Елена Кароль – Графиня (страница 9)

— Дим, я могу доверить тебе ещё один секрет?

— Конечно, Полиночка. Что случилось?

— Я беременна. — Прикусив губу от смущения, я смотрела на то, как постепенно озаряется восторгом лицо призрака, а он сам, изобразив нечто странное, но лихое, завершает пируэт восторженным воплем.

— Да! Да!!! Радость моя, я так за вас рад! Боги, ты даже не представляешь! Так вот, что я чувствую! А я уже всю голову сломал, что с тобой творится!

— Что? — растерялась.

— Да последние пару дней, — он нервно рассмеялся, — ты у меня как будто двоишься. И чувствую я тебя не в пример острее чем раньше. Да и сам… Не знаю. Сложно объяснить. Как будто могущественнее стал! Знаешь, такое бывало… Давненько. Когда род Ржевских состоял из нескольких мужчин. Словно каждый из них делился со мной толикой энергии. Значит… Ты беременна. Полиночка, мои поздравления. Давно?

Оценил уровень моего смущения и сам хлопнул себя по лбу.

— Всё-всё, вопрос снят. Конечно, недавно. А свадьба когда? Надеюсь, до родов?

— Через пять недель, — проворчала, но с улыбкой, а затем подняла палец. — Но это секрет! Слышишь? Моя беременность. Не хочу, чтобы о ней судачили посторонние. Егор знает, я сказала ему вчера, но другим говорить пока не хотела. Ты же знаешь, я сама всю жизнь росла с клеймом незаконнорожденной, не хочу, чтобы мой ребенок через это прошел.

— Понимаю, Полина. Всё понимаю, — предельно серьезно заверил меня Ржевский. — Я могила! Но теперь, получается, тебе ничем таким заниматься нельзя? Самоубийственным, я имею в виду.

— Нельзя, — вздохнула. — Но мы уже договорились с Егором, что я постараюсь беречься по максимуму. Уровень у меня высокий, стихий хватает. После того, как освоила целительство, так и вообще…

Я оборвала себя на середине фразы, когда в спальню вошли сразу двое мужчин: Егор и Савелий, причем последний нес свой чудо-кейс и выглядел взволнованным. Судя по всему, Егор ему ничего конкретного не сказал, просто позвав с собой, и я невольно улыбнулась.

— Полиночка, вы меня пугаете, — сходу заявил Док, подойдя ближе. — Доброе утро, кстати. Что болит?

— Ничего, — улыбнулась ему. — Чувствую себя как никогда прекрасно.

— В чем подвох? — Савелий посмотрел на меня, на Егора, на Ржевского, который ему учтиво кивнул, и снова на меня.

— Я чуть-чуть беременна.

— О-о…

Стоит отдать мужчине должное — он быстро взял себя в руки, после чего улыбнулся, распахнул свои медвежьи объятия, в которые я со смехом шагнула, и на диво бережно приобнял.

— Поздравляю, ваше сиятельство. Искренне и от души. А меня зачем позвали? Если что, я не акушер. Я с этим делом малость того… Не очень.

— Спасибо, но с акушерством я точно сама разберусь, — рассмеялась снова и глянула на Егора.

Слово взял он. При поддержке Ржевского рассказал обо всем, что мы уже успели обсудить. И свои мысли, и доводы своего знакомого, и мои догадки, и даже предположения призрака. И под конец резюмировал:

— Нам нужно, чтобы ты подобрал Полине оптимальный амулет, может даже артефакт. Он не должен экранировать её суть, но должен сразу начать подпитывать, если пойдет резкий отток сил, чтобы раскрытие аномалии не шло ей во вред.

— Ага… Ага… — С умным видом потерев подбородок, Док распахнул свой кейс и заглянул в его волшебное нутро. — Хм, ну вот так сходу могу предложить только вот эту вещицу. А вообще задача любопытная. Что б ещё и не экранировал… Да, это надо покумекать и с одним человечком обсудить. А пока вот. Неказисто, но действенно. Полина, примерьте и скажите, что чувствуете.

Мне протянули грубовато выполненную довольно крупную «восьмерку» из магически насыщенного металла с разноцветным напылением. Причем к цепочке артефакт был прицеплен не за одно ушко, а сразу за два, так что на мою грудь «восьмерка» легла на стоя, а лежа.

— Бесконечность? — задумчиво хмыкнул Стужев. — Да, неплохо. Должно сработать. Полина, что чувствуешь?

Прислушавшись к себе, пожала плечами.

— Принципиально нового ничего. Вижу, что магически насыщенный металл с напылением разных стихий. Чувствую, что внутри полно энергии.

— Так и есть, — подтвердил Савелий. — Отторжения или тяжести нет?

— Нет.

— Отлично. Так где, говорите, разлом зреет? — обратился он уже к Ржевскому. — А уровень и оттенок случайно не видите?

— Нет, — поручик развел руками. — Я и сам разлом не вижу, скорее ощущаю место, где пространство особенно напряженно и даже слегка подрагивает. Как… — он задумался и щелкнул пальцами, — похоже на нечеткое биение пульса. Неровное, прерывистое. Такое… мерзковатое, если честно. Тревожное.

— Очень интересно! Очень! — с нескрываемым энтузиазмом воскликнул Савелий и переглянулся с Егором. — Голубчик, а покажите нам его сейчас, а? Мне и командиру. Может и мы что почуем? Это будет настоящий прорыв в ликвидации аномалий! — Док обернулся ко мне. — Полиночка, вы ведь не против пока обождать нас здесь? Мы быстро обернемся. Буквально за пару часов.

Хмыкнув, с улыбкой покачала головой.

— Да, конечно. Мне есть чем себя занять. — И взглянула Егору в глаза. — Будьте осторожны.

— Всегда, — заверил он меня и, поцеловав в губы, кивнул Доку. — Собирай наших, пусть будут готовы заранее. И ещё, — взгляд на меня, мимолетная улыбка и просьба, но снова к Савелию: — О том, что Полина беременна, никому. Сам понимаешь, нам сейчас лишняя огласка не нужна.

— Само собой, — предельно серьезно заверил нас «Витязь», улыбнулся мне, еще раз поздравил и поспешил на выход.

Ржевский увязался за ним, а Егор начал собираться, первым делом поцеловав меня снова, но на этот раз гораздо крепче и слаще, а затем ушел в ванную.

Я тоже не стала маяться без дела, предпочтя уйти вниз и сразу узнав, что там только меня и ждали — буквально с минуты на минуту должна подойти швея с помощницами, чтобы снять с нас мерки для платьев на свадьбу Дарьи, ну а Уля, добрая душа, сходу поинтересовалась:

— А вы уже думали, где и как будете праздновать свою?

— Неа, — улыбнулась я. — Ни единой мысли! Но если подумать…

Вчера, пока мы искали «тот самый» цвет, в котором будет исполнено торжество Даши и Савелия, мне понравился ещё один вариант. Не самый яркий и «богатый», скорее нежный и летящий, но сейчас я в первую очередь вспомнила о нём и подумала: а почему бы и нет? Тем более швея сейчас подойдет, озадачим её сразу двумя платьями для каждой!

— Мне вот этот вариант понравился.

Быстро найдя в своём телефоне нужные картинки с разноцветными шифоновыми платьями, которых объединял в первую очередь крой, а во вторую — пудровый оттенок цвета (розового, голубого сиреневого, желтого и других), я увидела в глазах присутствующих одобрение и поддержку. Им моя задумка тоже понравилась. Решено!

Осталось всего ничего: понять, где мы будем праздновать, кого именно звать и как будет выглядеть платье невесты, то есть моё. Но с этим можно будет разобраться и позже.

Пока же я дождалась швею, попросила снять с меня мерки сразу после Дарьи, предупредив, что у меня намечены кое-какие срочные дела, проговорила со швеей и её помощницей второй комплект платьев уже на мою свадьбу, убедилась, что мы друг друга поняли и проблем не возникнет, дала Уле полный карт бланш на использование счета рода (но потом чтобы отчиталась), и с удивлением узнала, что приобретение нарядов для подружек невесты оплачивает Док.

Разумно. Это мы с Улей можем спокойно позволить себе купить платье на один раз даже за десять-пятнадцать тысяч (а то и дороже), но та же Ирина или Аля позволить себе такое не могут. Тем более для детей платья и костюмчики тоже решили шить. Не пойдут же они в чем попало? А на праздник приглашены все.

В общем, я тоже жмотиться не стала и сразу объявила, что все до единого наряды на мою свадьбу будут оплачены со счета рода, включая костюмы для Прохора, Валентина и мальчиков. И никак иначе! Кстати, нам нужно заранее иметь в виду даже Жанну и её сына. Если сработаемся, она тоже будет приглашена на обе свадьбы.

Дарья согласилась, Уля записала себе в блокнот этот пункт, а ещё через десять минут подошла и сама Жанна, за которой сходила Алевтина.

Женщина прилетела ночью, её ездил встречать Тимур, но уже с утра она перезнакомилась со всеми домочадцами и даже провела первое занятие с Ярославом. Довольно высокая, стройная, с короткой мальчишеской стрижкой каштановых волос, умными карими глазами и довольно привлекательная, но какая-то… грустно замученная, она понравилась мне сразу.

Своим спокойствием, рассудительностью, основательностью. Она говорила неторопливо и только по делу, улыбалась очень мало, но вела себя доброжелательно и даже предупредительно. В гостиную она пришла с сыном, однако тот сразу убежал играть с Машенькой, охотно поделившись с ней машинкой, но я видела, как Жанна постоянно отслеживает его перемещение взглядом. Тревожным, настороженным.

Какие же мужчины всё-таки мрази… Не все, нет. Но я знаю этот взгляд. И мне знакома подобная грусть и замученность.

Но пусть только попробует её бывший сюда сунуться! Я ему устрою «сладкую» жизнь!

Как бы то ни было, Жанна согласилась снять мерки, немного настороженно, но поблагодарив за приглашение сразу на две свадьбы, а потом к нам заглянул невидимый Ржевский и поманил меня на выход.

— Да? Что? — разволновалась сразу, стоило только выйти в холл подальше от лишних ушей.