Елена Инспирати – Клятва, данная тьме (страница 47)

– Ты уверен, что это платье? Больше похоже на удлиненную майку.

– Уверен.

– На ребенка? Оно же невообразимо короткое!

– В этом ходят темные девушки. Они умеют выглядеть так, как нужно.

– Или показывать свои пикантные места, – буркнула я.

Ни на секунду не переставая щупать ткань и представляя, как она обтянет тело, я понимала, как сексуально платье будет выглядеть на девушке, знающей себе цену.

– Где ты его откопал?

– Позаимствовал. Оно должно тебе подойти.

– У него тонкие лямки, будет видно белый бюстгальтер, а без белья я никогда не ходила.

– Если продолжишь вести себя так, то испортишь образ.

– Это не тебе предстоит вслепую пойти в толпу врагов в этом подобии нормальной одежды. Можно попробовать понять меня?

– Вот пакет, – темный вручил его мне. – Сложи туда все свои вещи.

– Переодеваться предлагаешь здесь? Посреди улицы? – я раскинула руки и в полнейшем шоке уставилась вперед. Для него отсутствовали какие-либо рамки приличия и стеснение.

– Я привел тебя почти к поляне, тут полно деревьев и ни души поблизости. Если бы какой-нибудь темный решил прогуляться, я бы об этом узнал.

– Допустим, а что насчет тебя?

– Стесняешься меня? А еще что-то про трение говорила.

– Какой стыд! – я в ужасе спрятала лицо под тканью. Темный рассмеялся. – Не вспоминай тот разговор, я была не в себе.

Мой ночной компаньон хмыкнул и максимально спокойным и мягким голосом произнес:

– Я отвернулся. Приступай.

– Не поворачивайся, пока я не скажу.

Складывать вещи на весу было некомфортно, поэтому я положила пакет на землю, скрутив края. Сдерживая эмоции и отгоняя прочь всевозможные шальные мысли, я скинула кроссовки, стянула штаны и кофту. Стояла в одном белье, неуверенно щупая застежку лифчика. Ветер дул прохладный, но кожа горела от смущения, и мне было наплевать на него. Никак не могла решиться сделать одно легкое движение паль– цами.

– Я же не такая совсем, – шептала я, зажмурившись. – Подобное не в моем стиле, это неправильно.

Моя фигура не вызывала у меня нелюбви или неприязни к себе. Но сейчас, когда я оказалась за спиной темного, вспомнилось каждое несовершенство, которое он мог заметить. Ведь темный привык к идеальным девушкам, я же с огромной вероятностью до их уровня недотягивала и не обладала нужным обаянием.

– Перестань стесняться. Судя по тому, что я видел, это ни к чему.

Я подумала, что это комплимент. Тогда пальцы сами ловко расстегнули застежку, и бюстгальтер скатился по рукам вниз. Швырнув его в пакет, я принялась суетливо натягивать на себя тесное платье. Оно сдавило мою грудь, приподняло ее вверх так, что я сама не устояла и прикоснулась к ее нежной коже. На талии и бедрах село идеально, подчеркнуло каждый изгиб. Это должно было выглядеть очень сексуально! Но мне все равно было некомфортно.

– Оно до жути короткое, – сказала я с претензией, хотя сама уже немного восхищалась своим образом.

– Замечательная длина.

– Эй, ты смотришь? Я же сказала, не поворачиваться, пока не разрешу!

Засранец! Если он действительно все это время смотрел на меня, я убью его. Несмотря ни на что, прикончу.

– Твои белые трусы могут обернуться против тебя: мало ли ты неудачно наклонишься. Может, снимешь их?

– Я не буду их снимать! – перешла я на крик. Руки от злости дернули платье вниз. – Отвернись!

– Нет смысла, ты же закончила.

– Как ты мог?

Он видел все, абсолютно все! Никто не видел меня голой, так и должно было оставаться до первой брачной ночи! От возмущения я стала задыхаться.

– Успокойся.

– Успокоиться? Во что ты меня нарядил? Мало того, что нагло пялился, так еще и заставляешь так идти в люди. Платье не доходит даже до середины бедра! А грудь вся напоказ! – Я провела руками по ключицам и спустилась ниже. – Все видно!

– Но ты же чувствуешь себя привлекательной?

– В вашем мире нет ни капли достоинства!

– Надень туфли. – Носки обуви коснулись моих ног.

– Я даже не могу присесть в этом платье, ты понимаешь?

– Где взять терпение? – пробубнил себе под нос темный.

Он опустился передо мной на колени, попросил поднять ногу. Для этого я одной рукой оперлась на его плечо, второй начала придерживать ползущее вверх платье. Не касаясь кожи, он аккуратно втиснул мои ноги в лодочки на высоченных каблуках, поднялся, а я продолжала цепляться за его одежду, чтобы привыкнуть к новой обуви и не упасть.

– И все равно ты поступил мерзко, – фыркнула я, встав на обе ноги и контролируя шпильку, которая вот-вот могла погрузиться в землю. Теперь я была выше и мне проще было искать его взглядом, улавливать его эмоции в каждом вдохе и каждом слове.

– Я не подглядывал за тобой. Это было бы в стиле темного, но у меня к тебе что-то, что не позволяет вести себя неподобающе даже в таких мелочах.

– Что-то – это что?

– Не акцентируй на этом внимание, – протараторил он.

Темный был растерян, прямо как я. Нелепое признание, лишний раз подчеркивающее неумение выражать чувства. Должно быть, мне нужно проще относиться к его качелям, ведь я тоже хранила в голове совершенно противоположные друг другу позиции.

– Понимаю, мозг превратился в мясорубку, легко запутаться в себе.

– Я взял с собой какую-то сумку с кучей тюбиков, но ты уже накрашена. Разве что надо подправить брови, сделать волоски темнее.

Если я буду и дальше пытаться что-то узнать, то все слова будут напрасными. У моего темного был хорошо подвешен язык, что позволяло ему выкручиваться из любой ситуации. Ему не составит труда сделать из откровенности издевку.

– У кого ты украл косметичку?

– Я не украл, а позаимствовал.

– Вообще нет ничего подозрительного в том, что ты решил стать чуточку женственнее.

– Мне задавать лишние вопросы не будут.

– Прости, что плохо о тебе подумала. Опять, – от смущения я стала хрустеть пальцами и теребить кончики искусственных волос. Мне нужно было занять себя чем-то, пока темный перебирал тюбики, периодически останавливаясь, чтобы, как мне казалось, посмотреть на меня.

– Я привык к бесконечным обвинениям в мою сторону. Лучше давай займемся твоим внешним видом, я ничего не понимаю в этих баночках.

Мы снова вернемся к обсуждению этого вопроса в следующий раз, когда подвернется удобный случай.

– Возможно, есть какая-то краска для бровей? – я прищурилась, будто правда могла что-то разглядеть, пока темный у меня под носом без остановки бренчал косметикой.

– Ну тут есть что-то со щеточкой и черной жижей.

– Надеюсь, это не тушь. Попробуй.

– Чем я занимаюсь? – с ругательствами и ворчанием темный все же приставил щеточку к бровям и провел по ним несколько раз.

Как же он был близок, я чувствовала его дыхание на коже лица и ключиц, замирала, наслаждалась запахом.

– Выглядит неплохо, – закончил он. – Я соберу это все в пакет, пусть хранится у тебя. Вдруг еще понадобится.

– Ты сказал, что ты позаимствовал это, а не украл.

– Я не обозначил сроки.