Елена Кароль – Графиня (страница 14)
А уж под моим присмотром и вовсе всё пройдет идеально!
Хм, а если… Сначала приживить регенерацию? Всем по очереди нашим ребятам, а? Это ведь будет настоящий прорыв! Даже если не научатся сходу использовать её сами, то мне будет намного проще их лечить, как в случае с Ярославом!
А ведь это идея, черт возьми! Гениальная идея!
И почему она не пришла мне в голову раньше?
Осталось только узнать, сколько у нас этих ядер всего, чтобы не прогадать. Да, это очень важно!
В итоге, когда мне удалось отозвать в сторонку Дока, в моей голове роилось столько интересных мыслей, что я вывалила их на Савелия одним махом. Он даже растерялся поначалу.
— Так, стоп. Полиночка, не так быстро. Про Егора понял, одобряю. Но не яд, ни в коем случае. Опасная штука, очень. А вот регенерация — это мысль. Отличная, скажу я вам, мысль. Свою я уже, можно сказать, почти освоил и даже кое-что опробовал, мне понравилось. По ядрам так сразу не скажу, но я себе запасец изначально оставлял сотни в две, надо глянуть, сколько осталось. На наших точно хватит. Идея великолепная, поддерживаю от и до. Но не с разбегу, постепенно. А вот насчет Вари не совсем понял. Вы уверены?
— Нет. Но надо попробовать. Если она действительно универсальный энергетический вампир, то может питаться в том числе крупицами той стихии, которая враждебна для пострадавших бойцов. Да, я понимаю, это чудовищный стресс для ребенка — увидеть покалеченного человека, но для неё самой это будет великолепная возможность осознать свою значимость. Понять, что она действительно сможет стать врачом и помогать людям. Понимаете? У нас восемь угольков, большая их часть — маги стали, воздуха, тумана, льда. Для них магма губительна. Сама я… Сами понимаете, мне перенапрягаться нельзя.
— Понимаю, — торопливо подтвердил Док. — А целители даже первого уровня одного такого зараженного будут чистить часов пять-шесть, не меньше, этот момент мы уже обсудили. Что ж… Это бесчеловечно, но… Поговорим об этом с девочкой завтра. С самого утра. Хорошо? И с ней, и с её отцом. Он должен понимать, куда мы втягиваем его ребенка. Только так.
Поморщившись, тем не менее кивнула. Да, только так. Было бы Варе хотя бы шестнадцать, можно было бы взять на себя хотя бы часть ответственности. Но девочке всего девять, совсем малышка.
Но если именно она спасет восемь человек, то разве оно того не стоит? Прежде всего для неё самой!
Как бы то ни было, прямо сейчас ребенок спал и нам стоило понять, с кого мы начнем. Хотя бы одного, чтобы разгрузить завтрашний день. Стазис не бесконечен, уже завтра к полудню привезут ещё двенадцать человек и среди них нет совсем легких. Каждому придется уделить минимум час. То есть в общей сложности двенадцать часов. Минимум!
Думаю, придется работать сразу на два операционных стола, время поджимает. Учитывая, что их до нас везли почти сутки. Нда… Как-то не так я себе представляла своё «долго и счастливо»!
Ладно. Отставить панику.
За дело!
Не собираясь делать бездумный шаг в пропасть, да еще и без страховки, я внимательно изучила всех восьмерых и выбрала для пробного захода самого, на мой взгляд, легкого пирожка. Тройка, стихия камень. Не самая худшая по отношению к магме. Тот же ледяной, уверена, перенесет ранение намного хуже и будет восстанавливаться намного дольше. Этот же… Будет жить. У него просто нет иных вариантов.
Когда дедули из Грузии поели и переоделись, а вместе с ними подошли и остальные, я попросила слово и аргументированно отправила спать Семена и Матвея, а так же Ярослава, клятвенно пообещав, что завтра они наоперируются до черных точек в глазах. Сегодня же горели энтузиазмом Вахтанг и Давид, а Сергея Анатольевича я взяла для подстраховки, ведь он знал наши методы и в случае чего мог заменить приезжих, если они вдруг не будут справляться. Ну а Док как обычно отвечал за медикаменты.
Поразительно, но ни Вахтанг, ни Давид не выказали ни грамма удивления, когда я рассказала, что именно буду делать и зачем, чтобы не терять время на объяснения в процессе операции, и мы начали.
Деды были на высоте.
Сидоренко не вмешался ни разу, на всякий случай по просьбе Дока переместившись поближе ко мне, чтобы отслеживать состояние именно моего здоровья. Подозреваю, мужчина уже точно знал о моём «интересном» положении, но молчал, предпочитая отслеживать мой пульс и уровень энергетической усталости, вовремя подсказывая Доку, что мне дать и в какой пропорции.
Первым делом я вскрыла доспех, затем почистила каналы бойца от магмы, снова не рискуя её впитывать, а цепляя ментальными щупами и выбрасывая их в заботливо подставленную кювету. В это время Док вводил пострадавшему витамины и вещества, способствующие регенерации, Вахтанг занимался гортанью, легкими и желудком, Давид контролировал сердечную деятельность — все были при деле.
Когда стало ясно, что внутри мы закончили, я занялась косметологией: запустила наружнюю регенерацию, восстановив бойцу кожный покров буквально с парочкой фактурных шрамов на груди, и не забыла о волосяном, проконсультировавшись по этому вопросу с грузинами.
Удивилась, узнав, что у настоящих горных орлов волосы растут практически везде (разве что не на пятках!), но предпочла ограничиться головой и пахом. Остальное пусть восстанавливает сам. Если действительно надо. Мы тут вообще-то не косметологическая клиника, неа.
Я ещё на заднице мужикам волосы не выращивала! Обойдутся!
В общей сложности на одного бойца ушло два с половиной часа, по итогам которых было решено завтра с самого утра работать в двух операционных. На мне главное: деактивация доспеха и чистка от магмы, а затем кожа и волосы, с остальным мужчины гарантировали, что справятся сами.
Вот и чудно!
Поблагодарив всех присутствующих за отличную работу и в ответ выслушав заслуженные и непривычно витиеватые, красочные комплименты, которые так любили южные мужчины, я ушла наверх, умылась и юркой змейкой скользнула в чужую постель, тут же оказываясь в жадных объятиях почти мужа.
— Закончили?
— Ты почему не спишь? — возмутилась.
— Тебя жду. Не спится.
И так мне в этот момент приятно стало, что просто ужас!
— Спи. — Я с улыбкой поцеловала его в губы и спрятала зевок в его шею. — Сегодня прооперировали только одного, но очень хорошо. Деды настоящие профи, нам с ними безумно повезло. Завтра будем работать сразу в двух операционных, дело пойдет быстрее. Разбудишь меня в семь, хорошо?
— В семь? Уже почти три! — возмутился Егор.
— Хорошо-хорошо, в восемь, — усмехнулась. — Но не позже. Всё, спим.
— Спим, — моментально согласился Стужев и обнял ещё крепче, кутая не только в тепло своих рук, но и в нежность своей души.
И так это было чудесно, что уснула я практически моментально.
Глава 8
На следующее утро меня разбудили без пяти восемь и только потому, что остальные уже горели жаждой деятельности, отправив к нам парламентером Дока. Док был послан Стужевым далеко-далеко, практически на Камчатку, но я уже проснулась, так что поцеловала своего защитника и отправилась умываться. Когда вернулась — завтрак уже ждал меня на столике между креслами, так что оставалось лишь им насладиться, и отправиться творить великие дела.
К сожалению, Док уже успел переговорить с Валентином, и тот категорически запретил использовать способности его дочери на операциях, в целом поступив так, как поступил бы любой любящий отец.
И я его понимала. Жаль, конечно… Но он прав, Варя ещё слишком маленькая. Да и ладно, я сама тоже неплохо справляюсь.
А потом мы разошлись по двум операционным. В первой: Вахтанг и Давид, Семен на подхвате. Во второй: Ярослав и Сергей Анатольевич, а так же Матвей. Мы с Доком, как тот самый Фигаро — то тут, то там.
В итоге первого бойца почистили и восстановили за три часа, второго — за три с половиной, потому что начали позже, когда я вычистила кровь первого и перешла во вторую операционную.
При этом и Док, и Ярослав уже в некоторой мере начали осваивать принудительную регенерацию, так что в конце я лишь направляла, подсказывая, на что именно обратить первоочередное внимание, чтобы кожа регенерировала правильно.
Устала… умеренно. Скорее морально, ведь действовала уже не только сама, сколько контролировала работу других, но в то же время понимала, что это выход. Ещё две-три таких операции, ещё три-четыре поглощенных ядра — и мужчины смогут работать уже без меня.
Жалко ли мне? Ничуть! Если пострадавших и дальше будут везти к нам пачками, то одна я просто сдохну. А мне нельзя! Моя кнопочка уже приросла к стенке матки и закрепилась, всем своим видом давая понять, что она тут надолго. Вот и правильно!
А упахиваются пусть те, кому это нравится.
На второй заход мы пошли после небольшого перерыва, но не спеша расслабляться. И снова управились в среднем за три часа, закончив к половине четвертого.
К этому времени нам уже привезли и пострадавших из Магадана, и бойцов из Владивостока, и даже целитель уже успел обустроиться в комнате и пообедать — отвлекаться на него совершенно не было времени.
Но он не обиделся.
Мужчина оказался обрусевшим японцем, Владимиром Като, ему было чуть за шестьдесят, но выглядел он бодрячком. Невысокий, обманчиво щуплый… Ультра!
Мне он поклонился, сложив руки перед собой ладонями друг к другу, с остальными коллегами вежливо поздоровался за руку, мы обсудили наши перспективы и решили, что будем работать на три операционных. Целителей хватало, как и столов.