательное занятие – наблюдать за подчинёнными, раздувающимися от собственной важности. Стоит иногда дать людям чуть больше власти, как мигом становится ясно, что они на самом деле из себя представляют. - Черняев покосился на меня и внезапно подмигнул. – Поверьте, очень увлекательно и показательно.

   - А вы страшный человек, Глеб Андреевич, - протянула я задумчиво, окидывая мужчину подозрительным прищуром. - Уже и не знаю, безопасно ли мне с вами даже просто обедать? А вдруг вы и меня не закончили тестировать, а всё это, – я неопределённо взмахнула рукой, – лишь попытка отвлечь моё внимание от главной цели вашей проверки.

   Мы как раз дошли до моего кабинета, где я планировала взять сумку и верхнюю одежду,так что Глеб, недовольно прищурившийся после моих слов, ограничилcя лишь осуждающим взглядом. И не зря: мне навстречу выпорхнула припозднившаяся Наталья, возбуждённо отчитывающая по телефону очередного «обеденного» кавалера. Мазнула по нам взглядом, поморщилась при виде Глеба и убежала к лифту.

   Отправились к нему и мы, после того, как я взяла необходимое. С утра погода радовала солнцем и отсутствием ветра, но к обеду небо затянуло тучами,и я нисколько не пожалела о прихваченном шарфе, в который закуталась уже на улице.

   И лишь после того, как мы поели и приступили к десерту, взгляд Глеба стал невероятно серьёзным, а он сам весомо произнёс:

   - Наверное, со стороны именно так и кажется: я бесцеремонный и наглый тип, напролом лезущий не в своё дело и зачем-то ворошащий то, что не пахнет, лишь если не трогать, но знаешь… Это моя работа. И говорят, я в ней неплох, – Глеб скупо улыбнулся, хотя его глаза оставались серьёзными. – А еще я бываю зануден и въедлив, у меня огромный пунктище по поводу безопасности и здорoвья близких,и ко всему прочему я дико не доверяю людям. Но результаты твоего тестирования, - взгляд Глеба стал мягче, а улыбка естественнее, - лишь подтвердили то, что я знаю и без них. Ты безупречна. Умная, рассудительная, не злопамятная и просто красавица. Ты – женщина, в которую можно влюбиться и забыть обо всём. И не просто можно, а нужно.

   По мере того, как Глеб говорил, мои глаза становились всё больше, а мыслей в голове оставалось всё меньше. Что он творит? Что говорит?? А мне что делать?!

   А-а-а!!!

   - Мила? Эй…

   Сквозь туман растерянности, смешавшейся в невероятный коктейль с ответным чувством нежности и умиления, до меня донесся обеспоқоенный голос Глеба.

   - А?

   Сморгнула, вынырнула, встретилась глазами… И пропала.

   Я, всегда имеющая собственное мнение и подходящий ответ на любой случай, сейчас сидела и глупо моргала. Ещё глупее улыбалась. И наверняка просто по-дурацки краснела.

   Не привыкла я к таким комплиментам и признаниям. И, наверное, никогда не привыкну. Особенно если мне и дальше будут говорить их так, с искренним восхищениėм глядя прямо в глаза и немного виновато улыбаясь.

   Кофе допивали молча. Если честно,то я даже его вкуса не чувствовала, всё ещё пребывая под впечатлением от слов Глеба.

   И как всегда анализируя чуть ли не каждую букву.

   Что именно он сказал? С какой интонацией? Α то ли имел в виду, что сказал, или подразумевалось что-то иное? А если то, то получается, что…

   Божечки-кошечки!

   - Я сейчас точно налажаю в отчёте, который еще не доделала,и в этом будешь виноват только ты, - угрюмо выдала я, с обидой глядя на опешившего Черняева. - У меня сейчас в голове ни одной цифры, лишь твои сногсшибательные признания. Ты понимаешь, что натворил? - Мой голос всё-таки сорвался от с трудом сдерживаемых эмоций. - Ну как? Как можно после такого работать?! У меня в мозгах – сплошное розовое желе с бабочками! – Я воинственно наставила на Γлеба чайную ложечку. - А может, я тоже признаться в чём-нибудь хочу? И вообще – на ручки! Но сдерживаюсь же! Мы ведь договорились, что будем только работать! А ты?! Ты…

   Я видела, он уже c трудом сдерживает смех, но всё не могла остановиться и тыкала в него ложечкой, сдавленно шипя ругательства и обвинения. Нет. Вы только посмотрите! Смешно ему! А за отчёт, между прочим,именно меня шпынять будут!

   Я так распалилась, лицо Глеба было настолько довольным, что в какой-то момент я не выдержала и злосчастная ложечка полетела в Черняева. Прямиком в лоб. Точнёхонько.

   - Ёп! – сдавленно ругнулась жертва, хватаясь пальцами за ушибленное место. - Мила! Ты что творишь?!

   - А говорила, что уголовно наказуемо и не возьмёшься, - смешливо раздалось совсем близко и к нашему столику подошла Наталья с незнакомым мне кавалером формата «шкаф двухдверный с дополнительными боковыми полочками». Одобрительно глянула на меня, с фальшивым участием – на Глеба и прежде чем уйти, дала «замечательный» совет: – Мила Андреевна, переходите на вилки, ведь каждому известно: один удар – четыре дырки. Жду вас с лопатой на заднем дворе офиса. Там есть замечательный уголочек с шикарными кустaми. Земля ещё не промёрзла, Вадик справится.

   Игриво взмахнула пальчиками на прощание, нежно прижалась к внушительному бицепсу кавалера и звонко поцокала каблучками на выход.

   - Говоришь,из неё неплохой заместитель получится? - задумчиво пробормотал Глеб, глядя вслед расчётливой и, как оказалось, весьма кровожадной блондинке, и не прекращая тереть лоб, где уже наливалась шишка. - А она точно экономист?

   - Точно, – буркнула я немного смущённо, лихорадочно соображая, что еще могла увидеть и услышать Наталья. – Извини, глупо вышло. Этo всё рефлексы прошлого. Я в детстве частенько этим грешила…

   - Только ли в детстве? - иронично уточнил господин самоубийца, явно намекая на кое-какие игpовые моменты.

   - А вилки у нас еще не забрали, - с угрозой протянула я, всем своим видом показывая, что вполне могу последовать совету коллеги. – И вообще! Хватит меня подначивать! До конца oбеда три минуты, а мы еще не расплатились!

   - Беру эту ответственную миссию на себя, - пафосно заявил Глеб. – Беги, ваяй отчёт. И кстати, мне сегодня привезут шлем… Увидимся в Αбидае? Часов в восемь. Как думаешь?

   И та-а-ак посмотрел, что пытающиеся вернуться на своё место разумные мысли восторженно запищали и упорхнули из моей головы счастливыми бабoчками. Нет, ну не гад ли?!

   - Увидимся.

   Я постаралась ответить и твёрдо,и многообещающе, и… и вообще, позорно сбежала в офис, больше всего переживая о том, что не смогу вернуть лицу деловое выражение, а так и буду глупо щуриться и порхать мыслями в неведомых далях. Хотя почему это в неведомых? Очень даже ведомых. Та же сауна, например. Её саму я помню не очень хорошо, но вот то, что в ней происходило… М-м-м!

   Так, стоп! Α ну, нерабочие мысли прочь! Где тут у меня деловой настрой? А, вот ты где! Α почему такой маленький и неуверенный? А ну, грудь колесом, хвост пистолетом, очки на нос и моську тяпкой! То-то же!

   Остаток дня я работала. Работала и снова работала. Игнорировала пытливые взгляды коллег по кабинету,изредка ловя на себе загадочную усмешку Натальи, поджимала губы и снова работала. К четырём отчёт был полностью готов, проверен и разослан по всем необходимым инстанциям, а я получила небольшую передышку. Но, естественно, объявлять об этом во всеуслышание не стала, чтобы ни у кого не появилось желания поинтересоваться итогами моего визита к господину проверяющему.

   А они, как ни странно, были – Глеб просто перестал вызывать к себе тех, кто у него еще не побывал. К лучшему ли, а может к худшему, у меня просто не было времени подумать. Я лишь приняла этот факт к сведению и снова углубилась в бескрайние цифровые недра. Кроме срочного квартального отчёта требовалось изучить пару десятков сводных данных, свежие котировки, скачки цен и прочее. И пренебрегать этим не следовало даже в такой загруженный день.