Елена Инспирати – Клятва, данная тьме (страница 63)

– Просто, – весь его ответ.

Просто? Просто?!

Да, он заикался о поддержании образа, но я все равно обижалась. Скорее всего, я все еще сомневалась в нем.

– Просто спишь с ней? Мог найти кого-то по– лучше.

Потрясающе. От обиды у меня защипало глаза. Сейчас Ребекка первая перешла на явные оскорбления, и раз Брайен не собирался ставить ее на место, все было в моих руках. Плохо обо мне говорить могли только светлые, но никак не мерзкие темные.

– Намекаешь на себя? – спросила я. Пришлось найти в себе силы оставаться высокомерной.

– Я не с тобой разговариваю.

– Мне все равно. Тебе не рады.

– Не нужно было впускать тебя, – прошептал Брайен скучающим голосом.

В ответ на это замечание темная фыркнула, будто оно не несло в себе никакого смысла, и продолжила нападать на меня:

– Твое мнение не имеет значения ни для кого в этой комнате. Ты никто. – Она щелкнула пальцами, и внутри меня моментально вспыхнул гнев.

– Так, – начал встревать темный.

– Ты все еще считаешь, что участь инкубатора делает тебя важным человеком в его жизни?

– Важным человеком в жизни? – она удивилась.

– Я вроде понятно разговариваю.

– Что ты несешь? Кого тебе назначили в партнеры?

– Моя интимная жизнь касается только меня. И в отличие от тебя меня никогда не бросят в больнице беременной, и я не оставлю ребенка на растерзание своре психопатов.

– Ты сумасшедшая? Бракованная? Брайен, кто она? – Ребекка повысила голос, почти перешла на крик. Но это не было банальной руганью или злостью. Она, скорее, недоумевала и даже переживала, не за меня, конечно. – Слушай, я не понимаю, что с тобой творится, но ты должна проверить голову. Ты нуждаешься в перевоспитании. Возможно, в детстве тебя недостаточно лупили.

– Меня никогда не били, – гордо сказала я. – Мое детство было прекрасным, беззаботным.

– Аврора, закругляйся с этим. – Брайен взял меня за руку и повернул на себя.

Мы действуем в рамках разумного.

Вы ведете себя не как темные! А как вспыльчивые светлые.

– Ты где ее подобрал?

– Ребекка, фильтруй то, что говоришь. И прекрати свои нападки.

– У нее проблемы, ты не понимаешь? В какую задницу ты пытаешься загнать себя? Зачем держишь возле себя, хотя очевидно, что ее нужно сдать правительству?

– Тебя это не касается, – Брайен наконец-то полностью переключился на свою подружку. – Если она здесь, то значит, я этого хочу. Я хочу проводить с ней время, – почти по слогам произнес он, вдалбливая слова в голову Ребекки.

– Ты неадекватный.

– Просто уйди уже, что ты пристала! – не выдержала я, и даже сделала шаг вперед. – Тебе дали понять, что к чему, а ты продолжаешь действовать всем на нервы.

– Я такое устрою… – она сделала еще шаг, ее запах усилился, мне от него стало тошно. Лица коснулся прохладный поток воздуха, и я предположила, что брюнетка замахнулась на меня. Но удара не последовало, зато послышалось шипение.

– Не трогай ее.

– Она слишком многое возомнила о себе! Я покажу ей ее место.

– Вы ругаетесь на пустом месте, – отметил Брайен.

На пустом месте? Да это наша вторая встреча, и она второй раз разговаривает будто не со мной, а с мешком мусора.

– Пусть она выплеснет все, пусть дотронется до меня, – провоцировала я.

– Аврора, отойди, – Брайен пытался заслонить меня собой, но я упорно выглядывала из-за спины. – Ребекка, тебе лучше вернуться к остальным.

– Пока я не…

– Я сказал! Обе замолчали и разошлись!

Одной рукой Брайен схватил меня за плечо и рывком толкнул на диван так, что я даже немного отпружинила. Второй, вероятно, он начал выпроваживать Ребекку, каблуки которой громко с протестом стучали об пол. Они перекинулись парой фраз на лестничной площадке, а после темный с громким хлопком закрыл входную дверь. От хлопка по стенам прошла вибрация, и я услышала звон кружек, стоящих на столе.

Мы его взбесили.

– Ты совсем с ума сошла! – квартира заполнилась криком Брайена. – К чему эти провокации? Или так, по-твоему, ведут себя темные?

– Я разве проходила какой-то ускоренный курс «Как стать темной»? – быстро среагировала на агрессию в свою сторону. – Ребекка относится ко мне с презрением, и я делаю то же самое! Не унижай меня!

– Зачем ты сказала о своем детстве? Хорошо, ты можешь ругаться с Ребеккой при любом удобном случае, но будь добра включать в этот момент мозг.

– Она считает, что она лучше меня, лучше светлой! Но она темная!

– Я тоже темный, – уже спокойнее сказал Брайен.

– Ты другой, – замялась я. – В начале нашего общения я и к тебе относилась с презрением.

– И на самом деле продолжаешь так относиться.

У меня глаза на лоб полезли от его глупости. Почему он вообще сравнивал меня и свою подружку?

– Вместо того, чтобы повышать на меня голос, ты бы постарался объяснить Ребекке, что я не заслужила нападок в свою сторону. Если бы она вела себя подобающе, мне бы не пришлось ей хамить. И я бы никогда не заикнулась про свое детство. Терпеть ее не могу!

Наша очередная ссора зашла в тупик. Будто и не было беззаботных ночей, проведенных наедине. Между нами все так же была стена, разделяющая миры, и глупо было полагать, что счастье, легкость и эйфория от общения ее разрушат. Мы все еще были враждующими сторонами и все еще не могли принять природу друг друга.

Я побоялась на эмоциях натворить и наговорить ненужного, поэтому вслепую поторопилась к выходу.

– Отведи меня домой, пожалуйста.

Я села в прихожей, стала искать кроссовки.

– Дело в том, что ты должна контролировать себя, понимаешь? – Брайен сел на корточки напротив меня. – Даже если она выводит тебя на эмоции. Вы же совсем не сдерживаетесь и не можете остановиться.

– То же самое ты говорил Ребекке на лестничной площадке?

– Я сказал ей, чтобы она перестала лезть не в свое дело. И чтобы не оскорбляла тебя.

Да, сегодня он вступился за меня. И во время перепалки с брюнеткой, и с ней наедине. Наверное, именно это немного успокоило меня.

– Мило с твоей стороны, – я наконец нашла кроссовки, надела их. – Но ты все равно считаешь, что я неправа.

– Ребекка всегда нападает первая, я согласен с тобой, она неправа. В ее стиле быть грубой с теми, от кого исходит хоть какая-то угроза. А ты неправа в том, что чуть не раскрыла себя.

– Это мой метод защиты. Если мы еще раз с ней столкнемся, я буду вести себя так же.

Я осознавала свою ошибку, но не принимала ее. Каким образом я могла научиться самоконтролю, когда в меня летели колкости от темной? Для меня, как для светлой, было вполне нормально отстаивать свою честь в конфликте, говорить о своем превосходстве. Да, это выдавало меня, но это было почти невозможно сдерживать. Если бы Ребекка знала, что говорит со светлой, то из нее, вероятно, тоже полезло бы что-то поинтереснее.

Брайен абсолютно меня не понимал, и это лишний раз подчеркивало, насколько мы разные, не знающие, что творится в головах друг друга.

Мы разве должны что-то доказывать этому темному?

У вас у светлых слабоумие?

– С тобой порой невыносимо разговаривать, – подытожил Брайен.

Я с ухмылкой ответила на этот выпад: