Елена Кароль – Аромат страсти (страница 10)

— В смысле? — окончательно опешил хайд, не поспевая за моими обвинениями. — Почему в одном?

— А потому что трусики после вчерашней ночи я так и не нашла. Кое-кто скрытый фетишист, да? — прошипела я обвинительно и, гордо задрав нос, чинно проплыла на кухню, не собираясь отказывать себе ни в чем.

Почему бы и нет? Все равно на моей кухне, кроме табуреток, ничего нет. А у него, если мне не изменяет память, в холодильнике еще оставалось кое-что вкусненькое.

Кажется, мое фривольное заявление окончательно разрушило устойчивый (до моего появления) внутренний мир начальства, потому что на кухне он появился лишь минуты через три, когда я уже поставила вариться кофе и начала кромсать бутерброды из всего, что сумела найти. А он молодец, вчера вечером основательно закупился свежими продуктами! Как чуял, что завтракать будет не один.

С подозрением покосилась на Эдриша, замершего в дверном проеме хмурым укором моей падшей нравственности, мысленно облизнулась на чудные утренние виды полуголого начальства и вернулась к приготовлению бутеров, предусмотрительно увеличив их количество вдвое.

— Шеф, вам зеленый чай, насколько я помню? — уточнила невинно, когда закончила с бутербродами. — Вы присаживайтесь, не стесняйтесь. Чувствуйте себя как дома. Кстати, как шея? Получше?

— Значительно, — медленно произнес хайд, еще медленнее занимая свободный табурет. И все это — не сводя с меня хмурого взгляда. — За это — большое спасибо. Но я все-таки хотел бы прояснить момент с вашим бельем и чемоданом, доктор О’Нелл. Что с ними?

— О, с ними все отлично! — ухмыльнулась я, с противным скрежетом двигая к нему тарелку с завтраком. — Их просто нет!

— Доктор О’Нелл, хватит паясничать, — процедил сквозь зубы господин начальник, пока я невозмутимо заваривала ему свежий чай. Мм, вот это ароматы! Интересно, контрабанда или персональные поставки? — Я уже понял, что вы на меня сердитесь. Но, заметьте, не я эту кашу заварил. Так что давайте хотя бы сделаем вид, что нам приятно сотрудничать.

— А мне приятно! — Я коварно усмехнулась, окидывая восхитительно мохнатый торс начальства плотоядным взглядом. — Нет, правда! А если отдадите мне голову мистера Саллина, то приятственность усилится в разы. А когда присовокупите к этому конечности тех, кто украл мой чемодан, то моя благодарность просто не будет знать границ! А если еще и трусики вернете…

Кажется, я немного переборщила с энтузиазмом и кровожадностью, потому что шеф глухо рыкнул, стукнул кулаком по столу, отчего тарелка с бутерами подпрыгнула и глухо звякнула, а затем вперил в меня свои уже абсолютно звериные глаза.

— Шанни, хватит!

— Как скажете, — пожала я небрежно плечами и цапнула ближайший бутер, тут же сунув его в рот, хотя в груди глухо колотилось сердце, а инстинкт самосохранения покрутил пальцем у виска и перебрался ближе к пяткам. — Мм! Какая вкуш-шная ветчина! Вы попробуйте, шеф! Я такой даже на Земле не ела!

Но вместо того, чтобы присоединиться ко мне и познать все прелести мясного деликатеса, Эдриш помрачнел еще больше и потянулся к коммуникатору. Пролистал список сотрудников, набрал кого-то из них и, дождавшись ответа, в довольно грубой и категоричной форме потребовал, чтобы уже через десять минут чемодан из убранных вчера помещений был у него. Вместе с содержимым. Не прощаясь закончил беседу, насупленно глянул на меня, деловито наливающую ему заварившийся чай, и неласково проворчал:

— Довольны?

— Почти, — мило улыбнулась, чувствуя, что ступаю по тонкому льду. — Как только удостоверюсь, что все на месте, — скажу точнее. А голову мистера Саллина…

— Нет уж, — вдруг хищно ухмыльнулся шеф, буквально отбирая у меня кружку, в которую я неторопливо насыпала сахар, прикидывая, сколько ложечек будет достаточно. — Он мой!

— Хм…

Я всем своим видом дала понять, что тут мы еще поборемся, но вслух настаивать не стала. И так уже переступила все возможные и невозможные черты. Но… Почему мне кажется, что моя наглость ему импонирует? Может, потому я до сих пор и цела? Или виной тому тонкий аромат искреннего интереса, пробивающийся даже через густой запах негодования, окутавшего его тяжелым шлейфом? Что ж, надо подумать. И лучше сделать это пораньше, чтобы не наломать дров.

Завтрак прошел в теплой и дружественной атмосфере. По крайней мере, кофе был горячим, а бутерброды были встречены изголодавшейся мной на ура.

А вот медвежонок… то есть господин Мак-Иш хмурился. Ел, пил, то и дело косил недовольным взглядом на коммуникатор, явно прислушивался к шорохам за дверью и лишь раз за все время завтрака глянул на меня.

И скривился.

Это еще что за новость? Согласна, третий день щеголять в одном и том же — моветон, но тут уж не моя вина. Да и не планировала я как-то столь быстро и столь тесно знакомиться с новым начальством. По правде говоря, я вообще не планировала обзаводиться им в ближайшее время.

Но случай… Точнее, мистер Саллин, будь проклят тот час, когда ему в голову пришла эта светлая мысль — искать доктора на чартерном рейсе!

Вот уж кому я с удовольствием проведу все курсы вакцинации, начиная от лихорадки Бола и заканчивая космическим лишаем. И плевать, что эти болезни считаются давно исчезнувшими. Ради него — согласна на все.

— Мисс О’Нелл, о чем вы думаете? — ворвался в мои кровожадные мечты вкрадчивый голос шефа, и я посмотрела на него исподлобья. — Надеюсь, не об увольнении?

— Не дождетесь, — ухмыльнулась я и деловито покосилась на коммуникатор, отмечая вроде как небрежно: — Пятнадцать минут…

— В курсе. — Хайд недовольно поджал губы и снова набрал номер последнего абонента. Поднес коммуникатор к уху, с непроницаемым лицом выслушал сбивчивую, но, увы, совершенно неразборчивую тираду, сбросил вызов и снова обратил все свое внимание на меня. — Мисс О’Нелл…

Пауза мне не понравилась. Как и лицо Эдриша. С таким лицом планируют сообщить какую-нибудь гадкую новость, но прежде предлагают присесть и успокоиться.

Так вот! Я успокаиваться не собиралась!

— Доктор О’Нелл, — хмуро поправила я начальство, уже точно зная, что чемодана мне не видать. Как и его содержимого. Слишком уж говорящим был вид господина Мак-Иша. — Итак, чемодан уже в моих апартаментах, верно?

— Увы, нет.

— Тогда где? — Я удивленно приподняла брови, словно даже представить не могла иного места.

Прежде чем ответить, хайд помрачнел еще больше. Его явно не радовала перспектива оправдываться передо мной, но я не собиралась облегчать ему задачу. Кто вообще просил его вмешиваться? Разве не говорили ему в детстве, что инициатива наказуема? Вот пусть теперь и расхлебывает!

Эдриш все медлил, и я не упустила случая уязвить его еще больше:

— Господин Мак-Иш? Так где все мои личные вещи?

— Судя по тому, что мне пытался объяснить мистер Присли, их утилизировали вместе с мусором, — наконец разродился на признание шеф.

Ага! Мистер Присли! Запомним, кого пытать первым!

— Но раз уж именно мной инициирована эта уборка в ваше отсутствие, — так же хмуро продолжил Эдриш, при этом ощутимо давя на меня своим зверем, — то мне и компенсировать вам убытки. В том числе моральные. Скажите, вы помните, что лежало в вашем чемодане?

— Не считая трех килограмм «травки»? — невинно уточнила я, жалея, что кофе уже закончился и я не могу изысканно отставить пальчик и прикрыться кружкой, чтобы не выдать себя коварной ухмылкой.

— Можете и их посчитать. — Шеф с мрачным видом привалился спиной к стене и сложил руки на груди. — А кроме этого?

— Ну-у-у…

Эх, гулять так гулять!

Я жеманно приложила ноготок к губам, подняла глаза к потолку в поисках вдохновения и начала перечисление безвозвратно утерянного добра:

— Три деловых костюма от Джаванни Тиччи, три кружевных комплекта нижнего белья от модного дома Тори-Кретс, снурковое манто… Три! Клубничная помада фирмы «Винши»…

И если пять процентов из перечисленного еще было правдой, то остальное — из мира моих грез и несбыточных фантазий. В последнее время я весьма неплохо зарабатывала и могла позволить себе даже шубку из натурального меха, но еще каких-то пять лет назад об этом не было и речи. Нет, мы с бабулей никогда не нуждались в деньгах, но и роскошной нашу жизнь назвать было нельзя. Уверенный средний класс с возможностью заказать пиццу на дом и отдохнуть в клубе в выходные. Но нижнее белье от Тори-Кретс, костюм от Тиччи и уж тем более сумочка от Ловато — ничем подобным в юности я похвастать не могла. А в зрелом возрасте просто не хотела. Смысл? Тратить двухмесячный заработок на шмотку, красная цена которой сто кредитов, а остальное понты? Вот еще! Бабуля, мир ее распутному праху, крепко вбила в меня несколько здравых мыслей, и одной из них как раз была о жизни по средствам.

Вот как начну зарабатывать миллионы, тогда и отправлюсь за покупками на самые легендарные улицы Земли: Арбат, Милан-стрит и авеню Париж. А пока…

Пока воспользуюсь шансом попортить кровь кое-кому напротив!

— …И гарнитур золотой с розовыми алмазами. Тоже три, — воодушевленно закончила я, преданно пожирая начальство глазами. — Мои любимые, между прочим. В наследство от бабули достались.

По мере того как я перечисляла безвозвратно утерянное, лицо начальства вытягивалось, а глаза становились больше и выразительнее. А ничего, ему так даже больше идет. По крайней мере, всяко лучше, чем гневное пыхтение и читаемое во взгляде желание придушить меня.