Елена Храмцова – Верстальщик (страница 1)
Елена Храмцова
Верстальщик
Пролог
Митяй, предельно сосредоточенно и аккуратно, контролируя каждое движение, чуть-чуть пододвинул пояс Ориона, добиваясь идеальной симметрии.
Чёртова ювелирная работа!
Достаточно малейшего случайного дрожания на кончиках пальцев – и карта звёздного неба будет изменена навсегда, если не уничтожена. От максимального напряжения мышцы правой руки уже болели.
От неожиданного и очень громкого «апчхи» совсем рядом Митяй неловко дёрнулся, стерев половину Пегаса и оставив того не только без хвоста, но и без задних ног. С трудом подавил желание грязно выругаться. Огорчённо посмотрел на испорченное созвездие, образованное молотой корицей на молочно-белой пенке своего утреннего капучино, и, обречённо вздохнув, отложил зубочистку в сторону. Перемешав и в несколько глотков выпив уже совсем остывший утренний кофе, он отправился на работу.
Глава 1. Сюр
Естественно, снова опоздал. Впрочем, это было не так важно, хотя его руководитель и кривился от всё более и более поздних приходов Митяя, – расписание у них относительно свободное. Главное – предупреждать, если сильно задерживаешься или нужно куда-то по делам отлучиться, а так, если свои задачи выполняешь и сдаёшь вовремя, никто и слова не скажет. С этим, правда, в последнее время было не очень.
Митяй сел за свой навороченный мак, включив оба монитора. Взгрустнул. Его дожидалась брошенная вчера нерегулярная сетка анонсов статей одного новостного онлайн-портала. Как и позавчера, и поза-позавчера… Над вёрсткой главной страницы этого чёртового интернет-СМИ он бился уже почти неделю.
Ох уж эти дизайнеры! Вечно нарисуют что-нибудь, а у него потом глаз дёргается. Хотя этот ещё из неплохих. Он не только наглядно показал, как должны отображаться анонсы статей разной длины в разнокалиберных квадратных блоках, но и продемонстрировал, как будет вести себя обрезка вертикальных и горизонтальных репортажных фоток. И даже учёл множество других мелких нюансов, которые нередко остаются вне поля зрения. Да, в этом дизайнер молодец – хотя бы не придётся каждые полчаса спрашивать, что да как он там себе предполагал, когда рисовал эту… как бы помягче выразиться… ну, сетку, в общем.
Короче, дизайнер-то молодец, ага. А вот он, Митяй, тормозит уже неделю, пытаясь реализовать нормальный адаптив всего этого добра, – посадочная страница должна адекватно отображаться на всех возможных разрешениях экранов, от десктопа до мобилки. По всему выходит, что завтра на планёрке Митяй будет иметь весьма бледный вид, а ожидаемо злой тимлид – в очередной раз сдвигать просроченный дедлайн по вёрстке СМИ и переносить старт работ по другим проектам. Повезло ещё, что с внутренними страницами портала Митяй справился в рекордные сроки, и дамокловым мечом над ним висит только главная.
«Эх, жизнь моя, жестянка»… – в очередной раз вспомнил он слова Водяного из любимого в глубоком детстве мультика и вздохнул.
Он ещё некоторое время полистал туда-сюда макеты главной страницы под разные разрешения. Позалипал на реализованное дизайнером переключение изображений внутренних страниц между собой – оно всегда смотрелось эффектно и очень помогало защищать проект перед заказчиком на этом этапе.
Когда Митяй удосужился взглянуть на часы в верхнем углу экрана, он обнаружил, что сидит так уже без малого час. Запустив обе пятерни в свою когда-то коротко стриженую, но на данный момент довольно-таки отросшую кудрявую шевелюру, Митяй энергично взлохматил волосы, чтобы взбодриться. Со словами «Сколько можно прокрастинировать?!» он подавил в себе навязчивое желание сходить на офисную кухню за ещё одной кружкой кофе – в дополнение к выпитой ранее в кафе – и, наконец, принялся за работу.
***
Спустя шесть часов Митяй удовлетворённо залил в главную ветку результат своих недельных мучений и гордо заявил Наташке, их менеджеру, давно уже ждущей от него хороших новостей:
– Всё, закончил «главную». Можешь отдавать тестировщикам. Спорим на шоколадку, что не найдут ничего?
– Димочка, миленький, наконец-то! Да я ж знаю, что ты верстаешь, как боженька! Спасибо тебе огромное!!!
Восторженная и радостная сверх меры Наташка почти вприпрыжку поскакала ставить задачку на тестеров для проверки свёрстанных им макетов.
«А вот хрен они что найдут!» – в этом Митяй был уверен. У него бывали, конечно, мощные затыки, когда он никак не мог справиться с задачей, но уж если делал, то багов за ним никогда не находили. «Ну, ладно, почти никогда», – мысленно поправил Митяй сам себя и, довольный, отправился на обед.
Обычно Митяй ходил на обед с коллегами, но в этот раз, когда они дружной толпой собрались в ближайшее кафе на бизнес-ланч, он как раз попал в поток и отвлекаться не захотел. И, как выяснилось, правильно сделал. Добил-таки бесячую сетку!
Расслабленно и неторопливо он направился к любимому кафе неподалёку от офиса. Некоторые из его коллег носили еду с собой – благо, в офисе была небольшая уютная кухня со всем необходимым, включая микроволновку, – но он предпочитал делать полноценный перерыв.
Митяй блаженствовал, наслаждаясь заслуженным отдыхом и чувством глубокого удовлетворения от закрытой задачи. Периодически жмурясь от весеннего яркого солнца, – «Ка-а-а-айф!» – он неспеша шёл вдоль главного проспекта к перекрёстку, за которым находилось кафе, предвкушая отличный обед. В «их» кафе готовили отменно. Вот если бы ещё здание, в котором оно располагалось, стояло чуть-чуть левее…
У Митяя был небольшой, как он его называл, бзик. Он был перфекционистом и терпеть не мог, когда что-то стояло криво. А это дурацкое здание сталинских времён, как назло, утоплено метра на полтора глубже относительно линии остальных фасадов домов, стоящих идеально ровно вдоль улицы. И ладно бы это обыгрывалось как-то архитектурно. Но ведь нет!
А хуже всего, что здание их офиса стоит на небольшом возвышении, и при выходе из него взгляду сразу открывается панорама уходящей вниз улицы, которая с этого места выглядит как почти идеальная улыбка со сломанным на самом видном месте зубом.
При виде этого урбанистического пейзажа, выходя из холла небоскрёба, Митяй каждый раз и сам ощущал что-то, крайне напоминающее зубную боль. Казалось бы, за четыре-то года вполне можно было бы привыкнуть к виду улицы, но вот никак! И, главное – с другой стороны к этому кафе не подойдёшь, иначе придётся такой крюк делать, что весь обеденный перерыв на обход потратишь.
Невольно созерцая открывающийся перед ним вид в бессчетный раз, Митяй чувствовал нарастающее раздражение. Он поморщился. Опять этот чёртов зуб испортил всё настроение.
«Взять бы тебя, да поправить!» – раздосадованно подумал Митяй и непроизвольно, прищурив один глаз, большим и указательным пальцами правой руки «взял» здание снизу и сверху и сделал в воздухе жест, словно передвигая бесящее его строение в одну линию с остальными. И вдруг здание, послушно следуя его движению, встало точь-в-точь, как он его «поставил».
Митяй завис, застыв с поднятой рукой и уставившись на трёхэтажную «сталинку». Шедший следом пешеход чуть не влетел в него, в последний момент увернувшись от спины Митяя, и удивлённо посмотрел на замершего посреди дороги чудака.
Митяй быстро закрыл и снова открыл глаза, пытаясь сморгнуть увиденное. Но видение никуда исчезать не собиралось. Здание кафе, как ни в чём не бывало, стояло там, куда он его поставил несколько секунд назад – в идеально ровной линии вместе с фасадами остальных домов. «Крыша едет от недосыпа…», – подумал Митяй и, закрыв глаза, помотал головой.
Всё осталось по-прежнему, за тем лишь исключением, что окружающие начали подозрительно коситься и обходить его по излишне широкой дуге. Но – как ни странно – ни один человек не обратил внимания на изменившуюся панораму. Будто всегда так и было.
Митяй чертыхнулся. Мельком глянул по сторонам: «Неужели никто ничего не заметил?». Но прохожие шли каждый по своим делам, ни на что не обращая внимания.
Сжав зубы – «Меньше „гамать“ по ночам надо!» – Митяй попытался сделать вид, будто всё так и должно быть, и отправился дальше.
Спустя десять минут Митяй зашёл в кафе, вход в которое стал на полтора метра ближе к проезжей части. В самом кафе будто бы ничего не изменилось: внутри по-прежнему царил лёгкий полумрак – приятный для уставших от мониторов глаз, непривычных к яркому солнцу. Столики стояли на своих обычных местах, а в воздухе чувствовался едва уловимый запах свежеобжаренной курочки в соусе терияки, которую он обожал. Оголодавший Митяй с удовольствием вдохнул знакомый запах. В животе сразу заурчало.
Из-за резкой смены освещения он не сразу увидел программиста Валеру, сидевшего за столиком в глубине, и среагировал лишь когда тот поднял руку и приветственно помахал, приглашая за свой стол.
Валера был лет на десять старше Митяя, и, согласно сплетням неисправимой болтушки Лизы, офис-менеджера их веб-студии, имел за плечами тяжёлый развод и сына-подростка, с которым ему запрещено было видеться по решению суда. Что уж там такое произошло, Митяй не знал, да и не докапывался особо – отношения не те. Но пообедать в его компании был не против. Это определённо намного лучше, чем сидеть одиноким сычём, закидывая в себя ланч.
Лёгкий в общении Митяй активно приятельствовал почти со всеми коллегами, хотя тесной дружбы не водил ни с кем. Так уж сложилось само собой ещё с детства: он был более чем самодостаточным и не нуждался ни в ком. В силу лёгкого характера его то и дело приглашали на тусовки в большие компании, и таких поверхностных знакомств и общения в широком кругу знакомых Митяю вполне хватало, чтобы не чувствовать себя вне социума. А в близких друзьях он потребности не испытывал.