Елена Инспирати – Клятва, данная тьме (страница 85)

Принять то, что семья теперь видит во мне сплошные изъяны, было невыносимо больно. Я готова была упасть на колени и просить прощения, чтобы только мне дали шанс без больницы справиться с тем, что они считали отклонением. На самом деле это была лишь влюбленность: незаконная, неправильная, но прекрасная настолько, что я хотела получить от нее все, пока была возможность.

– Процесс необходимо ускорить.

– Я не плохая! И я не больна! – Ноги несли меня к ней, но она с отвращением шагала назад. В итоге мы обе застыли на пороге.

– Это не обсуждается.

И она поставила огромную, жирную точку, захлопнув дверь перед носом. Чистейший гнев вырвался наружу, я замахнулась и со всей силы ударила ребром кулака по несчастному дереву.

– За что? Почему вы не хотите меня услышать и понять?

Я зарычала, отошла в центр комнаты и принялась наматывать круги. Это нелепое действие помогало мне собраться, выплеснуть злость, чтобы темная часть меня не выкинула какой-нибудь фокус. Было необходимо до конца дня показать маме, что я не отбилась от рук, что мне не нужна помощь врача. Ради этого я стала суетиться на кухне, в комнате устроила уборку намеренно с открытой дверью и при всех позвонила флористу, чтобы уточнить стоимость букета.

Мной должны были быть довольны. Правда, эффективность спектакля была под сомнением.

Только когда стемнело, я поняла, что свободна на несколько часов. Встретила Брайена с улыбкой до ушей, предвкушая время, проведенное вместе.

– Привет, – прошептал он, проведя носом по щеке и запечатлев на губах беглый поцелуй. – Как ты?

– Хорошо, а ты как после вчерашнего?

– В целом нормально. Я почти ничего не помню.

Пальцы, которые наглаживали его плечи, застыли, руки упали вдоль тела. Я смотрела в темноту перед собой и пыталась осмыслить услышанное.

– Как понять ничего не помнишь? – беспомощно спрашивала я, часто моргая широко раскрытыми глазами.

Это же был потрясающий поцелуй! Брайен вжимал меня в стену, сжигал своей страстью и посмел забыть об этом?

– Произошло что-то важное? Я сам удивился, что алкоголь может так влиять. Раньше подобного не случалось.

– Если бы ты полностью забыл то, что происходило прошлой ночью, ты бы не пришел ко мне, – рассуждала я. Если он из всех событий забыл именно то, как заставил меня стонать от удовольствия, я уничтожу его. Чувствовала себя униженной.

– Помню, что мы помирились, но вот только как?

Я должна ему рассказать? Рассказать то, какой громкой и смущенной была? Он издевался. Если бы я увидела его лицо, то разоблачила бы его игры в два счета.

Все зависело от того, что во мне было сильнее: оскорбленная девчонка, втоптанная в грязь и поставленная в неловкое положение, или гордая, уверенная в себе девушка, которая точно знала, что сексуальному парню напротив понравилось происходящее в подвале.

– Было бы неплохо, если бы ты вспомнил. – И я все еще была скромной, поэтому не могла выстроить слова в кокетливые предложения или сделать голос достаточно привлекательным. Меня выдало то, как я убрала прядь волос за ухо и прочистила горло, прежде чем добавить: – Мне понравилось наше примирение.

Несмотря на мою скованность, признание дало нужный эффект: Брайен обнял меня за талию и притянул к себе, сокращая расстояние между нами.

– Мне понадобится твоя помощь, – даже его шепот был властным и завораживающим.

Под чутким руководством темного я могла быть раскрепощенной. Вспоминая все прошлые интимные моменты, я отпускала реальность и действовала, принимала правила игры. Привстала на носочках и поцеловала его: сначала нежно и робко, затем прикусив нижнюю губу и добавив дерзости в движения. Когда я попыталась за затылок наклонить Брайена ближе, он усмехнулся.

– Что? – Неужели я делала все настолько плохо и нелепо? От смущения ноги стали тяжелыми.

– Вспоминать начинаю.

Фирменный самодовольный тон растворил комплексы на ближайшие минуты. Я выдохнула и тут же поцеловала Брайена, возможно, даже слишком отчаянно, будто в нем было мое спасение. Он наконец ответил мне, и по тому, как двигались его губы, было очевидно, что места заигрываниям и улыбкам не осталось. Но все же в наших пререканиях был особый шарм, из-за которого влечение лишь сильнее разгоралось.

– Что вспоминать? – невинно поинтересовалась, сделав передышку и возобновив поцелуй.

Брайен вел меня куда-то, пока я не уперлась в край стола. Его руки с талии спустились к бедрам, по-собственнически сжали их, и я даже слегка подпрыгнула и навалилась на него. Не заметила, как впилась ногтями в спину, в плечи, как прилипла к нему и стала извиваться.

Мой темный ловко поднял меня и усадил на стол. Я тут же раздвинула ноги и подпустила Брайена ближе.

– Как приятно закидывать твою ногу на себя, – наконец ответил он и тут же напомнил прошлую ночь. Обхватив ладонями бедра, он вынудил меня подвинуться на самый край и простонать в его рот из-за соприкосновения наших тел.

Поцелуи стали глубже. Я отвечала ему со всей страстью, вторила его умелым движениям, изучала нас. Особое удовольствие мне приносило то, как Брайен реагировал на мои почти бесконтрольные движения бедрами. Его наслаждение подпитывало мое, и я забывала о всяком приличии, рассчитывая на большее.

Прикосновение к голой коже все еще было волнующим. Брайен забрался под футболку и стал гладить костяшками талию, живот, вызывая стаю приятных мурашек. Я подняла руки и дождалась, когда наконец-то он сорвал с меня эту бесполезную тряпку.

– А вот этого не было вчера, – сказала я, расправляя плечи, подставляя тяжелому и теплому дыханию грудь, приподнятую чашечками бюстгальтера.

– Мое упущение.

Я была нетерпеливой. Притянула за воротник толстовки Брайена обратно для поцелуя. Я захотела дотронуться до его кожи, поэтому, повторяя за ним, начала поднимать его одежду, ладонью прикасаясь к рельефным животу и спине. Сумасшествие накрыло с головой: сняла с него толстовку и вернулась к телу, к крепким мышцам, которые теперь я захотела изучить своими губами. Ему не было больно, когда он трогал меня или когда я его, это все еще поражало.

Брайен перешел к шее: он целовал, прикусывал и всасывал в рот кожу, оставляя метки. Желание с новой силой окутало меня и сфокусировалось в точке между ног. Я позволила себе закрыть глаза и прислушаться к себе, к своим ощущениям. Благодаря Брайену я знала, что такое возбуждение, но еще не представляла, каким сильным оно могло быть, как могло довести до безрассудства. Мои бедра продолжали тереться о Брайена, посылая мысли, что можно и нужно добиться большего. Горячие и влажные поцелуи уже достигли ключиц, Брайен подавался вперед, всё грубее впивался в меня, выдавливая еле сдерживаемые тихие стоны.

Когда он поцеловал грудь, я сильнее обхватила его ногами и распахнула глаза.

– Сними его, – неосознанно попросила я.

Брайен без особо труда провел по позвоночнику и расстегнул застежку. Белые лямки сползли по плечам, и ловкими движениями пальцев темный обнажил мою грудь. Я ощутила холод и неожиданно смутилась. Это длилось пару секунд: Брайен дал мне паузу, чтобы я могла привыкнуть к себе голой перед ним. Он аккуратно целовал меня в губы, в щеки и шею, пока я вновь забывала про тормоза.

В том, как Брайен ласкал меня, было целое море заботы. Даже если движения порой были грубыми и резкими, он всегда прислушивался к откликам моего тела, читал все по моим глазам. Я знала это, ведь в противном случае как он мог так понимать меня.

Я доверяла ему.

Чтобы показать ему, что я готова, я откинулась назад и оперлась ладонями о столешницу. Одной рукой Брайен придерживал меня, а второй гладил грудь, мягко сжимал ее и пальцами невесомо касался вершинки.

– Еще, – простонала я. Первые волны удовольствия заставили меня выгнуть спину.

Кончиком носа Брайен провел по ложбинке, втянул в себя воздух сквозь стиснутые зубы. Звуки его неровного дыхания сливались с моими и ускоряли сердцебиение. Когда его твердый и влажный язык провел по соску, меня прошибло блаженством. Он продолжал ласки ртом, рукой, и все мое тело дрожало, мышцы пульсировали.

Я царапала стол и дышала так, что заглушала все вокруг. Скорее всего, стоны стали слишком громкими, потому что ладонь Брайена накрыла мой рот.

– Будь тише, хорошо? – прошептал он, и я согласно кивнула, хотя не представляла, что это возможно.

Заминка дала мне шанс прийти в норму и хоть немного взять себя под контроль. Я почувствовала, как Брайен провел рукой по низу живота и расстегнул пуговицу штанов, поэтому тут же напряглась.

– Все хорошо? – в одном его вопросе было столько тепла и уважения ко мне, что я начала улыбаться. Волновалась, но все равно приподняла бедра и ответила:

– Да.

Брайен аккуратно стянул с меня джинсы, не забывая при этом покрывать беглыми поцелуями ноги от таза до коленок и щиколоток. Надолго без внимания он меня не оставил: как только отбросил вещь в сторону, вернулся и прошелся по внутренней стороне бедра, и я рефлекторно сжала его в своих тисках. Сильные руки добрались до намокшего белья.

– Если ты не хочешь, мы остановимся.

Я очень хотела! Я лишь догадывалась, как приятны ласки от человека, которого желаешь всем сердцем. Фантазии могли стать реальностью, и как бы меня ни распирало от волнения, я нуждалась каждой клеточкой тела быть с Брайеном.