Елена Инспирати – Свет, ставший ядом (страница 31)

– Ты давишь на жалость, выпрашивая у меня наказание, вместо того, чтобы объясниться. Но я не поддержу тебя, Аврора, хоть мне и есть что сказать.

– Нет же.

– Да, именно так я это вижу! Ты думаешь, когда мы только встретились, я не заметил, как ты изменилась? Как ты исхудала, как потускнели волосы, даже кожа стала бледнее. К тому же ты ужасно контролируешь эмоции, у тебя всегда все на лице написано. Я смолчал только потому, что побоялся причинить тебе боль вопросами. Но я знал, черт возьми, что что-то не так. И ты еще имела наглость расспрашивать меня о прошлом, говорить мне что-то про открытость.

– Прости меня, – по щекам полились слезы.

– Я сказал, не дави на жалость, не смей реветь. Интересно, призналась бы ты, если бы Дэйв не заикнулся случайно про больницу?

– Я бы все тебе рассказала! Просто переживала, что ты можешь разочароваться во мне.

– Замечательно. Все еще хуже, чем я думал: ты не доверяешь мне.

– Доверяю! – воспротивилась я. Только мое восклицание было не опровергающим, а скорее вымученным. Он не мог быть прав в своих рассуждениях.

– Тогда ты бы никогда не побоялась рассказать мне правду сразу. Если дело не в твоих чувствах, а только в моей реакции, которую ты сама же выдумала, то ситуация плачевная. А сейчас успокойся, поговорим потом.

Я повиновалась, вытерла слезы, наверняка испортив макияж. Брайен перед самым входом в подвал помог мне привести себя в порядок, опять обращаясь со мной так, будто я была сделана из стекла. Как я могла не доверять человеку, который заботился обо мне, даже когда я ранила его? Дело было не в нем, а только во мне.

Подвал встретил знакомой смесью запахов и громкими разговорами.

– Они пришли! Аврора, мы так рады видеть тебя! – не кто иной, как Кайл, радушно встретил меня. Я робко улыбнулась и поприветствовала в ответ.

– Что-то случилось, – задумчиво произнесла Джессика. – Вы поругались?

– Неужели все идет к расставанию? – издевался Блэйк.

– Замолчите, у нас все хорошо.

В подтверждение слов Брайен помог мне расположиться на диване, сам сел рядом и приобнял за плечи. Я попыталась расслабиться, чтобы не привлечь лишнее внимание к конфликту, но вряд ли мне удалось сделать видимость идиллии для внимательных темных.

– У меня для вас чудесные новости! – В подвал почти сразу после нас влетела Ребекка. – Я, кажется, поняла, что нужно для того, чтобы индикатор больше не работал.

Глава 16

Стоило Ребекке сказать эти слова, как наше с Брайеном внимание приковалось к ней одной. Мы синхронно выпрямили спины и нервно выдохнули, чтобы снять напряжение.

– Не томи, – промямлила я, от нетерпения заламывая собственные пальцы.

– Вы знаете, что у меня есть доступ ко многому во владениях правительства. Но есть комната, в которую не пускают даже меня, – начала она с таким воодушевлением, что некоторые слова совсем нетипично для нее чуть ли не проглатывала. – Пришлось пустить в ход все свое очарование и возбудить парнишку до предела, а потом со всей силы вырубить его.

Я услышала хлопки, а затем довольный голос Блэйка.

– Обожаю, когда она так радостно рассказывает, как обезвредила очередного своего поклонника.

– Как же приятно, когда твой труд оценивают по достоинству.

– Всегда к вашим услугам, – с притворной любезностью заявил Блэйк.

Они флиртовали? Интересно, что между ними происходит?

– В общем, зашла я в эту комнату, предчувствуя, что обязательно найду что-то стоящее. И я не прогадала! Помимо стеллажей с различными таинственными препаратами я нашла папку со старыми документами, где на одном-единственном соглашении о мире стояло две подписи.

– Соглашение о мире между темными и светлыми? – поспешил предположить Брайен.

– Да, но больше похоже, что это старый вариант, поэтому он хранится не в кабинете Правителя. Не знаю, насколько он актуален.

– Но разве не будет хитрее спрятать самые важные документы подальше от самого себя, чтобы их никто не мог найти? И приставить туда охрану, которая не пускает в комнату даже элиту? – к рассуждению подключилась Джессика.

– Настолько бестолковую охрану?

– По силе ты превосходишь большинство охранников во всей нашей части, сама же знаешь. Плюс перед твоим обаянием никто не устоит. Вероятно, тот парнишка просто был неопытен в общении с тебе подобными.

– Да ты у нас на глазах своими изящными ручками придушила обидчика Джессики. Мы с парнями только прибежали, а ты уже сидела сверху и высасывала последние капли жизни, – с восторгом говорил Кайл, вероятно позабыв о том, что среди них сидела я, светлая, которой чуждо подобное.

Меня бросило в дрожь. Не от страха, а от холода и тишины, нависшей над компанией. И клянусь, я чувствовала каждый взгляд в свою сторону. Они ждали моей реакции, в этом не было сомнений.

– Даже если Ребекка убила кого-то, это не проблема, ведь так? То есть я хотела сказать, что это, безусловно, неправильно, но я уверена, что были причины, – дрожь отразилась на моем голосе, он охрип. Я не боялась Ребекку, но непроизвольно испытывала негативные чувства в ее сторону. И мое предполагаемое оправдание ее поступка в итоге прозвучало нелепо. – Вам не стоит ждать моей реакции, я больше не собираюсь осуждать ваши поступки.

– Ребекка не убила его, – перебил меня Брайен. – Да, он потерял сознание, и, как только Ребекка поняла, что сделала, начала его спасать.

Еще один гвоздь в сердце: Брайен публично упрекнул меня в моем негативном отношении к темным, показал, что я делала поспешные выводы, все еще основываясь на байках, которые мне рассказывали с детства. Но был ли сам Брайен лучше меня в этом плане? Тоже делал поспешные выводы, держа в голове установку, что я светлая.

«Я все еще с тобой. Мы лучше темных, помни об этом», – от шепота светлой я дернулась. Как же давно она не говорила со мной.

– Я не хотела обидеть тебя, Ребекка. Прости, – все же извинилась. Мое чувство благодарности все еще было ярким.

– Ничего страшного. Ты можешь думать обо мне как тебе угодно, – с пренебрежением плюнула в меня темная. И я напомнила себе, что все ее добро направлено на Брайена, не на меня.

– Бекс, мы будем очень благодарны, если ты продолжишь свой рассказ, – сказал Брайен.

Третий гвоздь в мое сердце. Первый раз я слышала, чтобы он назвал ее сокращенным именем. Из его уст это звучало так по-доброму, даже ласково.

– В общем, нам ясно одно: раз эти документы хранят вместе с рецептами к странным пузырькам с лекарствами, то они важны и имеют какую-то силу, тем более они прекрасно объясняют то, что происходит у вас. И вообще, налейте мне выпить, в горле пересохло.

Послышался звук плескающейся жидкости в бокале. Ребекка начала ходить вокруг нас, задавая стуком каблуков ритм моего сердца.

– В документе написано то, что мы все с вами знаем: темные и светлые не должны контактировать. Наказание – смерть. Но в этой версии также указано то, о чем мы на подсознательном уровне догадывались: темные, прикоснувшиеся к светлым, испытают боль. Но об этих последствиях, зафиксированных в документе, почему-то не знали даже мы, избранные темные.

– Помню, когда первый раз прикоснулся к Авроре, – начал Брайен. – Мы уже несколько ночей виделись, но я старательно избегал контакта с кожей, даже сам не понимал почему. А потом забылся и взял ее за запястье.

– Когда ты привел ее в подвал и мы все уже знали, что она светлая, первым делом мы захотели нарушить закон о неприкосновенности, чтобы проверить его силу, – сказал Кайл.

– Это был самый горячий поцелуй в моей жизни, – напомнил Блэйк.

– А если от нас специально скрыли информацию, чтобы, наоборот, развязать руки, подогреть интерес? Пункт этот подчеркивает, что контакт особенно опасен для темных, а без данной информации мы меньше ограничиваем себя, – подключилась Джессика.

Я решила не отмалчиваться и сказать обо всем, как светлая:

– У нас тоже никто про это не знает. Если бы всем светлым было известно о том, что неприкосновенность так работает, то это облегчило бы существование.

– Но полагаю, правительству выгодно, чтобы вы не переставали бояться. Темному понятно почему, это показывает уязвимость, но светлому…

Ни у кого не было предположений: ведь мы, имея такую способность, могли бы рано или поздно научиться бороться, защищаться.

– Может быть, обе стороны подписали договор, но втайне друг от друга решили скрыть это уточнение, чтобы все-таки допустить контакт светлых и темных? И у каждой стороны свой мотив.

Возможно, я сказала глупость. Но я старалась выдвигать гипотезы, как и все, хоть мне и было страшно услышать насмешку. В конце концов, у того, что от простых жителей скрывали так много деталей, должна была быть причина, пусть и безумная.

– Звучит не так плохо, – поддержала меня Джессика.

Ребекка остановилась возле меня и пальцами прошлась по щеке. Вскоре я услышала ее болезненное мычание, шипение.

– В общем, для нас все без изменений. Но если к ней прикасается Брайен, он не чувствует боли. Почему? Вопрос для всех.

– Потому что у них любовь и все такое, – тут же ответил Кайл.

– Я тоже так думала. Но нет, дело далеко не в чувствах. Подозреваю, что на самом деле боль – это результат слияния защитного рефлекса Авроры и подсознательного страха Брайена нарушить закон о неприкосновенности. Чего больше всего боятся люди? Неизвестного. Данный пункт мог быть скрыт для того, чтобы способность обжигать стала сильнее: Аврора не знает о своей способности, сильнее боится, сильнее обжигает, а Брайен утрирует это своими эмоциями. Все сошло на нет, потому что Аврора перестала бояться Брайена, доверилась ему, а Брайен, в свою очередь, перестал зацикливаться на наказании и думать, что нарушает закон.