Елена Кароль – Аромат страсти (страница 29)

— А вы смелая, — непонятно к чему отметила госпожа Свон, но тут же пояснила: — Не каждая женщина отважится работать в таком месте.

И пытливо прищурилась.

— Люблю разнообразие и не пасую перед трудностями, — усмехнулась я, не собираясь делиться истинными причинами своего нахождения здесь. — Было очень приятно познакомиться, однако прошу простить — тороплюсь. Но мы обязательно увидимся! Будет желание поболтать (а я уже видела, что оно есть, и немалое), заходите в выходные на чай, у меня как раз по плану ягодные пироги.

— Спасибо, обязательно загляну, — пообещала мне госпожа Свон и поторопилась к мужу, который уже примерялся к холодильнику с мясными продуктами. — Ули, положи грудинку! Сегодня на обед у меня иные планы!

К медпункту я подходила с безмятежной улыбкой. Это неожиданное знакомство действительно было приятным. И не только потому, что на станции нашлась еще одна женщина-работник, но и по иным причинам. Во-первых, это повышало мои шансы не заскучать. Во-вторых, появилась возможность завязать более тесное знакомство с отделом снабжения. Было и в-третьих, и даже в четвертых, но это уже мелочи. Главное — повести себя грамотно и дать понять госпоже Свон, что наши интересы в том, что касается мужчин, не пересекаются, а там уже дело техники. Наира, как и мисс Джиллиан чуть ранее, произвела на меня приятное впечатление: умная, заботливая и любящая женщина. У таких все под контролем и по полочкам. Это мне и надо!

До официального обеденного перерыва оставалось не больше часа, так что на кухню я вошла вместе с тележкой и первым делом разобрала лишь тот пакет, который требовался сию минуту. Поставила вариться мясо, почистила и нашинковала овощи, обжарила часть из них, проверила мясо, сняла пенку, затем закинула к мясу овощи, томатную насту вместе со специями и поставила интенсивность панели на минимум, закрывая уже ароматно пахнущий суп крышкой.

А теперь второе!

Борщ по бабулиному рецепту и сам по себе был очень сытным, но я решила не мелочиться и удивить медвежонка по максимуму. К тому же он мужчина, и одной тарелки всего лишь супа ему явно будет мало. А если к этому прибавить и нервы… То картофельная запеканка с фаршем, грибами и сыром подойдет идеально. И по времени тоже — как раз дойдет в духовке, пока шеф соизволит явиться отобедать. А не соизволит — будет есть это на ужин. Профит!

С десертом я предпочла не мудрствовать и предусмотрительно запаслась мороженым. К нему набрала варенья, орешков, цукатов и шоколада. Пока раскладывала последнее по шкафчикам и полкам, подошли обещанные Звонгеном рабочие: принесли большой и малый офисные наборы (один мне, второй дежурному фельдшеру), несколько кресел для посетителей и все то, что я успела собрать с медицинских стеллажей. Вместе с незнакомыми парнями подошел и Сэм, которому я передала обещанные ампулы, предупредив, чтобы ни в коем случае не бросал и сильно не сжимал. И вообще, пусть лучше прямо сейчас идет и передает их начальству.

Шла уже восьмая минута обеденного перерыва, парни споро и умело собирали столы и шкафчики, не забывая косить на меня заинтересованными взглядами, когда на пороге приемной появился шеф.

Хмурый. И не один.

И если насупленный шеф был мне уже привычен, то его спутник…

— Анатоль?!

С Анабэль и ее братом я познакомилась на своей первой школьной линейке. Худенькая и изящная Анабэль сразу поразила меня своей необычной аристократичной красотой. В ее брата, тогда еще пятнадцатилетнего, но уже очень привлекательного парня, я и вовсе влюбилась с первого взгляда, и эта детская влюбленность взрослела вместе со мной вплоть до выпускного.

Наша настолько разная, но такая дружная троица у многих в районе была на слуху. Вот времена были! И что мы только не вытворяли, причем заводилой нередко была красавица-тихоня Анабэль, хотя получала почему-то именно я. Просто никто не верил, что разбить окно школьной столовой баскетбольным мячом, поджечь самодельную взрывчатку в туалете и вывести из строя пожарную сигнализацию так, что она вопила безостановочно, мог белокурый ангел с голубыми глазами. А вот рыжая бестия — запросто!

Но, что примечательно, Анабэль никогда не перекладывала вину на меня, наоборот — защищала до последнего, и глупые взрослые умилялись крохе, ставя мне в пример ее самоотверженность.

И если с Анабэль мы шкодничали в школе, то с Анатолем — уже в городе. Аттракционы по выходным, кафе-мороженое, набережная реки — мы побывали везде и всюду оставили свои следы. «Здесь были мы» — горделиво гласили ажурные граффити трех цветов: зеленого, голубого и серебристого, выведенные детскими ручками. Сколько их всего осталось — даже не сосчитать.

А как только нам обеим исполнилось по четырнадцать, уже окончательно взрослый по нашим меркам Анатоль, приехавший на летние каникулы из какого-то суперпрестижного университета, отвел нас в первый в нашей жизни кабак, где мы напились, как поросята. Он был очень умным и заботливым: зная о предрасположенности сестренки творить непотребное даже на ровном месте, он везде и всюду составлял нам компанию. Кабаки — запросто! Притоны — проще простого! Ночные клубы и подпольные бои — с радостью!

Правда, почти сразу оказывалось, что нам — малявкам там ни капельки не интересно, и мы почти сразу покидали очередное злачное место. Но с какой же гордостью можно было потом хвастаться перед одноклассниками! Да, были! Да, видели! И — о ужас! — даже почти щупали.

Маме-аристократке, всю жизнь лечащейся на минеральных водах, и папе — директору крупнейшего завода, постоянно занятому бизнесом, было не до юных отпрысков, и каждое лето вплоть до выпускного мы отрывались по полной.

А в знаменательный для каждого выпускника вечер я так и не сумела соблазнить уже не мальчика, а красавца-мужчину, о чем почти сразу узнала ба, утешая пьяную меня глубокой ночью и обещая, что это еще не конец, а лишь самое начало. Затем наши пути разошлись, и мы больше никогда не виделись. И если с Анабэль мы еще иногда переписывались, хотя с каждым годом все реже и реже, то об Анатоле я знала только, что он с отличием окончил университет, а затем устроился в какую-то супермегакорпорацию межгалактического масштаба.

И вот теперь…

— Анатоль! — выдохнула я уже уверенно и с радостным воплем кинулась в распахнутые объятия.

Сколько мы не виделись? Да почти десять лет! Но, кажется, миг прошел… Все такой же безумно обаятельный, белокурый и сероглазый. Разве что в плечах стал чуть пошире да обнимает куда крепче, чем раньше.

— Шанни! Вот так встреча! — Как и давным-давно, Анатоль подхватил меня за талию и немного покружил, рассматривая с неподдельным восхищением. — Это и правда ты! А я сначала не поверил, когда Мак-Иш упомянул твою фамилию. Подумал еще: вот так совпадение…

— Это и правда я! — Я все не могла взять себя в руки и смотрела на друга детства так, словно не могла насмотреться. — Каким ты стал красавчиком! Просто обалдеть! Ты вообще как здесь? Откуда?

— Хм…

Не слишком деликатное и чего уж там — довольно громкое и угрожающее покашливание заставило вспомнить, что мы не одни, и с сожалением отстраниться от друга. Затем повернуть голову, оглядеть эпичную картину: рабочие с круглыми глазами и открытыми ртами да шеф в гневе и смущенно отступить на шаг.

Действительно, что это я…

А всё воспоминания детства! Обрушились таким шквалом, что еле опомнилась.

— Доктор О’Нелл, — голос шефа звучал настолько официально, что хоть сиропом обливайся, чтоб зубы не свело, — знакомьтесь: член проверяющей комиссии господин Анатоль Ан-Лин.

— Проверяющий? К нам на станцию? — Я недоверчиво уставилась на Анатоля, и он сдержанным кивком подтвердил прозвучавшую информацию. — О…

Слов не было. Ну вот просто совсем. Разве что…

— А эльфы где? — брякнула я растерянно.

— Предпочли отправиться на обед с мисс Джиллиан, — так же сухо информировал шеф и смерил Анатоля не самым приязненным взглядом.

Он стоял чуть позади моего друга детства, и поэтому Анатоль ничего не заметил. Но не я.

Да и запах…

М-м-м! Кто-то ревнует? Вот так сюрприз! Только еще не решила, приятный ли…

— А вы, значит, решили и дальше трудиться не покладая рук? — Я шутливо пихнула Анатоля локтем в бок и получила в ответ игривое подмигивание и задорный смех.

О космос! Как же я млела от этого смеха еще недавно! Да и сейчас в груди что-то сладко сжалось, отчего враз захотелось сбросить лет так пять, а то и все десять, и, как в далеком беспечном детстве, взявшись за руки, убежать в ночь навстречу приключениям.

Но мне не пятнадцать, ночь на станции — понятие довольно условное, да и медвежоночек сопит так, что уже немножечко нервно.

— Да не то чтобы трудиться… — усмехнулся Анатоль, привычным до боли жестом подхватывая под локоток и предлагая пройти вглубь медблока. Причем в жилую его часть. — Мне тут кое-кто донес весьма интересную информацию, что кое-где очень вкусно кормят…

— Где?

— А вот где-то здесь… — Анатоль смешно повел носом, чем озадачил еще сильнее, а затем, глядя на ничего не понимающую меня, расхохотался и взъерошил мои и без того лохматые кудри. — Шанни, отвисни! К тебе я шел, к тебе! На твои пироги и рагу!

— Ко мне он шел… — проворчала я, не забывая изредка косить на идущего с другой стороны и чуть позади шефа. Если Анатоль и дальше будет так нежно прижимать меня к себе, то из медблока выйдет кто-то один из них. И я даже пока не знаю, кто именно… — Так не знал же точно, что я — это я!