Елена Ха – Побег в сказку и свекровь в придачу (страница 14)

— Это да! Аппетитная… — согласился Илья.

— Так что? Пойдешь к Глаше?

— Пойду! — решительно вставая, заявил парень.

— Подожди. С пустыми руками идти к девушке нехорошо. Я тебе сейчас ватрушек принесу. Три монетки за пять штук. Пойдет?

Илья важно отсчитал из своего кошеля, висящего на поясе, пять монет и сообщил:

— За все и тебе на чай. Спасибо.

Ксюша со спокойным сердцем проводила парня. Она была уверена, что он найдет свое счастье. Успокоенная этой мыслью, женщина отработала еще один день. К счастью, посетителей было немного, Ксюша успевала и посуду мыть, и печенья печь, и за Анютой приглядывать.

Девочка пришла в себя, когда уже стемнело, и хозяева ушли спать. Шишимора тут же оказалась у помывочной лохани и радостно сообщила:

— Малышка открыла глаза и увидела меня!

— Как увидела? Вы же с Тимкой говорили, что вас могут видеть только одаренные люди.

— Так ты ее глаза видела? Ведьмовские они…

Ксюша быстро шла в свой чулан, неся на сгибе локтя лохматую Лукерью, но успевала и расспрашивать:

— Испугалась?

— Нет, чего мне ведьмы бояться, я же бестелесная, — усмехнулась шишимора.

— Да не ты. Анюта испугалась тебя? — пояснила Ксюша.

— Нет. Улыбнулась и спросила, кто я.

— А ты?

— Представилась и сказала, что позову тебя.

Ксюша вздохнула и вошла в чулан. Здесь было маленькое окошко, днем света хватало, чтобы ориентироваться в многочисленных полках и сундуках. Но сейчас уже была ночь. В чулане стояла кромешная тьма.

— Блин горелый, ничего не видно, — зашипела Ксюша, наткнувшись ногой на какой-то кувшин.

— Сейчас, — откликнулся детский голосок, — Светлячок, — позвала девочка, и над ее раскрытой ладошкой появился светящийся маленький шарик размером с куриное яйцо.

Ксюша удивилась, и это еще очень мягко сказано. Несколько мгновений она пялилась на чудо и, наконец, выдала очень умную фразу:

— Откуда это?

Анюта засмеялась колокольчиком и пояснила неразумной взрослой:

— Светлячок — мой приятель. У тебя Луковка, а у меня Светлячок.

— А кто-нибудь о нем знает? — уточнила Ксюша, подходя ближе и присаживаясь возле лежанки.

— Нет. Ты же умеешь хранить секреты? — с самым серьезным видом спросила Анюта.

— Умею, — тут же закивала Ксюша, — Про Луковку тоже лучше никому не говорить, и про Тимку.

— Тимку? — удивилась девочка, и в ее глазах вспыхнул интерес.

— Идем, — наконец пришла в себя попаданка и, взяв девочку за руку, вывела на кухню, где у помывочной лохани уже давно занимался делом домовой.

— Здравствуй, Тимка! — поприветствовала мужичка девочка.

— И тебе не хворать! — совершенно не удивился домовой.

— Почему ты не удивлен? — возмущенно спросила Ксюша.

— Так у нее глаза зеленые, сразу видно — ведьма.

Ксюшу это утверждение возмутило, у нее тоже были глаза с зеленцой…

«Так, может, я сама себя в междумирье отправила, подальше от неверного мужа да капризных детей?» — осенила мысль Ксюшу.

Она усадила Анюту за стол, подала ей отвар, приготовленный Агриппиной Аристарховной. И про помощников своих не забыла, молока налила. Поставив перед Анютой тарелку с пирожками, спросила:

— Ты наверно голодная?

Девочка стесняться не стала, и с аппетитом бросилась уминать угощения. Когда первый голод был утолен, Ксюша решилась спросить у малышки:

— Ты помнишь, что с тобой случилось?

Анюта задумалась на минутку, а потом начала рассказывать:

— Батюшка уехал утром, повез плохого дядю в столицу. Он попросил посидеть со мной Агафью, она помогает нам по хозяйству, убирает дом, стирает и готовит. Агафья накормила меня обедом, было вкусно и сытно, меня потянуло в сон… больше я ничего не помню.

Ксюше все было понятно. Агафья и подсыпала сонной травы ребенку.

— Почему твой отец оставил тебя с посторонним человеком, а не с бабушкой⁈ — возмутилась она.

— Они поссорились из-за мамы, — вздохнула Анюта и от волнения снова зажгла на руке светлячка.

— Как это? — не поняла Ксюша.

— Я однажды слышала, как они ругались. Батюшка крикнул: «Это ты виновата в смерти Анны, ты могла ей помочь, но не захотела!» Меня назвали в честь матушки, — пояснила девочка, — Она дала мне жизнь и умерла…

Ксюша обняла сиротку. Малышка с серьезным видом рассказывала о таких сложных вещах, о которых детям лучше не знать, они от этих знаний теряют детство.

— А что сказала папе бабушка? — не смогла сдержать любопытства Ксюша.

— Сказала, что матушка была ведьмой, и если она себе не смогла помочь, то и бабуля была бессильна.

— Но ведь бабушка твоя тоже ведьма? — не поняла Ксюша.

— Она много знает и видит, но силы в ней мало. В тебе поболе будет. А мне от мамы достался светлячок, — обыденно поведала Аня.

— Ты злишься на бабушку? — тихо спросила женщина.

— Нет. Она права, мама была ведьмой сильной. Бабушка меня любит и заботится обо мне. Это же она отвар приготовила? — спросила девочка.

Ксюша задумчиво кивнула. Ребенок ее поразил своими глубокими размышлениями. И не давала покоя магия.

— У меня тоже есть дар, но глаза у меня не зеленые, — заметила она.

— Так ты и не ведьма. Ведьмы знают о мире больше других, а ты получила силу в подарок, — улыбнулась Анюта.

«Значит, не я себя сюда отправила. Агриппина, ведьма, виновата!» — прищурившись, подумала Ксюша, а вслух спросила:

— А ты откуда все это знаешь?

— Знаю… — улыбнувшись, пожала плечами девочка.

— Вот так просто — знаешь? — удивилась Ксюша.

— Да, просто знаю! — Анюта смотрела открыто своими светлыми лучистыми глазками.

Ксюша вздохнула. Ей стало понятно, что ничего ей не понятно. И она пошла в зал, хозяева поручили ей перебрать корзину черники, что они купили сегодня у Семена. Парень зашел на минутку, но Ксюша успела оценить его яркую внешность. Одет просто, но улыбка ослепительная, взгляд манящий, волосы светлыми локонами обрамляют милое личико. Слишком смазлив, на вкус Ксюши, но Пелагея еще полчаса после его ухода восхищалась его красотой.

Женщина перебирала ягоды, выбрасывала листочки и сучки. Анюта сначала помогала, но больше, конечно, дегустировала, нужно же было попробовать качество черники. Когда губы и пальчики ребенка стали насыщенного синего цвета, девочке наскучило помогать, и она увлеклась игрой с Тимкой. Он легко притягивал к себе Анютиного светлячка, а девочка приманивала огонек обратно. Так они и развлекались, будто мяч перекидывали друг другу. Ксюша только ворчать успевала:

— Тише вы! У нас на втором этаже раненый. И хозяева могут услышать шум. Мне за вас достанется.