Елена Инспирати – Свет, ставший ядом (страница 62)

Его рука по-хозяйски покоилась на талии, и я не могла не провести пальцами по выпирающим на кисти венам. Я поднималась, иногда касаясь еле ощутимых шрамов. Раньше никогда не делала акцент на этом, но сейчас рубцы на коже особо сильно кололи подушечки пальцев, и в груди от тревоги сжималось сердце.

Я полюбила его еще сильнее. Думала, что дальше уже некуда, но чувство это стало родным. Просто лежа рядом с ним, в его объятиях, вдруг осознала, что возможно заплыть глубже. И я буду рада утонуть в нем.

Я поцеловала его расслабленные губы и носом уткнулась в пульсирующую жилку на шее. Глубоко вдохнула и… Не почувствовала запаха темного.

От него пахло иначе. Приятно, но я больше не испытывала зависимости, не было мурашек под кожей, как при встрече с любым темным. Не было всего того, что так пугало и притягивало. Осталось чувство покоя. Я словно вдыхала запах родного человека, и мне это нравилось намного больше. Появилась уверенность, ощущение полного умиротворения и надежности. Это так ново и необъяснимо.

И сквозь уют и защищенность проскальзывали нотки желания, страсти. Вся эта бешеная сексуальная энергетика осталась при нем, даже несмотря на пропажу клейма темного.

Все изменилось, но одновременно осталось прежним.

Обеспокоенная этими непонятными переменами, я, видимо, неосознанно слишком сильно прильнула к Брайену. Он проснулся и легко перевернулся на спину, усаживая меня в полном недоумении сверху.

– У меня сегодня особенно приятное пробуждение, – заспанным голосом произнес он, и эта легкая хрипотца вибрацией прошлась под кожей. Его руки нежно убрали упавшие на лицо пряди.

Одеяло скатилось с плеч к бедрам, и я ощутила кожей прохладу комнаты. Тогда я поняла, что была почти полностью раздета: только нижняя часть комплекта белья прикрывала наготу. Сам Брайен тоже был лишь в боксерах. Мои ладони, прижатые к его груди, тут же вспыхнули от ощущения крепких мышц под собой.

– Доброе… Доброго времени суток, – оговорилась я, слегка прикусывая губы от смущения.

Нет, я не стеснялась его. Мне было стыдно признать, что я ничего не помнила!

Как я оказалась у него в квартире? Почему осталась на весь день? И было ли у нас что-то? Судя по одежде, а точнее, по ее почти полному отсутствию, без ласк наша встреча точно не обошлась.

Но я не помнила этого! В голове звучал только голос Джессики, с которой мы мило беседовали, когда отошли Брайен и Кайл. А потом пропасть.

– Болит? – Брайен заметил, как я нахмурилась, когда попыталась дотронуться до саднившей кожи на запястье. – Сильно?

– Нет. – Я отрицательно покачала головой. – Просто кольнуло.

– Прости, я ночью перестарался. Не надо было так туго связывать. – Он бережно поцеловал болевшее место.

Я сглотнула застрявший в горле ком. Мои глаза готовы были выкатиться из орбит: настолько широко я их открыла.

– А здесь не болит? – Его ладони легли на ягодицы и аккуратно сжали их, а затем массажными движениями прошлись по бедрам. От приятных ощущений я немного поерзала, но когда Брайен случайно дотронулся до синяка, я шикнула.

– Немножко, – призналась я.

– Прости, ты просила быть максимально грубым.

Что, черт возьми, происходило этой ночью? Как я могла забыть очевидно очень необычный, яркий и несдержанный секс? У меня же буквально не было сил подняться. Также я заметила, что колени были содраны, а волосы слишком сильно запутаны.

– Тебя что-то беспокоит?

– Что? Нет. – Я отмахнулась рукой и нервно хихикнула. – Просто вспоминаю, как мне было хорошо, и смущаюсь немного. Я была достаточно раскрепощенной, мне даже не по себе.

– Да, ты порой умеешь удивлять. Так кричала от удовольствия, что я думал, на следующий день останешься без голоса. И жара от тебя было столько, что даже моя кожа обжигалась от твоих страстных прикосновений.

О-о-ох, мне несдобровать. Я продолжала улыбаться и пальчиками поглаживать его плечи. Мне казалось, это отличный отвлекающий маневр, пока я пыталась хоть что-то вспомнить. Однажды я уже забывала его, и повторить подобный кошмар мне определенно не хотелось.

Брайен резко надавил на мою поясницу, из-за чего я упала и обнаженной грудью прижалась к нему. Он поцеловал меня, прежде чем сказать:

– Давай обработаем ушибы еще раз.

Я согласно кивнула и позволила ему уложить меня тряпичной куклой на постель и подставить под заботливые руки бедро. Мазь, которую он быстро нашел из запасов своей аптечки, давала охлаждающий эффект, но его пальцы были настолько горячими и прикосновения слишком трепетными, что я все равно плавилась и довольно щурилась.

– Как спина? – Он стал растирать мазь и по позвоночнику, аккуратно делая массаж. Приятные чувства начали бороться с сосущей под ложечкой совестью.

– У меня все тело ноет, и было бы неплохо, если бы ты прикоснулся к каждому его миллиметру.

– Вот как. Что насчет головы? Лоб не болит?

Я ощупала его пальцами, не понимая, как во время секса мог пострадать он. Я что, лбом об пол билась?

– Не болит, – ответила я, хотя голова на самом деле до сих пор была тяжелой.

Крепкие и сильные пальцы Брайена поднялись к шее, к плечам и размяли мышцы, сняли напряжение. Поток крови хлынул в череп, я почувствовала легкое головокружение и понадеялась, что это поможет мне все вспомнить. Но результат оказался нулевым.

Подобное происходило, когда мое сознание занимала темная личность!

– Брайен, – осторожно начала я, боясь испортить сладостное пробуждение, – ты ничего странного не заметил?

– Заметил, что ты ничего не помнишь.

Ну, конечно, Аврора. На что ты рассчитывала? Что он будет настолько же слепым, как и ты, и не увидит твоих стыдливых глаз? Я встала и накинулась на Брайена, обхватив ладонями лицо, принялась целовать его.

– Прости, я не знаю, как так вышло, – поцелуй. – Видимо, личности опять устроили бардак, – и снова поцелуй.

Он остановил меня, усадив на колени так, чтобы я была к нему лицом.

– Ну и зачем тогда ты подыгрывала?

– Я подумала, что надо приложить некоторые усилия, и память вернется. Я не хотела тебя оскорбить! – Я сделала паузу, прежде чем уточнила: – А что значит подыгрывала?

– Не было ничего.

Меня как будто водой окатили и оставили промокшей на ветру. Я смотрела прямо перед собой, цепляясь за связь с Брайеном, и губы мои медленно поджимались.

– Что за новые приколы у тебя?

– Отчасти я сказал правду. Ты действительно довольно громко кричала и была весьма горячей штучкой.

– Брайен, скажи прямо, потому что мне уже становится страшно.

В итоге он в подробностях рассказал мне о происходившем пару часов назад. И после каждой особой точки, символизирующей яркий момент моего бессознательного путешествия, я только больше раскрывала глаза и сильнее сдавливала в белеющих от нажима пальцах плечи.

На какое-то время я перестала дышать. В таком застывшем положении, сквозь гул в ушах, я пыталась разобрать конец рассказа Брайена.

– Серая? – ожила я.

– Наверное. Баланс в тебе восстановился. По крайней мере, личности обещали больше не конфликтовать, светлая приняла темную.

От смешанных чувств я повалилась на бок и по горло накрыла тело одеялом. Что бы это значило? Насколько масштабные могут быть последствия?

– Поэтому я теперь не чувствую твой запах темного?

– Не чувствуешь?

– Ага, – грустно сказала я, поднимая одеяло выше.

– Но никаких внешних изменений не произошло, поэтому беспокоиться не о чем.

Он был прав, только все равно звучало это все весьма беспокойно, будто что-то было не в порядке. Я откинула одеяло, нащупала его руку и потянула на себя, чтобы он лег рядом. Если его что-то тревожило, я хотела его хоть как-то поддержать.

– О чем ты думаешь?

– О том, что будет дальше. О том, есть ли эти личности у меня. Что, если у меня темная была главной и противилась появлению светлой, поэтому извращала все хорошее, делала меня агрессивным и импульсивным. А если я, наоборот, навредил тебе?

– Нас такими сделали наши правительства. Мне жаль, что я не могу влезть в голову и помочь тебе. А со мной все будет хорошо.

Но Брайен будто не слышал меня. Опять переживал, что сделал что-то не так.

– Посмотри на меня. – Я руками вынудила его повернуться к себе, после чего приблизилась так, что кончики наших носов слегка соприкасались и приятно, успокаивающе терлись друг об друга. – Ты спас меня. Не смей даже переживать об этом. И тем более очевидно, что мне стало намного лучше.

– Я сейчас похож на тряпку? – спросил Брайен чуть бодрее.

– Нет, – улыбнулась я. – Ты похож на безумно влюбленного парня, который искренне, всем сердцем переживает о своей девушке и совместном будущем. Это мило.

– Мило? Не особо нравится это слово.