Елена Ха – Кошатница (страница 2)

«Может, его сожрать… – мелькнула жадная мысль, но сердобольный разум отреагировал категорично, – Еще чего! Нужно разобраться, что малыш делает ночью один на улице, и помочь».

Подходя к ребенку, Фаечка размышляла, как бы так подкатить к мелкому, чтобы не перепугать. Решила начать с шутки:

– Слушай, парень, а ты вообще моешься? Куда смотрят твои родители, или они уже ослепли от ароматов твоего тела? – с усмешкой начала разговор Фаина, брезгливо морщась.

Малыш обернулся, и Фаина отпрянула назад, потому что малыш оказался толстощекой бабой с омерзительно зубастой пастью. По сравнению с ее зубным арсеналом скромные Фаечкины клыки мимикрировали до состояния жалких иголок.

– Это ты лопнула мой мячик! На тебе его запах. Ты за это заплатишь кровью, – капризно заверещала странная тетка, – Это наша территория. Зря ты сюда явилась!

Мелкая присела, готовая прыгнуть на Фаину. Та, не выпуская чудовище из поля зрения, медленно отступала.

«Эх, зря я вчера кошку съела, поторопилась, мне бы она сегодня здорово пригодилась!» – мысленно сожалела Фаечка. Тут ее нога неудачно наступила на какой-то сук, подвернулась, и женщина беспомощно развалилась на гравийной дорожке.

В эту же секунду вампирша с акульей пастью прыгнула на свою жертву, а Фаина заметила, что оступилась на той самой ветке, что вчера использовала в качестве кола. Мгновенно среагировав, она схватила ее и выставила перед собой. В воздухе тормозить даже вампиры не могут, поэтому злобная тетя смачно нанизалась на грозное оружие, как шашлык на шампур. Фаечку вновь окатило зловонной кровью.

– Фу, это же теперь отмывать неделю придется, – морща с отвращением нос, ворчала женщина поднимаясь. – Как я теперь охотиться буду?!

Она сняла плащ и выкинула его в ближайший мусорный контейнер, оставшись в джинсах и черной водолазке.

Топая неспешно домой, она слышала, как яростно орудуют челюстями стая бездомных собак, разрывая неподвижную плоть. Фаина размышляла:

«Кажется, эта несусветная жуть решила, что я заезжая. А раз так, значит, теоретически можно наткнуться еще на этих нервных тварей. Радушием они не отличаются, надо бы осиновых кольев себе настругать…»

Мысли путались, им мешал желудок. Он, видимо, устал молча сносить пустоту и начал громко высказывать свое недовольство. В его урчании Фаечка отчетливо слышала крик отчаяния: «Крови! Хочу крови!»

Ей повезло, рядом с ее подъездом стояла компания молодежи. Судя по звону стекла и громкому гоготу, они там не школьную программу по литературе обсуждали.

Фаине даже представить было противно, что она сейчас должна впиться в чью-то плоть и высасывать кровь. Она уже готова была пройти мимо, когда один из подвыпивших приятелей, светловолосый, худенький парнишка лет двадцати, свистнул ей вслед и громко крикнул:

– Эй, тетя, тебе обогреватель не нужен? Готов потрудиться хоть всю ночь!

Со скамейки, где тусили остальные, послышался пьяный смех.

Фаечка не любила хамства. Она развернулась и уточнила:

– А с чего ты взял, что мне нужен обогреватель?

– Мне твоя задница подсказала. Она так и кричит: отжарь меня!

Снова взрыв веселья со стороны зрителей.

Ярость волной поднялась от желудка к мозгу, застилая мысли кровавой пеленой. Фаина в один миг оказалась рядом с парнем и оскалилась. Видимо, скорость передвижения и острые клыки произвели на любвеобильного мальчишку неизгладимое впечатление, он весь сжался и даже как-то побледнел. Зрители тоже притихли в непонимании. В воздухе разлился горький, едкий запах свежей краски, который тут же перебил весь аппетит вампирши.

«Фу… Это что же, так жутко воняет страх? Как же я буду питаться?» – подумала Фаечка, но сценку для публики решила доиграть.

– Ты уж определись, кем хочешь стать: обогревателем или сковородкой! – ехидно усмехнулась Фаина и добавила жутким шепотом, – Хочешь отсосу у тебя…кровь?

Она провела пальчиком по шее наглеца. Тот тут же отпрянул и побежал прочь, за ним сорвались с места и остальные.

У вампиров оказался отличный слух, и женщина расслышала, что компания остановилась только через пару домов и ее несостоявшийся любовник выдохнул:

– Привидится же такое. Пора заканчивать с алкотой.

Довольно улыбнувшись, Фаина втянула в себя чистый воздух, в котором были нотки прелой листвы, мокрой земли и какой-то сладости. Этот последний аромат манил, притягивал, вампирша превратилась в один огромный нос и пошла на запах как настоящая ищейка. Обоняние привело ее к ближайшей рябине, на которой в двух метрах от земли сидела кошка. Она сверкала глазами в лунном свете и шипела на Фаечку.

– Ах, ты ж моя хорошая. В ярости? Знаешь, что я за тварь такая? Ну, иди сюда…– ласково приговаривала женщина, раздумывая, как бы подобраться к аппетитной живности. Есть хотелось ужасно, все тело было напряжено в ожидании пира, сладкий аромат кружил голову. Фаина в нетерпении подпрыгнула и, легко преодолев силу притяжения земли, схватила ошарашенную кошку за шкирку.

Желудок в предвкушении проурчал: «Еда!»

Наслаждаясь самым прекрасным в мире вкусом, Фаина поняла, что есть людей не обязана. Она даже взяла на себя моральные обязательства защищать их от чужих кровососов. Так в маленьком мрачном городке перестали пропадать люди, зато почти исчезли бездомные кошки.

Переезд

Фаина стояла во дворе у любимой теперь осины и смотрела, как с неба медленно падают крупные пушистые хлопья. В свете фонаря поблёскивал, переливался ровный чистый снежный покров, укутавший всё вокруг будто тёплое одеяло.

Это была по-настоящему волшебная новогодняя ночь для всех. Праздничные столы ломились от салатов, бутербродов с икрой и красной рыбой, у кого-то, правда, бутерброды были с ветчиной, но дело же не в этом. Главное, что закуска была обильной, как и возлияния. Длинные тосты сменялись короткими, головы хмелели, и людей тянуло на улицу запускать салюты.

Только Фаечка мечтала о тишине, потому что её сейчас всё жутко бесило, ведь вот уже неделю вампиршу неимоверно мучила жажда, а в городе закончились все бездомные кошки. Воровать домашних у Фаины рука не поднималась. Вампирша задумчиво оглядывала пьяные компании, проходящие мимо, и её мутило от одной мысли, что придётся кого-то из них укусить и выпить. Правда, мутить могло и от голода, но аппетита в любом случае это не добавляло.

– Пора валить отсюда, – пришла к неожиданному выводу женщина и направилась в сторону железнодорожного вокзала, благо выходя из дома всегда брала с собой паспорт и банковскую карточку. Телефон и тот частенько забывала, ведь звонить-то ей никто не должен.

В эти новогодние праздники она выбила себе отпуск, так что на работу только через две недели. Можно съездить в Нью Иден на разведку. Если получится устроиться там, то она вернётся только за вещами.

– Уж там-то кошек точно полно, – шептала женщина, решительно протаптывая путь к новой жизни.

Вокзал оказался закрыт до шести утра. Такое бывает в очень маленьких городах. На пустой заснеженной привокзальной площади прямо на тротуаре сидел упитанный и уже очень весёлый Санта и пел, с трудом справляясь с собственным языком:

– Джингл… ик… белс… ик…

Фаина присела рядом с дедушкой, принюхиваясь. Пахло от него приятно, почему-то преобладал сладкий запах сдобы, аж слюни потекли, и в горле огнём полыхнуло.

«Что же меня тянет на всё самое мимимишное?!» – простонала про себя вампирша.

– Где оленей потерял? – начала с бородатой шутки Фаечка, нужно же было соответствовать бородатому собеседнику.

– Я сам олень! – чуть не плача заявил зимний волшебник, – А ты одна? И с пустыми руками?

– Ну да, у меня никого нет. И на встречу с тобой я как-то не рассчитывала, – пожала плечами Фаина.

– А косу где потеряла? – глупо улыбаясь, уточнил Санта.

Вампирша несколько раз моргнула, она могла бы даже поклясться, что расслышала, как заскрипели извилины в её голове, звон догадки точно был!

«Он принял меня за смерть? – мысленно посмеялась женщина и осмотрела себя: чёрные сапоги, чёрное пальто в пол, чёрные волосы, бледная кожа и измождённый голодный вид. – Ничего удивительного!»

– Уволили меня! – пошутила Фаечка.

Санта Клаус радостно заулыбался и, обняв без спроса Фаину за плечи, пропищал ей в ухо. Голос у деда больше напоминал писк свиньи.

– Красавица, а будь тогда моей Миссис Клаус?

Фаина скинула чужие руки со своих плеч и заметила:

– Я слишком теплолюбива, чтобы жить на северном полюсе.

– Так и я южанин, – разразился смехом Санта и стащил с себя белую искусственную бороду, а под ней оказалась настоящая, аккуратно подстриженная чёрная. Щёки у него были смуглыми и округлыми, нос – сливой, глаза – карими, а улыбка удивительно добродушной.

– Да уж, мы будем идеальной парочкой, – усмехнулась Фаечка, – только немного подгорелой…

Мужчина заливисто загоготал, странно, что на этот клич не примчались взбудораженные лошадки.

– Что ты делаешь ночью у вокзала? Заблудился? Проводить тебя? – поинтересовалась вампирша. Всё-таки её больше тянуло помогать людям, а не жрать их.

– Не надо, – гордо отринул помощь мужчина, расправив плечи и выпятив вперёд грудь, – Я решил ехать в Нью Иден! Большому артисту нужна большая сцена!

Фаину насмешливо приподняла бровь.

– Я же не разочаровал тебя, красавица? Ты же знала, что Санта Клауса не существует? – хитро щурясь, уточнил собеседник.