Елена Кароль – Элементально (страница 17)
— Вы — первая девушка, которая хочет погулять со мной «быстро». — Сдержанно хмыкнул и добавил: — Не считая кузины. Тут вы с ней очень похожи… — Мужчина покосился на меня, в его глазах полыхнули янтарные блики, и он, кажется, решив придерживаться предыдущей тактики, иронично поинтересовался: — И в чем обычно проявляется ваша неадекватность, Марьяна?
— Еще не знаю, сегодня только второй день на успокоительном. — Я тоже решила быть неприятно честной, уже сообразив, как это больно бьет по самолюбию дракона.
А вот знай наших!
— Только не говорите, что именно я тому причина! — сердито вспыхнул он.
— Хорошо, не буду.
И замолчала, любуясь природой.
На самом деле ничего особенного — редкий лесочек с тонкими деревцами наподобие той осинки, с которой я недавно обнималась. Несмотря на подступающую осень, листва все еще сочно-зеленая, а на прогалинах то тут, то там пестрят всеми цветами радуги лесные цветы. Сама дорога очень ровная, без ухабов, так что почти не трясло, хотя я не заметила никакого покрытия. Но извилистая, и поэтому вглядываться в даль и пытаться рассмотреть хотя бы крыши первых домов — бесполезно.
Герман дал мне минут десять на то, чтобы заскучать, и с легкой непосредственностью, которая выдавала огромный опыт общения с противоположным полом, поинтересовался:
— Какие места хотите посетить, Марьяна? Может, я смогу быть полезен вам в плане покупок? Если вам действительно что-то крайне необходимо, возможно, стоит начать с них?
Недоверчиво на него покосилась и поняла, что не отстанет. Неизвестно, каковы его истинные намерения, но сейчас рядом со мной — сама галантность.
— А вы до которого часа хотели уделить мне внимание? — уточнила без особой надежды на приятный ответ.
И не ошиблась.
— Сегодня я в вашем полном распоряжении.
Аж вздрогнула!
Хотела даже отсесть подальше, но я и так сидела на максимальном от него отдалении, так что чуда не случилось. Но, судя по досаде, промелькнувшей по лицу, он все заметил. И я решила воспользоваться действием успокоительного по максимуму, высказав все, что думаю.
— Слушайте, ну к чему все это? Я ведь вам даже не нравлюсь. Вам заняться нечем? Не верю! Давайте вы быстренько скажете, что хотите, и каждый из нас отправится по своим делам. Мне одежду надо купить, заколки, белье — я не смогу все это выбрать, если вы будете рядом. — Печально вздохнула, с надеждой вгляделась в лицо, ставшее привычно замкнутым, и поняла, что все зря. — Совести у вас нет…
— Совесть у меня есть, — раздраженно и даже немного высокомерно отчеканил дракон, снова глядя на меня как на грязь под своими сиятельными ногтями. — А еще долг перед кланом. Но если бы вы мне не нравились, Марьяна, я бы не предлагал прогулку в город, а ограничился бы обычной беседой.
— Лучше бы ограничились, — буркнула себе под нос, поежившись от его тона, совершенно не сочетающегося с признанием в моей мнимой неотразимости. — Вы сами себя слышите? Да у меня даже с успокоительным от вас мурашки по коже. Неудивительно, что Райвер так на вас реагирует.
— Как?
— Негативно.
— Вы называете декана Дьюш по имени? — как-то чересчур, на мой взгляд, зловеще удивился граф.
Кажется, я снова сглупила, и в их среде подобное не принято. Или его задело то, что я влезла в их семейную размолвку? Ой!
— Мне разрешили, — призналась нервно, как будто оправдываясь. — Наедине.
Судя по недоверчивому и вдумчиво-оценивающему взгляду дракона, он то ли не поверил, то ли пытался понять, за какие заслуги мне выпала такая честь. И уж не знаю, что он там себе надумал, но вдруг криво ухмыльнулся и произнес:
— А знаете, это интересно. Сближаться с простолюдинами… Зовите меня Герман, Марьяна. — Дракон склонился к моему уху и слишком уж интимно шепнул: — И даже не наедине.
Вот тут даже успокоительное не помогло. Я нервно сглотнула, опасливо отодвинулась, едва не вывалившись из экипажа, но мужчина оказался опытным во всем и быстро обнял меня за талию, не позволяя свершиться страшному.
Хотя куда страшнее-то?!
— Я польщена и все такое… — Уперлась ладонями ему в грудь и попыталась отодвинуть уже его, но потерпела поражение. — Но ведите себя прилично!
— Я вам не нравлюсь? — искренне удивился дракон, словно только что это понял. И даже чуть-чуть отстранился сам, чтобы лучше видеть выражение моего лица. — Совсем?
Вместо ответа я одарила его мрачным взглядом, сунула подрагивающую руку в сумочку, вынула флакон с успокоительным и под его озадаченным взглядом отхлебнула щедрый глоток. Горло обожгло горечью, будто успокоительное было настояно на спирту, так что захотелось дыхнуть пламенем, но вместо этого я, как опытный алкаш, поднесла к лицу кружевную перчатку и шумно втянула воздух через нос. Ух, забористо!
Зажмурилась, тряхнула головой, выдохнула через рот и только после этого ровно произнесла:
— Меня от вас трясет. И вовсе не от страсти, поверьте.
— Поразительно… — обескураженно и уже с откровенной обидой высказался мой спутник и в ту же секунду убрал руку с моей талии.
И так сразу жить хорошо стало!
— Я так понимаю, во флаконе — успокоительное? — уже ровнее поинтересовался дракон, но как будто с досадой.
— Верно. — Я убрала его обратно в сумочку и только после этого с подозрением покосилась на мужчину. Что он там опять задумал?
— А у вас только на меня такая реакция? — полюбопытствовал он с каким-то нездоровым исследовательским интересом.
Задумалась и кивнула.
— Пока да.
— Поразительно… — повторил он, и любопытства в янтарных глазах стало больше, словно рядом со мной сидел не граф, а ученый, которому в руки попал любопытный образец. — А в чем причина, как думаете?
— Вы серьезно?! — Я взглянула на него недоверчиво, но увидела искреннюю заинтересованность и почему-то разозлилась. — Ну, знаете! Вы себя в зеркале видели? Смотрите на окружающих, как на грязь. Презрительно, высокомерно. — Неприязненно скривила губы и с осуждением качнула головой. — Вы ведь глава клана, должны пример подавать. А вы?
— А я? — раздраженно вздернул бровь мужчина.
— Ну вот, опять. — Покачала головой. — Такое ощущение, что вы или глупый, или очень неуверенный в себе мужчина. — Кажется, у неразбавленного успокоительного был побочный эффект в виде повышенной болтливости, но мне вдруг так остро захотелось донести до спутника истину, что даже его недовольно поджатые губы и зло прищуренные глаза не остановили. — Поймите, невозможно завоевать уважение и приязнь высокомерным поведением. Если сами не можете понять, как себя вести, вспомните о тех, на кого хотели бы быть похожим. Кого уважаете сами. Может, родители или преподаватели. Начальство… — Я смотрела в его глаза и не находила в них отклика. — Что, совсем никого не уважаете? Ну хотя бы великие деятели прошлого! Как все запущено…
— И все равно я вас не понимаю, — упрямо нахмурился граф. — Всего лишь неприязненный взгляд — не повод бояться до потери пульса. Может, дело в моей ауре? Или специализации? Какой вы расы, Марьяна?
Этого вопроса я ожидала и боялась… До того, как выпила успокоительное.
Но ответить не успела, мы как-то совершенно неожиданно въехали в город, и я с интересом заозиралась по сторонам, избегая ответа на неприятный вопрос. Понимала, что рано или поздно придется к нему вернуться, но сейчас точно не хотела.
А городок был очень симпатичным. Как старые улочки Европы: двухэтажные дома из светлого камня, черепичные крыши, довольно широкая, мощенная камнем дорога, тротуары, цветники у крылец и на подоконниках. Все чистенькое, горожане опрятные и улыбчивые, колесного транспорта почти нет, и движение неспешное, как на курортах.
Мы проехали вглубь Лоунвилля аж до центральной площади со статуей незнакомого мне деятеля, стоящей в центре красивого фонтана метров десяти в диаметре. Притихший и очень задумчивый граф помог мне выйти из экипажа и, на пару мгновений прижав к себе, провел ладонью по спине. Дернулась, но отстраниться не смогла — его рука завершила свое движение на моей талии и оказалась крепче любых оков.
— Отпустите! — шикнула на нахала, до которого, кажется, так и не дошло, что он мне неприятен.
— Спокойно, — последовал прохладный ответ. — Я всего лишь кое-что проверяю.
— Количество сантиметров моей талии? — разозлилась уже всерьез и со всей силы стукнула его кулаком по плечу. Правда, безрезультатно. — Да отпустите уже!
— То есть сейчас не страшно? — уточнил этот… гад чешуйчатый.
— Слушайте, ну это уже вообще ни в какие рамки… — вспыхнула я.
И… вспыхнула.
— Мамочки-и-и!
Визжала я громко и с упоением. А кто бы ни визжал, увидев, как тело превращается в живой факел? К счастью, продлилось это недолго, почти сразу я оказалась в фонтане, едва не захлебнувшись в прохладной воде, но, как ни странно, это помогло. Я не чувствовала боли от ожогов, но нервы сдавали даже после успокоительного, и я, вынырнув на поверхность, не спешила грести к бортику, чтобы выбраться на мостовую. Вместо этого, нащупав опору под ногами, поняла, что воды только по грудь, и испуганно прижалась к центральной колонне, в ужасе рассматривая графа, стоящего всего в двух метрах от меня. Он, как и я, был полностью мокрым, видимо, прыгнул в воду сразу же, как забросил в фонтан меня, и сейчас выглядел не очень адекватно. По крайней мере, гневно полыхающие расплавленным янтарем глаза, хищно раздувающиеся ноздри и подпаленный на груди сюртук не придавали мне спокойствия.