Елена Инспирати – Клятва, данная тьме (страница 27)
– Это же правда. Будь это не так, я бы просто промолчал.
Дэйв был удивлен, что я ему не доверяла. Я вспомнила про кашель и тут же осознала, как глупо выглядело мое сомнение, поэтому сразу же искренне ответила:
– Спасибо! Мне очень приятно.
Мы ехали в неловкой тишине. Оба понимали, что надо что-то с этим делать, но не хотели друг другу уступать. Если бы не мои постоянные ночные вылазки, испорченная репутация и куча вранья, я бы сидела тихо и ждала, когда жених решит поговорить со мной или посмотреть на меня хоть с малейшей симпатией в глазах. Но я была не в том положении, чтобы кого-то осуждать. На самом деле часть меня понимала, что я заслужила такое отношение от светлых.
Поэтому я заговорила первая, желая разрядить обстановку и поднять настроение перед свадьбой.
– Твоя машина?
– Нет, папина, но сегодня она в моем распоря– жении.
– И часто он разрешает тебе садиться за руль?
– Я не так давно получил права и доверенность на эту машину. Отец ездит на ней на работу, а мне редко разрешает покататься. Сегодня я с тобой, поэтому мне дали ее, чтобы было чуть легче произвести впечатление надежного человека.
– Надежность заключается в наличии машины?
– В возможности иметь ее. А еще в том, что я приехал за тобой, отвез на свадьбу, вернул домой целой и невредимой. И даже в том, что я открыл тебе дверь, якобы проявив тем самым заботу, хотя я считаю, что это мелочи, не достойные твоего восхищения.
– С тобой тоже родители поговорили?
– Они делают это каждый день со дня церемонии.
Хоть что-то между нами было общее. Атмосфера стала в разы комфортнее, я все еще не была рада его компании, но уже чувствовала себя спокойнее. Можно ли назвать это началом адекватного общения?
– Хотел бы свою? – продолжила я.
– Думаю, сначала стоит разобраться с жильем. Не хочу жить с родителями, тогда мы оба с ума сойдем.
– А нам хватит на это денег?
– Это уже моя забота. Завтра поеду на собеседование, если меня возьмут, то нам вполне хватит на съемную двушку для начала, потом рассмотрим покупку собственного жилья. Мои родители, если что, помогут: они хотят, чтобы их внуки росли в хороших условиях.
Дэйв действительно казался надежным. Он перспективный, его семья была готова помогать своим детям с жильем. Любая другая светлая была бы вне себя от счастья, узнав, какую опору в жизни ей даст замужество. Я же сомневалась, что была достойна этого.
Сделка с темным обязывала меня выходить каждую ночь на улицу, но как быть после свадьбы, раз я буду жить с Дэйвом в другом месте? Я расценивала это одновременно как спасение и как угрозу. Родители и Алекс все еще будут жить в квартире на окраине под прицелом моего ворчливого ночного друга.
– Ты чего так приуныла?
– Меня пугает перспектива создания собственной семьи. Не уверена, что готова.
– Понимаю тебя, но все через это проходят, чем мы хуже? Тем более справляться с этим ты будешь не одна.
– И правда.
Я улыбнулась искренне первый раз. Несмотря на безразличный тон, слова сами по себе были милыми. У нас обоих были свои причины относиться к будущему браку отрицательно.
Помочь решить проблему с темным он был не в силах, поэтому мне в любом случае надо было успеть за месяц разобраться со своими ночными свиданиями.
– Кстати, я знаю, что с тобой произошло в ночь после церемонии. Рука сильно болит? – он кивнул в сторону ладони, на которой вместо белого бинта теперь был аккуратный телесный пластырь.
– Только при резких движениях.
– Когда надо будет ехать снимать швы, позвони мне, я тебя отвезу. Зашивала в отделении своего района?
Было бы прекрасно, если бы я знала. До сих пор понятия не имела, как в тот день я проснулась на скамейке в чистой одежде и с обработанными порезами.
– Да, – соврала я и тут же чуть не поперхнулась из-за першения в горле. Не говорить же мне ему, что у меня провал в памяти. Главное, что Дэйв ничего не заметил.
– С тобой разговаривали люди из правительства? Слышал, выжившие после ночи светлые – редкость.
– Нет.
– Это странно.
И я была с ним полностью согласна. Сейчас, когда я задумалась об этом, меня стала волновать незаинтересованность правительства в этом вопросе. Почему они даже ничего не спросили? Возможно, они дают мне время прийти в себя. В любом случае я подозревала, что встреча с кем-то из представителей власти должна состояться.
– Если я лезу не в свое дело, скажи.
– Все нормально. Ты хотя бы не интересуешься тем, как это получилось, и не повторяешь сто раз то, как рад видеть меня живой.
– Должно быть, тебя утомляет лишнее внимание, которое уделяют этому случаю.
– Я бы сказала, оно постоянно напоминает о той ночи, приятного мало.
– Понял, эту тему закрыли.
Если бы можно было оценить мою симпатию к Дэйву по пятибалльной шкале, то с нуля она поднялась уже до одного балла.
Поездка до места бракосочетаний прошла достаточно быстро. Из-за необычного дня, выбранного для свадьбы, на парковке было мало машин, а у входа скромно стояла маленькая группа: друзья и члены семьи со стороны жениха и невесты.
– Готова? – Дэйв приблизился ко мне, слегка вытянув локоть вперед. Идея подойти к друзьям с ним под руку не воодушевляла, но я понимала, что для всех это будет обычным взаимодействием новоиспеченной пары.
Поправив волосы и платье, я произнесла:
– Готова, – я взяла его под руку, и мы направились в сторону моих друзей, смеявшихся над чем-то. Недалеко от них стояли родственники Джой и Гейла и поздравляли друг друга с объединением семей. Все выглядели довольными и счастливыми.
– Знать бы еще, к кому на свадьбу я иду.
– Не волнуйся, я тебя с ними познакомлю, вы подружитесь.
– Я могу показаться недружелюбным.
Первым нас заметил Волкер. Он сказал что-то Амелии и Нейту и указал в нашу сторону. За нашим приближением начали следить уже три пары глаз.
– Какие люди! С тобой все хорошо? – Амелия выхватила меня из рук Дэйва и начала крепко обнимать, одновременно ощупывая лоб и щеки. – Жара вроде нет.
– Я же сказала, что все хорошо.
Затем я угодила в объятия Нейта – самого высокого и по совместительству шумного человека в нашей небольшой компании. Обычно он был главным заводилой: с Волкером они частенько устраивали посиделки с другими ребятами или играли в компьютерные игры в свободное от учебы, а теперь и работы время, устраивая целые чемпионаты. Что нас отличало от темных – так это отсутствие спиртных напитков. Светлые умели развлекаться и без них.
– Кажется, ты вырос еще на пару сантиметров.
– Либо ты после совершеннолетия медленно, но верно стаптываешься, старушка!
– А ну-ка, иди сюда! – Волкер прижал меня к себе, словно мягкую игрушку, и начал поглаживать по голове. Если бы не праздничная укладка, он точно начал бы трепать мои волосы, превращая их в колтуны.
– Я так рада, что мы собрались.
Наше приветствие закончилось, и, когда все друзья прекратили обнимать меня так, будто все еще не верили, что я жива, повисло неловкое молчание. Внимание переключилось на Дэйва. Я повернулась к нему, за локоть притянула к компании и намеренно прижалась слишком близко, как это обычно делали другие парочки. Все должно было выглядеть правдоподобно.
– Ребята, знакомьтесь. Это мой будущий муж – Дэйв. Он может показаться вам молчаливым, но он просто стесняется.
– Вот еще, ничего я не стесняюсь, – сказал он и сразу протянул руку сначала представившемуся Нейту, затем и Волкеру. Парни были очень добродушными. Они явно уже начали представлять, как позовут его в свою компанию, чтобы расширить круг друзей, но это не отменяло того факта, что они будут очень внимательно следить за ним на общих встречах, если Дэйв соизволит на них приходить.
Очередь дошла до Амелии. Насчет нее я не переживала: в силу своей скромности и мягкости она могла принять любого новичка без лишних вопросов. Но что-то определенно было не так.
Подруга представилась слишком тихо, на лице появилась неловкая улыбка. Огромные глаза смотрели на моего жениха, во взгляде была далеко не радость. Она смущалась и любовалась. Я взглянула на Дэйва: тот смотрел на Амелию так, будто она яркий аппетитный торт в пекарне. Сравнение было сомнительным, но в данном случае подходило идеально. Я потеряла дар речи, когда поняла, что произошло.
Между моим женихом и моей подругой произошло то, о чем я всегда мечтала.
Теперь очевидно, что не я должна была вытянуть имя Дэйва.