Елена Кароль – Элементально (страница 41)

Убрала одежду и обувь в шкаф, а там и для цветов решение пришло. Я сходила к Лексеичу, объяснила ситуацию, не прошло и пяти минут, как он принес мне со склада именно то, что мне было нужно: широкий и высокий керамический вазон размером с ведро.

— Спасибо!

А розы я выставила в коридор. В небольшой закуток напротив лестницы, где стоял диванчик и пара неизвестных мне цветов в горшках. Мелочно, по-детски, но иначе не смогла.

Вернулась к себе, скептично полюбовалась на откровенно осеннюю непогоду за окном и совершенно внезапно вспомнила, что у меня сегодня факультатив. Вот же ешкин кот! Секунд десять еще бездумно пялилась в окно, а затем нервно хохотнула и поторопилась на ужин в столовую. Может, как личность, Шикотар тот еще говнюк, но тренер от бога. Блудливого кошачьего бога.

А я сильная. Я справлюсь.

На ужине задумалась о том, что неплохо бы озаботиться и собственными продуктами, чтобы было из чего хотя бы накрошить бутербродов на случай позднего или, наоборот, раннего перекуса. До Лоунвилля далеко, и каждый день не находишься, все-таки не супермаркет за углом, а ждать до воскресенья, чтобы с самого утра сходить за покупками, долго. Но как-то же справляются с этим остальные! Только как?

Я даже набралась смелости заглянуть на кухню, чтобы поклянчить у поваров каких-нибудь продуктов, но добродушная двухметровая орчанка огорошила меня знанием, что даже неприготовленные продукты из столовой выносить запрещено. И не обычным приказом, а артефактами, контролирующими все без исключения выходы.

— И что делать? — Я спросила больше у себя, чем у женщины, но услышала на удивление просто замечательный ответ.

— А ты на склад сходи, там Ирмович заведует, тебе-то уж точно самого вкусного наберет. — И таким сочувствующим взглядом окинула мою не такую уж и худую фигуру, что мне стало откровенно стыдно за свою просьбу. — Иди, не тушуйся. Многие из ваших ходят, да и не запрещено. Ящиками, естественно, никто выносить не даст, но кое-что по мелочи — почему бы и нет?

От души поблагодарив за ценный совет, я сразу же отправилась на склад, благо путь мне объяснили, да и находился он лишь чуть левее здания столовой. Огромный одноэтажный ангар был скрыт деревьями и кустами, так что сразу и не приметить, если не знать, но мне повезло: я тут же обнаружила центральный вход и уверенно постучала в дверь, которая оказалась заперта.

Через десять минут, тепло пообщавшись с Ирмовичем, который выглядел братом Лексеича (такой же низенький, бородатый и добродушный), я стала обладательницей внушительного бумажного пакета, куда мне наложили всего понемногу. Чай, сахар, сыр, хлеб, ветчина, несколько местных овощей и зелень для салата, баночка сметаны, баночка творога, баночка меда, бутылочка растительного масла, пять яиц в отдельном картонном контейнере и соль в мешочке — все это стало моей добычей в этот не такой уж и плохой понедельник.

До занятия еще оставалось немного времени, так что я разложила продукты по местам, часть убрав в холодильный шкафчик под окно, а часть в обычный. Переоделась, снова став нимфой, накинула курточку и бодрой рысью поторопилась на факультатив.

Еще со слов Орры я знала, что в пасмурные дни тренировки проходили в закрытом зале. Это боевиков и некромантов никто не щадил, гоняя будущих великих воителей по полигонам и в дождь, и в снег, а нас, и без того сирых и убогих задохликов, жалели, перенося занятия в более комфортные условия.

Я угадала: почти все ребята уже собрались в зале, который был оборудован ничуть не хуже открытой площадки, а в чем-то даже и получше: тут имелись даже тренажеры. Простейшие, но тем не менее тренажеры. Можно было покачать пресс, позаниматься с гантелями и штангой, и даже попрыгать со скакалкой.

Этим самым мы и занялись, после того как подошел магистр, и мы пробежали десять разминочных кругов. Сегодня кругов было больше из-за ограниченного пространства зала, но, по моим внутренним ощущениям, расстояние оказалось примерно таким же, что и пять кругов по открытому полигону. После пробежки и физических упражнений мы снова начали изучать приемы, и под конец занятия магистр даже поставил нас в пары, чтобы мы отработали удар. Распределение прошло интересно: новичков Шикотар доверил опытным бойцам, и моим напарником оказался Фелиш. Мне вообще безумно импонировал характер этого славного парнишки, так что спарринг у нас получился неплохой, даже учитывая мои практически нулевые знания.

Воздушник, точь-в-точь как магистр, терпеливо поправлял, подсказывал и не злился, когда у меня не получалось. А вот когда удавалось — радовался не меньше меня.

У меня даже получилось не зацикливаться на самом магистре, и одно только это я считала великим достижением.

— А знаешь, ты странная, — по пути с тренировки заявил парень, но с таким видом, что я сочла его слова за комплимент. — Теперь понятно, почему пошла в секретари к некромантам.

Мы медленно брели в сторону общежитий, с удовольствием подставляя разгоряченные лица дождику, и я с интересом покосилась на Фелиша.

— И почему же, о, великий мудрец? В чем состоит моя странность?

— Ты сильная. — Он произнес это слово так, словно вкладывал в него какой-то двойной смысл. — Прежде всего, духом. — Лукаво улыбнулся, глядя в мое озадаченное лицо, а затем и расхохотался. — Марьяна, ты бы себя сейчас видела! Чему так удивляешься? Я правду говорю. — Легонько толкнул меня плечом и подмигнул. — Или, думаешь, подкатываю?

— Ты? Ко мне? — Тут уже расхохоталась я и, приобняв парня за плечи одной рукой, другой взлохматила его влажные вихры. — Мальчик, да я тебя почти на десять лет старше! Тут уж ты мне точно голову не заморочишь!

— Десять лет не сто, — самоуверенно заявил воздушник, и из его взгляда ушла игривость, сменившись невероятно взрослой серьезностью. И я сразу заметила, что он немного меня выше и уж определенно под рубашкой не только кости да кожа, но и мышцы. — И если честно…

— Нет! — Резко убрала руки и выставила ладонь, запрещая продолжать. — Фелиш, никаких подкатов! — Поймала его посмурневший взгляд и с мольбой добавила: — Пожалуйста!

— На фоне магистра у меня нет ни шанса? — Он старался говорить весело, но в тоне промелькнула досада, смешанная с искренним огорчением, а я застыла в недоумении.

Совсем не сразу до меня дошло, о чем он говорит. Даже уточнила:

— Ты о магистре Шикотаре?

Кивнул.

— Об этом женатом блудливом коте? — спросила с сарказмом, и тут уже Фелиш взглянул на меня удивленными глазами. Сбавила обороты и с сочувствием спросила: — Не знал?

Парень молча мотнул головой, и в его взгляде промелькнуло нечто странное. То ли злость, то ли осуждение, то ли недоверие… То ли все разом. Нелегко, наверное, переживать падение кумира.

— Прости. Не надо было мне этого говорить. — Я отвернулась и пошла, но успела сделать всего несколько шагов, когда парень меня догнал и дотронулся до руки, но промолчал, а вот я не смогла. — Не в нем дело, Фелиш. Совсем не в нем. Ты хороший парень, а вот я… Найди себе такую же хорошую девушку.

— А что ты?

— А я уже встречаюсь с мужчиной, — ответила твердо, но смотрела лишь прямо перед собой. Если Герман увидит этого славного парня рядом и почувствует в нем конкурента, то я даже предсказывать не берусь, во что это может вылиться. Но точно ни во что хорошее. — Он не из академии, так что не гадай. И да, у нас все серьезно. Спасибо, что проводил. Спокойной ночи.

Вечерний контрастный душ, чтобы не простыть, легкий перекус творогом с медом, горячий чай и учебник скрасили остаток вечера. Я знала, что поступаю правильно. Что бы там во мне ни разглядел Фелиш, мы не подходим друг другу, как огонь и вода. У него вся жизнь впереди, годы беспечной учебы и наслаждение жизнью, тайные поклонницы и великие свершения, а у меня… Безумный дракон.

И пока эта проблема не решена, я не имею права устраивать их другим. Тем более таким хорошим людям.

А ночью мне приснился кошмар. Вокруг клубилась тьма, в ней прятались монстры, а я бежала и никак не могла убежать. Всюду тьма, без просвета. Всюду монстры, всюду страх. Проснулась рывком от собственного вскрика с бешено колотящимся сердцем и несколько минут пыталась прийти в себя. Засыпать было страшно, и я в одной сорочке прошла в гостиную, где заварила чай и некоторое время просидела в кресле, обнимая кружку двумя руками. Подумала еще, что надо будет отлить из той волшебной бутылки, что презентовала мистри Еванши, и забрать порцию домой на случай вот таких ночных кошмаров, но вскоре усталость взяла свое, и я вернулась в постель.

Кошмары больше не снились, но все равно даже во сне я ощущала необъяснимый дискомфорт, казалось, монстры выбрались из моего сна наружу, заползли в щели и под кровать, только и дожидаясь момента, когда я дам слабину.

Не дождетесь, твари! Самый страшный монстр этого мира — граф. И уж он-то меня вам ни за что не отдаст.

Весь день он метался как сам не свой. Осознание того, что он действительно поступил подло, давило сильнее, чем гранитная плита. Но желание быть рядом, смотреть, дотрагиваться… Оно выжигало разум сильнее каленого железа!

Он срывался на подчиненных, орал на слуг, чуть не уволил Хавьера, но в конце концов именно маг подсказал ему выход. Быть рядом, пока она не видит. Дотрагиваться, пока не знает. Хоть чуть-чуть, но утолять ту жажду, которую она в нем разбудила.