Елена Инспирати – Тьма в объятиях света (страница 17)

Конфликт не был улажен, но мы хотя бы поставили его на паузу. Брайен передал мне ключи от квартиры, и я взяла его лицо в свои ладони, заставила посмотреть на меня.

– Все будет хорошо. – Поднявшись на носочках, я чмокнула его в губы. – Буду ждать тебя, любимый.

Мы никогда не использовали в адрес друг друга подобные слова. Я знала, что Брайен не привык к такому, и его могло коробить от подобного. Но в светлом мире так обращались к супругу, и я по наитию обратилась так к Брайену. «Милым» я называла его в шутку, а для юмора уже не осталось места.

Зато было место для того, чтобы я лишний раз напомнила ему, как он важен для меня.

Не дождавшись ответа, я быстрым шагом направилась в сторону границы. Брайен должен был запомнить меня спокойной, не поддающейся панике.

– Любимый? Серьезно? – раздался едкий и противный голос за спиной. Блэйк точно намеревался опрыскать меня с ног до головы своим змеиным ядом. Он быстро нагнал меня, чего я, конечно, ожидала.

Если больно ему, то больно должно быть всем вокруг. Я была к этому готова, когда минуту назад просила его ждать их возвращения вместе. И на самом деле где-то в глубине души мне хотелось убедить Блэйка не испытывать столько ненависти в сторону Брайена, он ее не заслужил.

Я убеждала себя в правильности принятого мной решения ровно до того момента, пока Блэйк ножом в спину не кинул слова:

– Он останется любимым, даже когда будет трахать Ребекку?

За рулем автомобиля Брайен мог переключить все свое внимание на дорогу. Но у сидящей рядом с ним девушки подобной роскоши не было.

Ребекка терроризировала собственные колени взглядом и терзалась мыслями. Она изредка поглядывала на профиль друга, чтобы только убедиться, что это нормально – ощущать себя настолько паршиво в данной ситуации. Но Брайен оставался непроницаемым, словно ему удалось отключить эмоции.

– Просто скажи уже что-нибудь, – монотонно произнес он, паркуя автомобиль.

– Мне нечего сказать.

– Я тебя не узнаю. – Как будто она сама себя узнавала.

Эти внутренние перемены ее бесили. Она была к ним не готова, страшилась их, но найти противоядие не могла. Тем не менее она все еще чувствовала внутри себя силу, с которой могла пройти через многое. И, окунаясь в нее, она гордо поднимала голову, выпрямляла спину и злостно смотрела на тех, кто пытался ее надломить.

Смех, да и только. Брайен и Ребекка шли по длинному темному коридору совсем не спеша, думая об одном, но совершенно по-разному. Охранники, стоящие возле стен, взглядом хотели откусить кусочек гордости темной. И когда один позволил себе нелепый, тошнотворный свист, то сразу пожалел об этом: Брайен одной рукой поймал его за шею и приложил головой об стену. Больше никто не смел поднять взгляд на облаченное в тесное платье тело Ребекки.

– Что нам делать? – тихо спросила темная, когда они почти подошли к огромным дверям.

– То, что придется.

Лицо Брайена не отразило даже крупицы сомнения или чего-то, что могло показать его неуверенность. Он планировал бороться, морально готовился к тому, чтобы силой воли преодолеть действие неизвестных веществ.

Он посмотрел на Ребекку почти подбадривающе, подставил локоть, который она тут же обвила рукой. Перед его глазами стоял образ Авроры, ее улыбка и ее сияющий, несмотря ни на что, взгляд. Часть его хотела видеть ее все это время, ощущать ее присутствие. Но желание не впутывать даже ее секундный взор на него в грязные дела темной жизни было сильнее.

Они зашли в огромный зал с окнами в пол, спрятанными за плотной тканью бархатистых черных штор. В центре находился стол овальной формы: он ломился от обилия еды, сервировка поражала своей вычурностью. Все присутствующие избранные пары поднялись, чтобы поприветствовать лучших, склонив головы. И они стояли так, не имея права шелохнуться, пока Брайен и Ребекка не заняли свои места.

Тяжелая дверь с небольшим скрипом отворилась, и все вновь, как по команде, встали и склонили головы. Все, кроме Брайена. Он пялился на них и думал, когда же уже их шеи надломятся. Ребекка толкнула его в плечо и грозно проворчала:

– Подними свой зад.

Брайен лишь фыркнул.

– Ты не говорила, что от меня будет требоваться еще и кланяться этой сволочи. Сейчас я не в духе быть паинькой до такой степени.

– Вы можете сесть, – радушно произнес Правитель, когда его наряженная туша присела напротив Брайена. По обе стороны от него встали охранники. – И Брайен прав, я давно говорил, что этот ритуал пора отменить.

– Мы выражаем свое неиссякаемое уважение к вам, Правитель, – сказал один из представителей избранных.

– Поди уже мозоль на языке натер из-за регулярного вылизывания задницы, – как можно тише сказал Брайен, чтобы его услышала только Ребекка, которая, в свою очередь, кое-как сдержала усмешку.

– Я решил собрать вас всех сегодня, чтобы напомнить, как важны избранные для будущего нашего мира. Все вы – опора каждого темного, и однажды судьба народа, угнетенного светлыми, будет только в ваших руках. Под правлением Брайена мы восстанем и покажем, что истинный идеал все это время рос во тьме.

Правитель смотрел прямо на Брайена и хитро улыбался. Темный испытывал на себе это лукавство, эту тошнотворную любезность, но не проявлял ответных эмоций. И дальнейшая речь о том, как светлый мир будет порабощен, проходила мимо его ушей. Он больше думал о том, как ловко Правитель скрыл попытку «спарить» Ребекку и Брайена за роскошью данного недопарада подхалимства.

Неожиданно для него самого рядом появилась девушка с двумя бокалами с черным вином, скрывающая лицо под маской. Этот напиток был создан исключительно для привилегированных темных и обладал особым послевкусием и сильной крепостью. Называть его вином язык не поворачивался, но это было одной из уловок, что якобы все темные равны хоть в чем-то. Изгои и отбросы пили дешевое пойло и тоже называли его вином, чтобы приобщиться к недосягаемому.

Возле остальных темных также выстроился ряд прислуги. Перед каждым поставили наполненный бокал. Но когда прямо под носом Брайена и Ребекки оказались бокалы иной формы и с особыми украшениями, повеяло чем-то подозрительным. Они переглянулись и поняли, что думали об одном и том же.

– До дна! – воскликнул Правитель, поднимая руку с бокалом. Все последовали его примеру и повторили жест, как обученные собачонки.

Брайен подумал лишь о том, почему никто не решил назначить преемником старающегося из последних сил угодить Правителю паренька? Почему именно Брайен, который доставлял столько неудобств, стал центральным персонажем заварушки? А потом он вспомнил, что являлся идеальной машиной для убийств, если нажать на нужную кнопку.

Он в последний раз напомнил себе, что поступает правильно, и поднял злополучный напиток в воздух. Ребекка последовала его примеру, но сделала это скованно и совершенно не уверенно.

Черное вино было выпито до последней капли. И его расслабляющий и опьяняющий эффект подействовал только на двух темных во главе стола. Брайен и Ребекка откинулись на спинки мягких стульев, не притронулись к еде, потому что чувство голода отошло на задний план. Люди кругом что-то активно обсуждали, но их речи переплетались и заглушались, растворяясь в голове. Слышно было только стук сердца и его ускоряющийся ритм.

– Лошадиную дозу они нам подсыпали, – прошептал Брайен, на что получил лишь выдох Ребекки. Смотреть на нее он боялся, потому что чувствовал, что может сорваться прямо здесь, на потеху Правителю и поедающим дорогие блюда людишкам.

– Ребекка, милая, что же ты не ешь? – спросил Правитель, делая глоток напитка. Всем наполнили бокалы снова, но Ребекку и Брайена обошли стороной.

– Как-то… не хочется, – ответила она, уже плохо сдерживая объявшее ее возбуждение.

Резко вдохнув, Брайен отодвинул от себя стол и поднялся. Он осмотрел удивленные лица: они не знали, что устроил Правитель и почему Брайен вел себя подобным образом. Он одной рукой стянул с себя галстук и расстегнул верхние пуговицы рубашки.

Стоило ему на секунду отвлечься от внешнего мира и того, что держало его в руках, как подсунутый препарат нарисовал обнаженное тело Ребекки, ждущее его на краю стола. На миг он даже почувствовал дикое желание взять ее прямо сейчас, но потом ударил сам себя по лицу и пришел в чувство. Брайен повернулся в сторону Ребекки и обнаружил на ее месте Аврору в слишком коротком платье. Она откидывала своей изящной рукой копну белых волос на одну сторону, открывая вид на изгиб шеи, ключицу и грудь, часто вздымающуюся из-за прерывистого и, черт возьми, возбуждающего еще больше дыхания. Брайен почти произнес ее имя, но зажмурился, умоляя сознание избавиться от иллюзий.

– Это не сработает, – прорычал он. Его пальцы нащупали край скатерти и со всей силы дернули за него. Грохот, звуки бьющейся посуды помогли на короткое время вернуться в реальность. Ребекка подскочила со своего места и побежала к выходу, Брайен последовал за ней.

Они отошли друг от друга на приличное расстояние, почти прижались к стенам коридора, который никогда еще не казался таким узким. Охранники расступались перед ними, вероятно, не имея никаких указаний остановить их.

Осталось совсем немного пройти до выхода, но мозг снова отключился, оставляя лишь крупицу здравомыслия в общем хаосе галлюцинаций. Брайен поймал Ребекку за руку, завел ее за угол и прижал к стене. Она томно выдохнула в его губы, вцепилась пальцами в ворот рубашки и расстегнула еще одну пуговицу.